Downloaded from YTS.MX
СТЕНДАП-КОМЕДИЯ NETFLIX
Official YIFY movies site: YTS.MX
Привет! Ничего себе!
Спасибо! Так приятно!
Чёрт, вас так много.
Чёрт!
Мы такого на самом деле не ожидали.
Несколько раз пришлось перебронировать.
Это не самое маленькое заведение.
Чёрт, как приятно быть здесь. Я гастролировала этой осенью.
Я была в таких местах, как Фалунь,
Кристианстад,
Борас.
Мы с Борасом не лучшие друзья, можно так сказать.
Так что мне приятно снова оказаться в Стокгольме. На Авиичи Арене!
Ничего себе.
Итак, нам пришлось неоднократно переносить это шоу.
Из-за продолжающейся пандемии.
Здорово, правда?
Я не буду говорить о пандемии, но много чего было закрыто.
Рестораны были закрыты, стендап-клубы были закрыты.
Много чего было закрыто, кроме Spy Bar…
…у них люк был слегка приоткрыт.
И я влетела в него, так сказать, на полном газу.
Пьяная в стельку я стояла там с ведром шампанского на голове…
…и кто-то снимал.
ОТЖАРЬТЕ НАС ЖЕСТКО
Это было записано и распространено в СМИ.
Я стала лицом вечеринок во время пандемии.
Меня дерьмом за это поливали. Больше никого.
Мой агент мне звонит: «Не поднимай эту тему в подкасте».
Я подняла эту тему в подкасте.
Эта нашумевшая пресс-конференция со Стефаном Лофвеном,
пресс-конференция «Больше никаких вечеринок»…
Она обо мне.
Просто назови мое имя, Стефан, серьезно.
Не такой вы хотите, чтобы ваш премьер-министр видел вас.
Я бы хотела выиграть Премию мира ООН, и чтобы он увидел это.
А не как я забиваю на безопасность при пандемии.
Так мое единственное хобби — вечеринки — улетели в трубу.
Я не знала, чем заняться.
Так что мне нужно было другое хобби. Чем вы занимаетесь? Чем теперь?
Люди заводят новые хобби во время пандемии.
Люди начали играть в падел, заводить детей и тому подобное.
Я подумала: «Чем мне, чёрт возьми, заняться? Чем теперь?»
В конце концов, я оказалась на сцене…
…в костюме дракона…
Я не заслуживаю аплодисментов, должна вам сказать.
Для тех, кто не знает, о чем я…
Надеюсь, хоть кто-нибудь знает…
Я была в первом сезоне «Певца в маске».
Ничего себе, спасибо.
Несомненно, худшее, что я сделала в своей жизни.
Я не давала своего согласия.
На прошлой неделе продюсер мне сказала: «Я не помню твое «да».
«Нет!»
«Потому что я, чёрт возьми, не соглашалась, просто оказалась там».
Худшее, что я сделала.
Я никогда не ощущала себя такой худой, как когда все думали, что я Аня Парсон.
«Чёрт, да!» - я взглянула на себя в зеркало…
В смысле… Да, я немного сбросила вес.
Думать, что я Аня Парсон —
всё равно, что думать, что Лейф Перссон никогда не устанет.
Этого никогда не случится.
Бедная Аня.
Ей написали комментарий в Instagram:
«Ничего себе. Ты дракон в шоу «Певец в маске».
На сцене стоял чертов слонопотам.
Думать, что я Аня Парсон…
Это все равно, что сказать, что лучшее качество — доброта.
Ей это ужасно неприятно.
Это было ужасно. Худшее, что могло быть.
Но я думаю, что сделала это, потому что у меня был кризис личности.
Я скажу вам, почему. Я думаю, что меня похитили.
Странная реакция.
Я думаю, мои родители меня похитили. Я расскажу вам, почему.
Пару лет назад моей подруге прописали новое лекарство,
и она хотела проверить медицинские записи.
Я лежала в детстве в больнице. У меня аллергия, я принимаю лекарства.
Дело в том, что я знаю, что в записях есть что-то обо мне.
Я знаю, там что-то есть. И я решила взглянуть по приколу.
Зашла на медицинскую онлайн-платформу. Там ничего не было.
Ни одной гребаной записи. Это меня сразу насторожило.
Я позвонила маме. «Вразумлю эту старую каргу», - подумала я.
Так что я позвонила ей. «Привет, дорогая, как ты?»
Я такая: «Ну, привет…
… Анетт.
Надеюсь, у тебя всё хорошо.
Всего один маленький вопрос…
Мои медицинские записи. Давай поговорим о них. Где они?»
Моя мама работает в здравоохранении,
так что она сказала: «Тебе нужно запросить медицинские записи».
Итак, я ей поверила. Позвонила в справочную службу.
Говорила с милой дамой, Биргиттой.
Мы сразу поладили. Это было невероятно.
Наконец я сказала: «Послушай, Биргитта…
Тебе не кажется, что мне должны просто… предоставить эти записи?»
Она говорит: «Конечно, у вас должны быть записи».
Я назвала ей свой идентификационный номер,
но она вдруг замолчала.
Я говорю: «Алло! Биргитта? Ты еще здесь?»
А она говорит: «Джоанна, простите, но у вас нет никаких записей».
«Да ну, Бригитта, дорогуша…
Позвони Лене в больницу в Вестерасе. Я там лежала, это точно».
Говорит: «Ничем не могу помочь».
И кладет трубку.
Именно тогда я начала работать в Службе безопасности.
Начала расследование.
Я стала звонить друзьям и родственникам. Я позвонила бабушке.
«Разве ты не помнишь, как я лежала в больнице?»
А она такая: «Нет, Джоанна. Ты не лежала в больнице».
Простите, но эта маленькая сучка
помнит, когда сестре сделали прививку от столбняка, но
если речь о моих трех днях в больнице, у нее сразу болезнь Альцгеймера.
Я позвонила отцу: «Ты помнишь, как я лежала в больнице, да?»
«Джоанна, тебе приснилось. Этого никогда не было».
«Было. Ты дал мне конфету».
«Надеюсь, это был ты, а не какой-то другой старый ублюдок».
Вдруг приходит сообщение от дяди: «Перестань копаться в этом, Джоанна».
С абсолютной уверенностью я продолжу копать, чтоб вы знали.
Дело в том, что я всю жизнь пролежала в больнице.
Нет, конечно, не всю жизнь, но много раз.
Я и сейчас в больнице лежу, мне нужно туда вернуться после выступления.
За кулисами капельница стоит.
Я лежала в больнице много раз.
У меня всю жизнь аллергия на помидоры.
Никто не говорил об этом дома. Никогда.
Я спрашивала родителей: «Когда у меня появилась аллергия?»
«Ну…»
Полный психоз.
Но я помню, как ездила в отпуск в Португалию.
Там были помидоры.
Большие португальские помидоры, томатный суп, кетчуп…
Я чертовски хорошо это помню. Но дальше всё, как в тумане.
Что касается помидоров.
Что означает…
…что перед вами…
…стоит…
…Мадлен Макканн.
Я — Мадлен Макканн.
Мне кажется, я на нее похожа.
Я стояла перед зеркалом, делая такое же выражение лица.
Божечки! Божечки!
Ай-яй-яй.
Это я, чёрт возьми!
Я твержу об этом с прошлой осени, но полиция не забирает меня.
Я же вижу, что со мной что-то не так.
Что-то не так, но я не знаю, что.
Не знаю, что. Не волнуйтесь, у меня есть зеркало.
Но я всегда… Я была странным ребенком.
Единственное, чего мне хотелось, — это аквариумную рыбку.
Единственное. Это хуже, чем насекомые-палочники.
Кто такое хочет? У меня было три рыбки. Какое счастье.
Я дала им имена и всё такое.
Я хвасталась ими в школе. Я говорила:
«У меня есть рыбка».
«А у нас чувство собственного достоинства».
Когда я пришла со школы, три моих рыбки лежали на полу.
Они выпрыгнули из аквариума.
Но мама, как мама… В смысле, «мама».
Мы пошли и купили новых трех рыбок. «Кого волнуют эти рыбки?»
Я так рада. Я хвастаюсь в школе.
Кто-то в меня камнем кинул. Не помню.
Иду домой со школы.
То же самое. Три новые рыбки на полу.
Шесть рыбок покончили собой.
Убийцы и психопаты,
нам известно, что они часто мучают животных в детстве
и склоняют их к смерти.
Итак, я стояла возле женской тюрьмы Хинзеберг и кричала:
«Впустите меня!»
Я одна из вас.
Я думаю, я следующая женщина Арбоги. Серьезно.
Дело в том, что моему другу подарили рыбку на 18-летие.
Он не был популярен.
Он не из Стокгольма, поэтому собирался навестить родителей.
Он спросил: «Джоанна, ты бы не могла…
…побыть няней для рыбки?»
Он не знал о моих рыбных неурядицах.
Нет. Я не собиралась рассказывать.
Чёрт, нет. И это не такая уж и сложная задача.
«Ты ее просто корми. Не нужно рядом находиться».
«Поверь, я буду рядом».
Так что я взяла больничный на неделю.
Я сидела и смотрела за рыбкой. Я сидела и разговаривала с рыбкой:
«Только не выпрыгивай, пожалуйста, не выпрыгивай…»
Но рыбка выжила. Это был мой самый счастливый день.
Я позвонила маме.
О, спасибо вам.
Ничего себе.
Как мало вам нужно, чтоб начать аплодировать.
Вы в меня не особо верите, да?
Я позвонила маме и говорю: «Мама, рыбка выжила».
«Может, со мной всё в порядке. Рыбка прекрасно себя чувствует».
Мама сказала: «Рада слышать.
Но я должна тебе кое о чем рассказать».
Итак, мама сказала:
«Твои рыбки… Они не совершали суицид.
Это был кот».
Сказать, что это был суицид лучше, чем рассказать про кота.
«Ты ненормальная?» После этого я ненавижу кошек.
«Неудивительно, что убийство Пальме остается нераскрытым из-за таких людей
как ты. Это был чертов кот».
Я начинаю казаться сумасшедшей.
Я закончу либо за решеткой, либо будучи полицейским.
Таковы мои варианты.
Консерваторы хотят еще 3 000 полицейских.
О, нам нужно 3 000 новых полицейских. Долой старое, да здравствует новое.
Вы видели наших полицейских?
Среди них есть те, кто снимают TikTok.
ПОЛИЦИЯ
Этот человек свободно бродит по нашим улицам.
У меня клиническая смерть случилась, когда я это увидела.
Но я подумала: «Это всего одно видео. У него был перерыв, ему было скучно».
Нет, есть и другие.
Посмотрите на это лицо.
С ним всё нормально?
Я бы предпочла, чтобы меня спас Капитан Юбка, чем этот идиот.
Вызываете полицию, и приезжает этот парень:
«Мне сначала TikTok нужно снять».
Парня погубит это дикое пристрастие.
Я люблю криминальные шоу. Мне нравится «Бек». Вам нравится «Бек»?
Хорошо!
Я люблю «Бек». Я с детства смотрю.
Люблю «Бек». Я смотрела его с отцом.
Не в смысле, когда мне было два года,
он включал мне «Девочка в подвале».
«Было бы неплохо трахнуть Гунвальда».
Я не знаю, что мои настоящие родители включали мне. Но…
Все мои друзья Диснея смотрели и тому подобную хрень. Но не я.
В смысле, я смотрела «Русалочку».
Смотрела.
Я смотрела «Русалочку», но лишь потому что мне нравилась Урсула.
Она единственная понимала, что Русалочка — стерва.
Что-то в ней есть.
И мне нравится Микаэл Персбрандт.
Нравится.
Он — мой будущий муж. Точно.
Я это знаю, и он это знает.
Я в интервью больше ни о чем другом не говорю.
Его личность теперь под защитой, и это позор.
И его адрес. Я не могу приходить.
Я влюблена в него с детства.
Помню, однажды в школе нам нужно было нарисовать своего кумира.
Мои одноклассники рисовали Маркулио и Майкла Джексона.
Я рисовала Микаэла П.
У меня никогда еще не было всё настолько продумано.
Я никогда не была так аккуратна. Я рисовала аккуратно.
Учительница ходила и смотрела на наши рисунки.
E-Type и всё такое.
Кто будет рисовать E-Type?
В качестве кумира.
Учительница подошла ко мне и сказала:
«Джоанна,
что это?»
Я такая:
«Это Микаэл П».
«Разве он не хорош голеньким?»
Ненормально рисовать М. Персбрандта голым во втором классе.
Это было ненормально.
Я была невыносимой в школе. Хуже, чем «гипер-Адам».
У нас у всех был «гипер-Адам» в классе. У всех.
Я была еще хуже. Понимаете?
Я думала обо всех школьных предметах.
Например, домашняя экономика. Что это было? Серьезно.
Вы ели. И больше ничего не делали. У меня была учительница Лизбет.
Она носила биркенштоки, использовала поваренную книгу как аксессуар
и бегала из класса в класс.
И на ее уроках можно было плохо себя вести, не получив выговор.
Я сжигала лепешки. Лизбет говорила:
«В следующий раз выпекай их десять минут, а не 15».
«Спасибо».
Я ломала печку. Лизбет говорила:
«Нужно просто вызвать мастера».
Я сжигала целый гребаный класс.
Лизбет радовалась приезду пожарных.
Можно было вести себя реально плохо, и ничего за это не было.
Но если помыть посуду под проточной водой…
…демоны восставали из ада!
Вызывались социальные службы, и Рождество ты проводил вдали от дома.
И я думаю, потому что я сама была странным ребенком,
я, в какой-то мере, ненавижу детей.
Я ненавижу детей. Точка.
Потому что я была странным ребенком, но еще из-за моего первого стендап-шоу.
Мое первое стендап-выступление было для Ассоциации юных аллергиков.
Это, конечно, социальное самоубийство.
У них была конференция,
и мой друг спросил, могу ли я выступить со стендапом:
«У нас будет конференция, возраст участников — от 18 до 35 лет.
Хотим, чтобы кто-то выступил со стендапом».
Его просили самого выступить 40 минут.
Он сказал: «Нет, я никогда не занимался подобным.
Но у меня есть подруга, может, мы вместе по 20 минут выступим».
Так что я согласилась. Позвольте добавить, дело было в Оребро.
Гребаная задница мира.
Я написала материал на 20 минут
о том, как я ненавижу аллергиков.
Мы едем туда, я рада, что у меня первое выступление.
Когда я вхожу, я вижу 30 пар обуви десятилетних детей.
Я смотрю на них и думаю: «Что это, чёрт возьми?»
Друг участвовал в шведском «Евровидении»,
я вижу, как эти дети бегут на нас…
«Шевелись, толстуха!» «Что, чёрт возьми, происходит?»
Я паникую, меня обманули.
Мы в лагере для детей, у которых нет друзей.
Где спрашивают: «У тебя тоже аллергия на цветы?» Вот где мы.
Я думаю: «Я написала 20 минут о том, как я ненавижу этих детей.
Я не могу это говорить. Я просто не могу».
Но я это сделала.
Я вышла на сцену.
Сказала, что аллергия на арахис должна умереть.
Феликс в первом ряду начал плакать.
Затем я сказала: «Знаете, когда вы сосете член…»
Нет!
Они не знают, Джоанна! Им десять лет. Ты тупая?
Нам также пришлось остаться там на ночь.
Представьте себе атмосферу за завтраком. Она была отвратительной.
Так что я не очень люблю детей. Подайте на меня в суд.
Это нехорошо, ведь у моей сестры двое детей.
Я думала, одного будет достаточно.
Но она решила выдавить из себя еще одного.
Кстати, новый ребенок мне больше нравится.
Ей шесть месяцев. Она не говорит. Это прекрасно.
Другой четыре. Она не понимает иронии… вообще.
Мы стоим и смотрим друг на друга.
«Шевелись».
Когда сестра была беременна, она была сумасшедшей.
Она развеяла все мифы о беременности.
Она говорила: «Джоанна… Посмотри, как я сияю во время беременности».
«Да, ты потеешь.
С тебя течет, я имею в виду».
«Посмотри на мои волосы, они такие длинные, густые и блестящие».
«Они жирные, Эмили.
Ты девять месяцев душ не принимала. О чём ты говоришь?»
«Смотри, моя грудь такая большая».
«Ты как молочная корова выглядишь».
Но теперь она хочет спасти мир. Она хочет стать новой Гретой.
У всех нас есть мечты и цели, но должен быть какой-то предел.
Она заговорила о зачислении в реестр доноров.
Кто в реестре доноров? Похлопайте.
Не густо.
Я вижу, как ты отворачиваешься… Я иду к тебе.
- Сколько тебе лет? - 23.
Как давно ты в реестре доноров?
Три года. Почему записалась?
Ты не знаешь?
Отлично.
Что ты говоришь?
«Я должна».
Так ты всё решаешь? «Я должна».
Это довольно важное решение — позволить людям потрошить тебя.
Тебя что — тоже похитили? Похоже на то…
У нас много общего.
Это ради успокоения совести?
На что еще ты подписалась?
Фонд защиты дикой природы? Ты платишь туда каждый месяц?
Нет, не платишь. Я знаю.
Разве что Бьянке Ингроссо.
CAIA?
Невероятно. Спасибо.
Спасибо! Хорошо, что ты с нами. Меня нет в реестре доноров.
Я расскажу вам, почему меня нет в реестре доноров.
Исследования показывают, что тот, кто получит ваш орган,
может унаследовать потребности и эмоции от донора.
Не хочу, чтобы кто-то пострадал от моих органов.
Если бы вам досталась моя печень,
вас бы это сразу погубило.
Возьмите чью-нибудь другую. Джокибоя.
У него все существующие диагнозы, он сбрасывает ребенка с лестницы…
Он сегодня не будет смотреть шоу. Это хорошо.
Он гоняется за призраками или типа того.
Я не наврежу своими органами.
Я очень странно мыслю.
Никто не должен думать, как я.
- Тебе нравятся морепродукты? - Да!
Ну да. Я люблю морепродукты.
Но я думаю, что есть морепродукты немного похоже на анальный секс.
Алло?
Думаю, слишком большое расстояние от идеи до поступка.
Много работы…
…для слишком маленького удовольствия…
Только женщины аплодируют.
Именно!
Я такая стою вечером и просто:
«Стоит ли меня беспокоить вечером? Стоит ли оно того?»
И руки так плохо потом пахнут…
Вам просто нужна влажная салфетка. Влажная салфетка с ароматом лимона.
Если бы у меня была влажная салфетка с лимоном, я бы не прочь.
Мысли, которые могут быть опасны для общества.
У людей удивительные мысли, но не у меня.
В центре моего внимания… морковка…
…внутри…
…морковки.
Внутри морковки находится еще морковка…
…это чертовски вкусно! Это чертовски безумно.
Ты откусываешь морковку,
а внутри крохотный стержень.
Это безумие.
Это так мило. Это как киндер, чёрт. Это лучшая идея.
Морковка внутри морковки немного похожа на обрезанных парней…
…тем, что они удалили всё плохое…
…а хорошее оставили.
Когда ты спишь с обрезанным, не нужно ничего…
…выдергивать, очищать, мыть от грязи…
Не нужно ничего подобного делать. Это лучшее, что может быть.
Я не могу жертвовать органы. Я родилась в 90-х.
Я так понимаю, не одна я тут дитя 90-х.
Верно.
Мы дети 90-х, мы просто…
…худшее, что было на этой планете.
Мы говорим: «У меня французский балкон».
А все такие: «Это большое окно. Заткнись».
Дети 90-х думают, что Малала — мама Симбы. Вот, кто мы.
Дети 90-х — инфлюэнсеры.
Вот, кто мы.
Среди нас есть инфлюэнсеры, называющие себя предпринимателями.
Дам вам время переварить.
Называют себя предпринимателями, когда делают чехлы
от Ideal of Sweden.
С мраморными узорами. Серьезно.
За что лучше отвечать: за убийство или за мраморный чехол?
Называть себя предпринимателем, когда ты делаешь
чехлы от Ideal of Sweden.
Значит тот, кто работает в Foodora, занимается рукоделием.
Мы так много мним о себе.
Я смотрела сериал «Одиночество в сети».
О людях, которые давно вместе, но никогда не виделись.
В сериале был ребенок 90-х. У него была девушка на протяжении десяти лет.
Они были помолвлены, но никогда не виделись.
Двое парней пришли помочь ему разыскать девушку и встретиться с ней.
Они его спросили: «Почему вы не виделись?»
А он такой: «Ну, она так занята».
Реакция: на протяжении десяти лет?
Я уверенна, можно же было как-то окошко в графике найти?
Они такие: «Ладно. Но по телефону-то вы разговаривали?»
А он такой: «Нет, но я слышал ее голос».
Они такие: «Чёрт, что происходит?»
В итоге они говорят: «Покажи нам эту девушку».
Он говорит: «Вы мне не поверите.
Это Кэти Перри». Конечно.
Это так похоже на Кэти Перри. Нет.
Мы много думаем о себе. Не инфлюэнсеры занимаются чем-нибудь другим.
Я встретила парня на вечеринке,
и как-то так разговор зашел о нем.
Обычно этого не происходит.
Мы начали говорить о работе. Я сказала: «Я комик».
Он сказал: «Это странно».
Я сказала: «Спасибо».
Спросила его, чем он занимается.
Он говорит: «Я битбоксер».
«Прости, что? Я не про хобби. Где ты работаешь?»
«Это моя работа».
«Окей, ты играешь на барабанах своим ртом».
Он сказал мне, что раз в неделю встречается с «тренером по дыханию».
«Дыхание важно при воспроизведении».
Никто не услышит разницы. Серьезно.
Он хотел быть лучшим в мире.
Всего два человека в мире этим занимаются. Это не сложно. Дерзай.
Затем он сказал мне, что выпускает демо.
«Хочешь послушать?»
«Нет».
Я этого не говорила.
Я сказала: «У меня нет наушников. Прости, приятель».
Он говорит: «Я могу исполнить вживую, если хочешь».
Конечно.
Итак, я стояла там три минуты,
надеясь, что у него случится приступ астмы.
Как вы относитесь к битбоксингу?
Я стояла там… «Придется немного покачиваться. Я покачиваюсь».
Я покачивалась. Затем: «Подниму руку». Я подняла руку.
Я подумала: «Что-то я притихла».
«Я не могу делать бит, но нужно что-то делать». И я:
«Е-е, ага».
«Вжж». Да, тип того.
Никогда не чувствовала себя такой белой.
Я никогда не увлекалась битбоксингом.
Это как наблюдать за скачками.
Что нужно говорить? «Хороший прыжок»?
Это было похоже на ситуацию с заложником без оружия.
Я чувствовала себя, как кобра, вылезающая из ведра. Серьезно.
Понимаете? У вас есть сын.
Однажды он говорит:
«Всё, что я хочу на день рождения — это тренера по дыханию».
«Давид, ты что-то знаешь?»
«Вот пневмат, иди выстрели себе в голову».
Но у нас был секс.
…так что, знаете… Да.
Эти шторы красные, как вы думаете? Верно…
Я изо всех сил пытаюсь смотреть вам в глаза.
Мне немного стыдно.
Но все прошло хорошо. Он шел за мной до дома, что было мило.
Мы зашли, и я закрыла дверь.
Я сказала: «Ты остаешься.
Можешь забитбоксить меня до смерти».
Мы собирались заняться сексом, и существует, как вы знаете, прелюдия…
Ты должна сосать член.
Есть вещи, которые мне больше нравятся, чтоб вы знали…
…но что поделаешь.
Итак, я опустилась на колени…
Не буду смотреть в глаза, просто чтоб вы знали.
Я опустилась на колени, и начала готовить себя к…
…рвоте и неспособности дышать…
…хлыстовой травме.
Я ко всему этому была готова.
Так что я присела и…
…«приступила к работе» — не подходит.
Я открыла вечеринку. Так лучше. Я открыла вечеринку.
Спустя какое-то время я почувствовала руку…
…на…
Вы в курсе… на моей…
…голове…
И тут начинается замес.
Я сюда, а он туда. Это похоже на чертов торнадо.
«Что, чёрт возьми, происходит?»
Я не осмелилась сказать: «Уважай мое тело!»
Я подумала: «Мы тут веселимся».
Итак, это всё продолжается. Через какое-то время я сбилась с ритма.
Давай «Макарену». Давай, кружи меня!
Но это вызвало у меня помутнение. Я такая: «На чём мы закончили?»
«Я со своими настоящими родителями?»
Спустя какое-то время: «Мне нужно знать, что происходит».
Я поняла, что я сижу здесь с полным ртом…
…а он мне делает массаж головы.
Мы не в гребаном спа.
Если бы я дрочила ему правой рукой,
он бы левую массажировал.
Поза 69… «Сделаешь массаж стоп?»
Я этого никогда не забуду.
Теперь, когда я иду в парикмахерскую, и мне моют голову…
Впоследствии я обнаружила, что у меня либо хламидиоз, либо ИМП.
Как оказалось, и то, и другое.
Пришлось заказать тест на хламидии, ведь я отказываюсь идти к врачу.
Я не смогу посмотреть в глаза, сказать, что повеселилась на вечеринке.
Я заказала тест на хламидиоз и получила его в белом конверте.
Один тест на хламидиоз и один презерватив.
Никаких инструкций.
Такое жесткое утверждение.
«Вот ты, маленькая шлюшка». Это правда…
Но я, тупица, пролила содержимое пробирки.
Не закончила тест. Пришлось заказать еще.
То же самое: белый конверт, один тест на хламидии и три презика.
Вы представляете, что они там говорили? Серьезно.
В следующий раз мне фаллоимитатор вышлют.
С пометкой «хватит спать с кем попало».
Это как продавать журналы на Рождество. Больше продаете — выше вознаграждение.
В следующий раз получу Satisfy Pro. Было бы здорово.
Время было неподходящее.
Не знаю, какое время подходящее для хламидиоза.
Меня раздражало, я собиралась в Коста-Рику…
… чтобы научиться серфингу.
Я была очень занята работой, я очень устала.
Мне нужно было найти покой, найти себя и так далее.
Дорога до Коста-Рики занимает 34 часа.
Спокойствие покинуло меня уже в Лондоне.
Когда я прилетела, девушки носили шорты и майки.
Они ели мюсли на перекус.
«Супер. У меня две минуты, чтоб скинуть 40 кг. Это будет прекрасно».
Первое, что меня спросили: «Ты уже занималась серфингом?»
«О чём вы говорите? Я похожа на котелок. Вы тупые?»
В первый день я проснулась в 5:30, чтобы пойти на йогу.
Йога для меня — это сон,
зажжение свечей и жонглирование манго.
Стояли в позе собаки головой вниз, когда задница парит в воздухе,
сорок пять минут и дышали.
Скажу вам, я задыхалась.
Это был пропуск на серф.
«Стопроцентная гарантия, что вы научитесь серфингу».
Я посетила их сайт.
«Стопроцентная гарантия, что вы научитесь серфингу».
Им стоило бы исправить на 99%.
Серферы — худшие люди, которых я когда-либо встречала.
Они такие просыпаются утром… «Сегодня я покорил зеленые волны».
«А я приняла экстази. Заткнись».
Это было ужасно.
Я пошла туда, чтобы найти себя. Понятия не имела, где я была.
Когда я вернулась домой, подумала: «Что дальше? Читать гороскопы?»
Кто-нибудь из вас читает гороскопы? Похлопайте.
Да. 3 000 идиотов.
Спасибо, что пришли.
Я тоже читаю гороскопы.
Хотя навряд ли вы хотите быть со мной в одной категории.
Я люблю гороскопы. Мне нравится, что что-то хорошее когда-то случится.
Кого-то только что уволили.
Я люблю гороскопы, но не всё это дерьмо о планетах.
Плевать. Я хочу знать, во-первых, нравлюсь ли я кому-нибудь.
Во-вторых, когда я разбогатею?
И найдут ли меня настоящие родители?
Вот и всё, что я хочу узнать.
Я ходила к гадалке несколько месяцев назад.
Я прихожу, и первое, что она мне говорит…
«Я вижу, как ты сидишь дома… одна».
«Ладно. Чудесно.
Я заплатила за час. Будет весело».
«Нет, нет. Вам понравится».
«У меня, черт возьми, нет выбора!»
Затем я должна была задавать вопросы, предполагающие ответы «да» или «нет».
Она спрашивала у ангелов или типа того.
Как просто.
Не знаю, она им по Wi-Fi звонила или как-то иначе.
Говорит: «Задавай мне вопросы, я буду отвечать «да» или «нет».
Я отнеслась серьезно: «Ладно, буду спрашивать о том, что мне важно».
Итак, я спросила: «Стану ли я полицейской?»
Она достала карты Таро. «О, сыграем в Уно?»
Она говорит: «Я разложу карты.
Если будет 13 карт, это означает «нет».
Меньше 13 карт означает «да».
«Ладно, не важно. Продолжай. Делай свою работу».
Она раскладывает карты и такая: «Гм.
Да. Тут 13 карт…
…это значит «нет».
«Я видела, ты их считаешь! Я не тупая!»
Затем говорит: «Не с теми парнями встречаешься».
«Спасибо. Я в курсе! Я встречалась с парнем, который в фургоне жил».
Это правда. Я встречалась с парнем, который жил в фургоне.
Это было, когда я жила в Вестерасе, моем родном городе.
Я была в баре. Он подошел ко мне и сказал:
«Пойдем ко мне?»
Я подумала: «О таком не спрашивают дважды.
Нужно отвечать «да» жизни».
Итак, мы садимся в автобус.
Номер 309 в сторону Хоганаса, никогда не слышала об этом месте.
Мы ехали 20 минут, 30 минут…
Если ты приглашаешь кого-то к себе, ты должен жить в городе.
Я не должна пересекать границу. Я отказываюсь это делать.
Через 45 минут выезжаем на грунтовую дорогу. Темно.
Он говорит: «Мы здесь выходим».
«Точно?»
«Да. Выходи».
«Окей, прекрасно. Меня еще раз похитили. Чудесно».
- Я тебя люблю! - Спасибо.
Наверное, это он.
Спасибо, что пришел.
Итак, выходим из автобуса. Я понимаю, что нет смысла
даже пытаться сбежать от него.
Знаете, с какой скоростью я бегаю?
Рысью — это наивысшая скорость. Правда.
Тьма кромешная. Ничего не видно.
Он достает фонарик из кармана пальто.
Он принес фонарик с собой в бар!
Посылать сигналы тревоги или типа того.
Мы как двое слепых. «Что происходит?»
Подходим к трейлерному парку.
Говорит: «Тут я живу».
Ладно…
«Наверное, стоило сказать об этом заранее».
Но мы продолжали встречаться, как ни странно.
Мне было неловко говорить родителям, где он живет.
Что-то было в этом такое… «Я пока не могу сообщить им».
Однажды вечером родители спросили меня, что я делаю.
Я сказала: «Я собираюсь к Феликсу».
«Феликс, он живет в деревне, верно?»
«Типа того. Немного дальше».
«Хочешь, подвезем?»
«Черт, нет! Я на автобусе поеду до Хоганаса».
«Не волнуйтесь». «Он живет на вилле или…»
«Ну, это не совсем вилла… Там всего один этаж».
«Значит бунгало?» «Ну, я бы так не сказала…»
«Ладно, рядный дом?»
«Дома в ряд стоят, так сказать».
«Так это квартира? Ну же, что…»
«Это квартира на колесах, что мне еще сказать?»
«Ты встречаешься с бездомным. Молодец. Поздравляем».
Было много поводов насторожиться. Еще он любил суп из шиповника.
Уже после этого нужно было порвать с ним. Серьезно.
Однажды вечером я собиралась к нему, он написал:
«Джоанна, не могла бы ты купить…
суп из шиповника по дороге?»
«Конечно, суп из шиповника для парня!»
Обычно я не хожу в магазины, если не знаю, где что лежит,
потому что я не могу ничего найти.
Напрягаю людей, которые там работают, чтобы сделать покупки.
Всё случилось так быстро,
я захожу, и я не знаю, где этот суп.
Понятия не имею. Он горячий или холодный.
Он с молоком или в виде желе?
Ищу как сумасшедшая, но не могу найти. Ладно, нужно просто спросить.
Мне нужно просто спросить.
Вижу девушку, которая работает в магазине.
Подхожу к ней и говорю: «Ну, привет».
Я определенно не так сказала. С чего бы я так сказала?
Наверное, я сказала: «Здравствуйте».
Она говорит: «Здравствуйте».
Наша беседа точно не была такой долгой.
Я говорю: «Могу ли я задать вам вопрос?»
Она говорит: «Да, конечно, спрашивайте, что угодно».
Я говорю: «Хочу знать…
Суп из шиповника, где он? Не нужно провожать меня!»
И она говорит: «Направо! Пройдемте к супу из шиповника!»
Это путь позора в магазине.
Зачем вы это делаете? Они меня хотят в Нарнию отвести.
Ты тупая? Просто скажи, в каком ряду. К чему эти понты?
Ненавижу ходить в Systembolaget.
Это ужасно. Я просто хочу, чтобы выпивка сама ко мне приходила.
Но я собиралась на ужин, возможно, с этим чертовым парнем с фургона.
Но когда тебе исполнилось 20,
нужно приносить с собой цветы или вино или хрень типа того.
Я не разбираюсь в вине, но ладно, куплю какое-нибудь.
Я подхожу к полке с вином. Смотрю на красные вина, читаю этикетки,
какая из бутылок самая дорогая. Это всё, что я проверяю.
Я смотрю на вино, а сзади подходит женщина.
Она такая: «Я как раз смотрела на это вино».
«Ладно».
«Не знаете, подходит ли оно к мясу?»
Понятия не имею. Я Red Bull с водкой мешаю по выходным.
Это как Пенни Парневик спрашивает родителей о контрацептивах.
У нее пятнадцать миллионов братьев и сестер.
Я была одинока довольно долго.
Теперь, к счастью, я нашла себе парня, невероятно.
О, спасибо.
Он меня скоро бросит, но ничего.
Куда я денусь?
Я слишком долго была одинока.
Мне не везет со свиданиями. У вас есть Tinder?
Не у многих из десяти тысяч.
Я вас потом вычислю и убью всех одиночек.
Никто не хочет признаваться, и мне хуже от того, что я сейчас признаюсь.
У меня был Tinder Gold.
Это была насмешка. Я всё слышу.
Tinder Gold позволяет вам видеть, кто вас лайкнул, позволяет выбирать.
И вы можете выбирать за границей.
В приложении, это не эскорт.
Tinder Gold стоит 200 крон в месяц.
Дороже электричества.
Согласно ЮНИСЕФ, я могла бы спасти троих детей в месяц.
Нет, это не для меня.
Я подключила Tinder Gold, чтобы сэкономить время.
Да, верно, сэкономить время, свайпая по Австралии.
Но когда я начала встречаться с нынешним парнем, я сошла с ума.
Я схожу с ума, когда встречаюсь.
Если он не отвечает десять минут…
У меня крыша едет.
Совсем едет. Я могу с подругой стоять, и такая:
«Окей».
«Окей!»
«Окей тогда!»
«Все кончено. Это конец. Вот так».
А подруга такая: «Начинается, чёрт возьми».
И тогда она говорит: «Джоанна, вы сегодня разговаривали или…?»
Я говорю: «Да, разговаривали».
«Так вы общаетесь?» «Мы общались, но теперь не общаемся».
«Окей. Если вы общались сегодня, ты должна знать, чем он занимается».
«Да».
«Он на чертовых похоронах».
«Он на чертовых похоронах. Фелиция умерла».
«И он там среди первых. Цветы ей купил.
Мне он цветы покупает? Нет. А Фелиции — пожалуйста».
«Он с ней трахается.
Трахает ее в гробу. Я это знаю».
А подруга: «Хм.
Ты бы знала, если бы он трахал трупы.
«Ты никогда не узнаешь».
«Я бы трахнула Микки живым или мертвым».
Спасибо, так мило.
До встречи со своим парнем
меня интересовало, как это — иметь секс с астматиком.
Астма у людей обычно имеется еще до секса.
Никто не говорит: «У меня астма,
поэтому я ношу с собой ингалятор».
Такого не услышишь.
Я не знала, что у моего парня астма,
но когда ты собираешься заняться сексом с тем, кто тебе нравится,
ты хочешь, чтобы всё было хорошо.
Я пошла ва-банк. Побрила всё тело.
Увлажнила. Я ела ананасы в течение нескольких недель.
Я побежала в аптеку и нашла… Ну, я не бежала.
Вернее, пошла в аптеку и нашла дезодорант для киски.
Нет, не так, он называется «интимный спрей».
Я купила несколько флаконов.
Я использовала один. «Нет, я возьму еще один.
Может, еще. Я взяла третий».
Но я не знала, что у астматиков…
…проблемы с… запахами…
…с духами и тому подобным.
Итак, он…
…спустился туда,
и я вдруг почувствовала, как он начал трястись.
Что было лучшим из ощущений, которые я когда-либо испытывала.
Знаете, эти вибраторы, которые воздух выдувают. Да он прошел курс.
Он научился делать это ртом. Ну и повезло мне!
Итак, я позволила ему продолжать, пока он не начал кашлять.
Что также было самым приятным опытом в моей жизни.
Парни, если вы не кашляли во влагалище своей девушки, кашляйте.
Корона — лучшее, что со мной случалось.
Первая вспышка Короны, я тут как тут.
Если кто-то кашляет в автобусе: «Ты едешь домой со мной».
Андерс Тегнелл: «Всем вакцинироваться».
«Чертов ты женоненавистник».
Я думаю, что я гетеросексуальна, потому что у меня фобия.
Трипофобия. Фобия, при которой вы боитесь отверстий.
Я ненавижу отверстия.
Будто из них начнет что-то выходить.
Например, тот полицейский из TikTok.
Если бы мне попалась девушка, и я увидела это, я бы такая: «Нет!»
Она могла бы угрожать мне своей киской.
«Если ты не вынесешь мусор, сама знаешь, что будет».
Я ненавижу отверстия, все виды отверстий.
Я пришла домой, чтобы сообщить об этом маме и сестре.
Серьезный разговор. «Мне нужно кое-что рассказать».
Они были взволнованы. Я сказала: «Хорошо. Эм…
У меня трипофобия.
И мне очень сложно».
Сестра сказала: «Джоанна,
у меня тоже трипофобия.
Я думаю, это семейное».
«Ну, я из Португалии, так что я ничего об этом не знаю».
Благодарю вас! Спасибо, Авичи Арена. Спасибо что пришли!
Вы потрясающие!
Спасибо!
Перевод субтитров: Катерина Щукина