Downloaded from YTS.MX
Я Лисс Перейра,
Official YIFY movies site: YTS.MX
водитель грузовика, запертый в теле женщины.
Не знаю, то ли я уродливая красавица, то ли красивая уродка.
Пошлая, но элегантная.
С зарплатой беднячки и вкусом богачки.
Очень худая для одних (их мало)
и толстая для других (а таких много).
Не слишком высокая, не слишком низкая.
Если я вам нравлюсь, то вы в золотой середине,
идемте со мной, ведь вы…
ЛИСС ПЕРЕЙРА…
…во взрослой жизни.
Добрый вечер, дамы, господа и небинарные личности.
Все и моя мама.
Добрый вечер всем, кто пришел сюда и кто смотрит меня на Netflix.
Спасибо.
Но где женщины, которые пришли сегодня без сопровождения?
Я знаю.
Ты многому учишься у людей, когда слышишь их реакцию.
В этом есть страсть.
«Вот она я, овулирующая! Блин, вот я».
Тут есть готовность.
Есть любовь к жизни. Открытость.
«Вселенная, благослови меня всем, чем можешь».
Где те, кто пришел с компанией друзей?
Видите? Ты многое узнаешь о людях, слушая их.
В смысле, полный бардак!
Ты не понимаешь. Кто-то задумался: «Кто мы? Не знаю».
Послушайте-ка это. Где те, которые пришли как пара?
Здесь нет никаких сомнений. «Как пара? Я люблю ее».
Здесь нет места для сомнений, уже закончены споры
и процесс притирки.
Это как старые туфли, стоптанные под твою ногу.
Они больше не трут, они закалены в битве.
Мы знакомимся, влюбляемся и всегда будем любить, общаясь,
но это всё укрепляется спорами.
Не ищите того, кто вас балует, уделяет внимание.
Это дерьмо закончится через два года, и то если вы секси!
Ищите того, кто говорит приятные вещи, кто вам угождает…
И это закончится.
И кто умеет спорить.
С кем можно начать спор
и сказать: «Эй, я тебя уважаю».
Нет никого хуже тех, кто позволяет вам побеждать.
Идиот, который говорит: «Да, я люблю тебя».
А ты такая…
«Вот, облом!»
В прошлой программе на Netflix я была беременная.
Очень беременная!
Клянусь, что сейчас уже нет.
Этим уже давно не отмазаться, типа: «Ну, она же только родила».
Он уже говорит, ему три года…
Теперь только я виновата.
И это мне нравится. Быть мамой сына.
Но я не люблю и никак не привыкну
ко всем материнским штучкам.
Я никогда не умела считать возраст в месяцах.
Ничего не знаю об этой глупости.
Я не люблю болтать во всех этих группах в WhatsApp.
Все эти курсы…
Я никогда не водила его на уроки ползания и всё такое.
Быть матерью нашему поколению втрое сложнее, чем раньше.
Мамы предыдущих поколений имели шанс родить и быть мамами.
Сами по себе.
И точка.
А мы нет.
Мы делаем всё то же, но мы публичные мамы.
Будто мы все теперь инфлюенсеры.
Семь подписчиков, а вы пишете сторис: «Для всех вас».
Потому что мы такие.
Верно?
И одно из важнейших решений, которое я должна была принять, когда родила —
публиковать ли фото сына.
Для нашего поколения это важное решение.
Решила не публиковать.
«Малыш, небось, страшный. Почему она не публикует его фото?
Наверняка на папку своего не похож.
#Шлюха».
Решаете: «Ладно, выложу фотку.
Так мамочки объединяются, когда постят фотки.
Выложу фото грудного вскармливания».
Лактация — это же прекрасно.
«Чертова баба — эксгибиционистка,
использует грудное вскармливание, чтобы сиськи показать.
Шлюха, #ШЛЮХА.
Эксплуатирует бедного ребенка, чтобы сиськами светить.
И сиськи-то страшные, разного размера и обвисшие.
Здоровьечка».
Ты никак не угодишь.
Вообще без шансов.
Верно?
Скажешь: «Ну, насчет сисек они правы, у всех есть свое мнение.
Выложу кормление из бутылочки».
«Чертова баба, несносная сучка,
ты вредишь обществу,
лишая это прекрасное дитя уникальной связи с мамой и ее грудью,
которая делает его добрым.
Ты растишь будущего преступника.
Благословение вашей семье и дому».
Нет!
Им вообще не угодить.
Мы живем в очень странном, очень сложном поколении.
Женщина не бывает более одинокой, чем сразу после родов.
Она не сопоставляет себя с реальностью, увиденной в сети.
Сидишь и сходишь с ума.
А после родов мы и так чокнутее обычного.
Отовсюду торчат гормоны,
сиськи потрескались,
наше тело в заплатах.
Ты не знаешь, кто ты, как и почему.
Говорят: «Когда рождается ребенок, рождается мама».
Хрень собачья!
Чувствуешь себя говном, кормя грудью.
Целых 45 минут.
У тебя много времени на размышления.
«Баю-баюшки баю Не ложися на краю
Придет серенький волчок И укусит за бочок, за жопу тоже укусит
Волчку хорошо, у него жопа есть, он-то не рожал
И замуж тоже выходить не стал»
Ты…
Ты так устала.
А когда не спишь и плохо питаешься, ты сходишь с ума.
Ты никому не делаешь одолжение, навещая в больнице после родов.
Подожди, пока мы немного оправимся.
Не любопытствуй. Не заходи. Тебе нечего там делать.
И не рассказывай беременной женщине анекдоты.
Друзья нас смешат, а мы…
Нет!
«Боженька, помоги.
Как классно…
Иисус Христос воскрес, да?
На третий день.
Как классно умереть на три дня.
Три дня».
Если ты красотка после 8-часового сна, что будет через три дня?
Дай людям время оценить тебя:
«Она была такой хорошей».
Пусть скажут: «Она была любовью моей жизни,
если бы она не умерла, я бы позвал ее замуж».
Три дня.
А потом вернулась бы с укладкой и в белом.
Ты сходишь с ума!
У тебя просто гормоны вкривь и вкось. Как и тело. Как и мозг.
Одежда не налезает. Только ты родила, ты ищешь одежду.
По закону Колумбии ты должна
зарегистрировать ребенка сразу после родов, верно?
И дать имя, которое он будет ненавидеть всю жизнь.
Он его поменяет. Лиссет Джохана надолго не приживется.
Лиссет Джохана Перейра Ордоньес — длинно.
Найдет имя покороче, более коммерческое.
Бум.
Девочка. У тех, кто там смеется, точно ужасное имя.
Мы латиноамериканцы, у нас дурной вкус, мы не умеем остановиться.
Взять меня.
«У меня 6 колец и я нацеплю их все, потому что это мое шоу».
Прическа, все дела…
Этой стороной я с друзьями могу вторгнуться в деревню викингов.
А этой — изображать Маримар.
Мы хотим всё сразу.
Мы переживаем исторический момент,
когда мы слишком возбуждены, как ребенок, который долго рисовал:
«Давай порисуем», — и рисую с ним.
Рисую лица, шарики, воду и всё такое.
И в полночь ребенок…
Мы слишком возбужденное поколение.
Мы среднее поколение.
Нас воспитывали родители, не знавшие любви и залюбившие нас.
Мы в жопе.
У нас были хорошие родители, так что мы должны быть хорошими детьми.
И наши родители это знают.
И за пандемию, карантин и локдаун
мы поняли, что родители теперь наши дети.
Родители этого поколения — это новые дети.
Ведут себя не как родители, быстро повзрослели.
Слишком рано, слишком молодыми.
Они поженились в 20 лет, не видели жизни.
И после 40–50 они ведут себя как подростки.
Они так быстро растут…
Родители — это новые дети.
Потому что мы прилагаем усилия,
чтобы научить их защищать себя в современном мире.
Копим деньги и покупаем им современный смартфон.
Тратим время, записываем им инструкции,
всё в замедленной съемке, тихонько,
чтобы они поняли, да?
И зачем это всё? Чтобы они не отвечали на наши звонки.
Потому что, если…
У тебя что-то случилось. Они говорят: «Дорогая, я всегда буду рядом».
Хрень собачья!
Съедешь из дома, и родители тебя знать не хотят.
Их достало, и ты их понимаешь.
Но они никогда не берут трубку.
И типа: «Дорогая, я не разбираюсь в технологиях».
Ты врешь, женщина!
Я видела, как ты присылала стикеры с Твити.
В смысле…
Мы их понимаем.
Теперь я многое понимаю.
Потому что, когда подрастаешь, становишься взрослым…
Или, как мое поколение, мы не совсем взрослые.
Мы подрастающие взрослые люди,
но мы не зрелые.
Это правда.
Мне 35 лет и у меня есть сын. Что это за хрень, да?
Я знаю, мы в отрицании.
Так и есть.
Современные взрослые не такие взрослые, как предыдущее поколение.
Когда я была маленькой, 35-летняя женщина была старухой.
Ты маленькая видишь 35-летнюю женщину: «Да она завтра помрет».
Но уже всё. «Я не старая».
Ты совершеннолетняя, но не взрослая.
У нас взрослая жизнь, взрослая работа, взрослая зарплата.
Для чего? Чтобы тратить ее на подростковую чушь.
Потому что мы такие.
Мы незрелые.
Мы отказываемся взрослеть. Нам это тяжело.
Мы «кидалты» до мозга костей.
И я понимаю, взрослеть непросто.
А раз ты маленький, все требуют повзрослеть.
Обязательный вопрос ребенку от взрослого,
который не умеет общаться с детьми:
«Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?»
Знай мы тогда то, что знаем сейчас, сказали бы:
«Да не хочу я вырастать!»
Верно?
Они постоянно заставляют нас принимать поспешные решения.
У нас, взрослых, сейчас столько тревожности, депрессии, суеты, спешки.
Всё такое быстрое, и всё так быстро растет.
Мы не можем выдержать 16 секунд ожидания между сериями.
Надо всё быстро, всё сейчас.
Но чтобы всё было качественным и служило вечно.
Мы живем в такое время,
когда слишком много мотивации, избыток позитивизма.
«Чего ты хочешь? Попроси вселенную.
Если попросишь достаточно сильно,
с упорством и дисциплиной, получишь это».
Мы поколение «уйди, отпусти, пусть плывет».
Кто нас учит: «Останься, это займет год»?
Никто нам так не говорит.
Если не устраивают отношения: «Отпусти.
Он заставляет плакать — он не заслуживает твоих слез».
Хрень собачья!
Потому что те, кого мы любим больше всего, сильнее всего и бесят.
Из-за них мы сильнее всего плачем.
Начиная с детей.
Их мы сильнее всего любим и ненавидим,
по два-три раза в неделю.
Например, у тебя отношения, полные любви,
и ты не спрашиваешь себя один-два раза в неделю:
«Блин, что я творю со своей жизнью?»
Ты его не любишь.
А люди? Мы живем с избытком позитивизма.
«Чего ты хочешь добиться? Ты можешь всё, что хочешь».
Да, но нет.
Звучит прекрасно, я знаю. И тебе нужны эти мотивационные фразы.
Но на деле, ты не можешь всё, что хочешь.
Потому что в мы не всё умеем.
Мы хороши в том или ином, а сосед — в чём-то другом.
«Сила твоей мечты. Если ты можешь об этом мечтать, это возможно».
Да, но в Латинской Америке всё сложнее.
Моя детская мечта.
В детстве я хотела стать фигуристкой.
В Кукуте, блин!
Для тех, кто не знает, это город…
В смысле…
Большинство наших регионов не знают о сезонах.
В моем городе лето, блин, круглый год.
Холодный день для нас —
это стоять под веткой манго при 38 градусах жары…
И еще.
«Не обвиняй внешний мир, всё, чего ты хочешь, зависит от тебя».
Скажем так. Мы не должны винить внешний мир.
Надо брать на себя ответственность.
Фигуристка, я!
Коротконогая.
Фигурное катание — это спорт высших достижений.
Мы должны знать себя.
Мечтайте, но сначала узнайте себя,
чтобы не терять время на несбыточные мечты.
Блин, я? Профессиональная спортсменка?
Их жизнь — самопожертвование.
Кто заслуживает уважения и восхищения, это спортсмены.
Особенно латиноамериканские.
Это до хрена какое самопожертвование, верно?
Эти люди всю жизнь едят вареную куриную грудку.
Я вот не употребляю наркотики или алкоголь, но моя страсть — еда.
И соусом сверху.
Нет, серьезно.
Мы должны мечтать, но мы должны знать себя.
Если бы кто-то учил нас жизни с самого детства,
не катетам и гипотенузам, а: «Что ты умеешь? Давай я тебя научу».
В школах нет профориентации.
Либо «мечтать», либо «какой позор».
Познай себя.
Я узнала себя в детстве и благодарю Бога за это.
Я выбрала путь с детства.
В каком бы классе я ни училась,
мне всегда говорили: «Перейра, там сзади. Перейра».
В колледже: «Перейра. расскажи, все посмеемся». И вот.
Трудно обрести спокойствие, особенно сейчас,
когда быть счастливым — это обязанность.
Да, теперь нам всем есть, с кем себя сравнивать,
и это очень токсично.
Знаменитости заставляют нас думать, что всё возможно. Хрень собачья!
Если ты одинок, всегда есть тот, кто лучше тебя.
«Она одинока, но она горячая.
Занимается спортом и не жрет, как я.
Имидж, конечно, не всё, но ей веселее.
Она напивается и гуляет с австралийцами».
Говорите: «Это возможно». Сейчас тот самый момент. «Давай!»
Я не буду довольствоваться ролью офисной дурочки, нет уж.
«Это возможно».
Отмечаю свой день рождения с друзьями в районе, где тусуются иностранцы.
Мы сидим, я привожу своих самых уродливых друзей.
Всегда найдется дальний родич Хемсвортов.
Мне хватит и капли их ДНК.
«Это возможно».
Этот парень в Колумбии,
потому что производит машину, делающую дырки в кофейных стаканчиках.
Так богатеют люди из развитых стран.
Причем законно.
Он говорит по-английски. Я пьяна и тоже говорю по-английски.
Мы говорим о мечтах,
о просьбах к вселенной и всё такое.
И я верю, что нам нужно мечтать о многом,
желать многого, стремиться ко многому, планировать и ставить цели, верно?
«Нет, он не мой принц, я хочу большего.
Хочу австралийца. Или колумбийца, но похожего на австралийца».
Можно получить мужчину мечты.
Проблема не в мечтах, а в том, как мы мечтаем.
«Позиционируй себя».
Это цель — мужчина мечты. Можешь его получить.
Может, ты не будешь его первой женой.
Может, ты будешь его второй или третьей женой,
или любовницей года на полтора.
Но это возможно. Он твой.
«Позиционируй себя».
Там мужчина твоей мечты.
Может, у него нет денег,
потому что развод — удовольствие дорогое.
Может, он не будет здоровым, ведь в молодости он часто тусовался.
Может…
…он будет психом.
Тогда они более благодарны. Больные и уставшие — верные.
«Позиционируй себя».
Мы среднее поколение.
И под «поколением» я имею в виду не возраст, тут сложно.
Я хотела быть старухой, говорящей с растениями.
Я этого хотела.
Но тут фиг постареешь — нам постоянно продлевают молодость.
«Пятнадцать — новые восемь».
«Двадцать — это новые 12».
«А 25 — новые…»
Кому нужны 20 лет? Это же худший возраст.
Ты страдаешь.
Ты красив и не знаешь об этом. Свободен и не знаешь об этом.
В 20 лет я совершила кучу ошибок, например, стала трудоголиком.
В 20 лет я работала ради 30 лет.
Отлично, но я зря потратила время.
Я не путешествовала с друзьями. Не была шлюхой…
Я вела себя очень хорошо.
Но плохо то, что время неумолимо.
И нас всех ждет один конец.
Доказательств нет. Мой совет молодежи…
Да простят меня родители, но если кто-то попросит нюдсы, шлите.
Через пять-шесть лет используете этого человека.
«Сделай одолжение. Шесть лет назад я послала тебе фотку голой.
Муж не верит, что я была секси. Пришли ту фотку?»
«Позиционируй себя». Верно?
Мы посередине, переходное поколение.
Мы пережили много странного. Пандемия была одной из них.
Еще мы пережили трудные, странные переходы.
Мы перешли от аналога к цифре.
Мы уже забыли о выигранных битвах
и стали мягче, чем раньше.
Мы пережили времена,
когда наши кузены били нас по морде, и это было в порядке вещей.
Не знаю, как это устроено у вас, кучки аристократов,
неприлично богатых с самого рождения…
Но такие, как я, например,
мы не могли себе позволить учебник Бальдора по алгебре.
Получали его от старших.
А если нет, то покупали подержанный.
И он передавался с наследием, с ДНК, с историей.
От людей, которым было по 13–14 лет, которые…
Там были сиськи, члены, сплетни, всё такое.
Чтобы решить уравнение, нужно было просмотреть…
«Что там за хрень — это X или Y?» Постоянно…
Мы посередине.
И я проанализировал себя, ведь только я имею право себя судить,
потому что в наше время мнением злоупотребляют.
«У меня есть свое мнение, как ты его воспринимаешь — твое дело.
Я очень прямолинейная». Да нет, ты сука.
Нет.
Это несправедливо.
Нельзя использовать свой характер как оправдание, чтобы обижать других.
Или чувства других людей не в счет?
Но виновато наше поколение, наш избыток позитивизма и прав.
Я вообще про всех.
Мы такие: «Кто ты? Ты величайший, ты заслуживаешь всего.
Кто тебя заслуживает? Никто».
Ну охренеть.
А кто же из нас обычный, простой, средний? Никто?
Вот я — средняя.
Средняя взрослая. И шоу про это.
Я посередине.
Не слишком высокая, меня не зовут «жирафом».
Не слишком низкая, меня не зовут «карлицей»! Нет.
Не слишком уродливая, и Netflix не говорит:
«Снимем мыльную оперу по ее жизни.
Переведем на 37 языков.
Будем постоянно держать в десятке лучших.
Пересматривать раз в две недели». Нет.
Не слишком красивая и сексуальная,
чтобы ваша девушка сказала: «На шоу этой шлюхи мы не пойдем».
Я нравлюсь девушкам, а значит, не такая и красивая.
В моем успехе не сомневаются.
Ясно, что я добилась всего упорным трудом.
Так что я не секси.
Мы в мире крайностей, противоположностей.
Ты либо вписываешься, либо нет.
Так вышло, я всю жизнь не вписываюсь.
Ни в брюки, которые мне нравятся, ни…
Потому что у всего есть две противоположных крайности.
Вот образование. Одна крайность — отличник.
«Ты должен добиться, позиционируй себя».
В этой крайности ребенок…
В Колумбии высшая оценка — пять баллов.
Ребенок, получивший пять баллов.
«Высший балл, Сандра.
Твой ребенок, конечно же, получил пятерку.
Яблоко от яблони недалеко падает.
Он весь в папку.
Что будем делать с моим ребенком, Сандра?
Заложим дом, отвезем в Диснейленд. Ребенок заслужил, Сандра».
И есть противоположная крайность — «неудовлетворительно», ноль.
«Ноль, Сандра, ноль».
Насколько же тупым по жизни надо быть,
чтобы получить ноль?
Ни десятой балла хотя бы за масштаб личности.
Он дух класса, блуждающая душа.
Его ощущают, но не видят.
«Ну, Сандра, яблочко от яблони недалеко падает.
Ребенок весь в мать».
И мне интересно, при двух таких крайностях,
что делать с ребенком, получившим оценку 3,1 балла?
Его сраное достижение ничего не стоит?
Его усилия бесполезны? Да, смейтесь над ним.
Мы настолько хороши, что в школе никогда не говорили,
не произносили и не слышали следующую фразу?
«Учитель…
С собой же в гроб ничего не унесешь.
Ну, что для вас десятая балла? Ничего.
Что для меня десятая балла? Мое будущее, учитель».
Верно? Только пятерки по всем предметам.
Ведь сегодняшний девиз: «Ты можешь всё».
Хрень собачья!
Есть вещи, которые ты просто не сможешь сделать.
У тебя есть не все навыки и таланты.
Чем раньше ты сосредоточишься на своих талантах,
тем менее сложной будет твоя сраная жизнь, верно?
«Ты великолепен, ты можешь всё».
Как родители мы передаем эту поколенческую тревогу ребенку.
Мы себя заново открываем. Ребенок ритмично хлопает в ладошки…
«Уроки игры на барабанах для гения двух с половиной лет».
Такое случается.
Верно? Но не в предыдущем поколении.
Они не замечали. «О, сынок, ты играешь на саксофоне».
И всё.
Это следующее поколение, такого не скажешь кошкам или растениям.
Мы среднее поколение.
Наша кровь не голубая, а группы O+.
Где мои ребята с О+?
Да, мы дешевле.
Мы не такие редкие.
Но в случае аварии, кто в выигрыше?
Мы не будем умолять: «Ой, пожалуйста!
Пожалуйста, сдайте кровь. Нашей-то мало».
Ни фига! Потому что нашей крови полно.
Поэтому мы можем лечить лицо плазмой с тромбоцитами и всё такое.
Дешевая кровь.
Плебейская.
Нищебродская, но с честным наследием.
Наше поколение очень незрелое по сравнению с родителями.
Но мы ответственнее.
Мы идеализируем прошлое: «Вот раньше родители были лучше».
Да они были безответственными.
Имели по 13 детей при минимальной зарплате.
Но, например, наши отношения с растениями. Среднего поколения.
У людей были идеальные отношения с ними — эмоциональные, ответственные.
Наши бабушки знали названия растений и их назначение.
И всю эту хрень. Они ведь знали все названия, так?
Они их поливали и подрезали в нужное время.
А мы: «У меня нет растений, спасем Амазонку».
Опять огромная ответственность.
Мы люди посередине.
Три целых одна десятая.
У нас есть растения, ведь у нас есть что?
Помогите, что у вас дома?
Кактус, верно?
И такие: «Кактус? Да у меня суккулент».
Девочка…
Пять лет назад это был сорняк.
Мы стали любить его не потому, что он красивый,
а потому, что нам от него хорошо.
Он дает причтное ощущение, что мы не уморим живое существо.
Что мы не мертвы внутри, потому что растения отражают энергию.
Иметь суккулент или кактус — это нетрудно,
ведь им нужно три капли воды, можно и наших слез, раз в три месяца.
И они уродливые!
У предыдущего поколения были прекрасные растения в банках из-под краски.
У нашего поколения — уродливые растения в красивых горшках.
Типа горшок в виде золотого черепа.
Или портрета принцессы Дианы с волосами…
А растение уродское.
Мы посередине.
Мы поколение посередине. Три целых одна десятая.
Поговорим, например, о красоте.
Тут тоже две крайности.
Классическая красота — очевидная красота.
Конечно, теперь мы говорим, что мы все прекрасны.
Да…
Но на некоторых это лучше видно.
Есть классическая красота, бесспорная.
Видишь человека и думаешь: вот красивый или красивая.
Мужчины, которые красивы даже после бритья.
Я про такую красоту.
Красивые женщины с красивыми ногами и красивым лицом.
Даже если потеряют все деньги и будут одеваться в комиссионке,
футболка за доллар на них будет выглядеть, как от Версаче.
Завяжут узлом, порвут — классно и модно.
Вот я про них.
И это не зависть.
Но я хочу сделать морфологическое наблюдение,
анатомическое, о пропорциях.
Как живот может быть вот такой? Безо всяких усилий, вот такой.
Вот такой, мать его.
И как в таком животе
может поместиться всё, что должно?
Поджелудочная, внутренности
два с половиной метра кишок и всё их содержимое.
Должны поместиться желудок, печень,
желчный пузырь, почки туда же…
Куда всему деваться?
Это не от Бога, не по-человечески. Они рептилии!
Верно?
Это классическая красота.
Но есть и другая крайность красоты — современная красота, верно?
Нынешняя красота.
Красота «без ярлыков», которая сама — ярлык.
«Настоящие женщины. Я тоже на нее не похожа.
Меня не существует».
Это другая красота.
На такую смотришь и говоришь: «Ты…
Ты… Кто ты?»
Не знаю, люди со вкусом, которые хорошо выглядят.
С пятнышками на лицах, но красивыми.
В форме Млечного Пути, безумных форм.
И им это идет.
В полоску, в клетку, в горошек, в кроссовках со смокингом.
Вот эти люди.
Стильные. Новая, современная красота.
И тогда мой вопрос: если я туда не вписываюсь
по понятным причинам…
Не смотрите на меня сегодня.
Сегодня вы мне хлопаете,
а завтра с утра выгнали бы из кровати.
И если я не принадлежу и к этой крайности, то где мне место?
Посередине. Красота на 3,1 балла.
Мы прекрасны и уродливы, и всё на одной неделе.
Нормальные люди. Обычные люди, обычные тела.
Иногда мы пухленькие, у нас плоские задницы.
Обычные.
Женщины с нормальными телами, женщины размера 85С.
Вообще, наш размер — 75.
Но полезно брать побольше, чтобы было куда всё распихать.
Забавно, что наше тело смеется над нами.
Мы так много с ним делаем, жалуемся, кидаем в него всякое дерьмо.
Выжимаем все соки, столько страдаем.
Чёрт, корсеты — живое доказательство.
Нет ничего более ироничного, чем наше стареющее тело,
потому что мы готовы на всё,
абсолютно на всё, чтобы продлить молодость на пару лет,
но наше тело стареет несмотря ни на что, да?
Мы стареем с незапамятных времен.
Самое смешное для меня — это момент, когда мы осознали свое тело
и почувствовали неуверенность и уверенность.
Пубертатный, предпубертатный возраст, подростковый период, верно?
Эта стадия особенно сильно бьет по мужчинам.
Они такие уродливые в этом возрасте.
С большими носами, нескладные, с большой головой и маленьким телом.
Верно? И все мужчины в этом возрасте хотят, чтобы у них были…
У них усики только пробиваются…
А они хотели бы мужские усы, густую бороду, густые бакенбарды,
широкую спину, мужественные руки,
мощные ноги, волосы на груди…
Кто получает с годами всё, что хотели мужчины?
Мы, женщины!
Старение — это ирония,
потому что мы, женщины, в этом возрасте хотели расти…
Поэтому мы пихали вату, отцовы носки, что угодно, чтобы…
Большинство.
Да, есть более развитые женщины.
Они хотели читать книги, а я хотела сиськи.
И самое смешное, что сиськи, которые я хотела,
торчащие, круглые, красивые, кто их получил с годами?
Нет сисек красивее,
чем у мужчин 62 лет и старше.
Это просто прекрасно.
Красотища.
Они торчащие, круглые, с красивыми сосками.
Они милые, как у новорожденных. Они совсем новые. Так круто.
Мы обычные люди, во многом находящиеся посередине.
Но мы тоже в отрицании, мы чувствуем себя неудачниками.
Мы всегда верим в эти универсальные истины, в эти фразы:
«Выделяйся, ты сможешь, ты великолепная.
Кто тебя заслуживает? Никто. Это не одиночество, а знание».
Я больше не хочу узнавать себя.
Мы посередине.
И в этой крайности кто-то всегда совершает ошибку,
и из ошибки возникает возможность.
Из ошибки появляется татуировка «стойкость».
Из ошибки — книга, конференция.
«Однажды я совершила ошибку и усвоила урок,
который поднял меня на ступеньку выше в мире успеха».
Люди из этой крайности, да?
И другая крайность — те, кто ошибаются:
«Я не смогу, ведь я должен был стать футболистом.
Я хорошо учился, меня директор завалил».
Когда дело касается ошибок, мы посередине.
Мы посередине, 3,1-балльные, с нашей кровью О+.
Мы совершаем ошибку, и что дальше?
Повторяем ее.
Раз, два, мы совершаем эту же ошибку.
Столько сколько нужно, пока не надоест.
«Не звони!» Мы совершаем эти ошибки.
И есть любовь — концепция крайностей.
Есть классическая любовь,
театральная, выражающаяся самым романтичным образом, —
любовь между двумя молодыми голубками.
Романтическая любовь, описанная Шекспиром, любовь Ромео и Джульетты.
Если не читали, как и я, вот краткое изложение.
Значит так: «Джульетта,
я видел тебя на балконе.
Я люблю тебя.
Я не знаю, что ты за человек, каковы твои чувства или ценности.
Я ни хрена о тебе не знаю, но я люблю тебя, ты же красивая.
Я так тебя люблю,
что наши семьи могут перебить друг друга, мне плевать.
Потому что я люблю тебя, хотя и не знаю.
Если я разорюсь, дашь мне денег?
Если заболею, будешь мыть мне задницу? Я люблю тебя.
И если нам не позволят любить друг друга, мы убьем себя, Джульетта!»
Это романтическая любовь.
Классическая любовь.
А с другой стороны — современная любовь, рациональная,
любовь двух думающих существ,
уникальные личности которых делят друг с другом жизненный путь.
Люди, которых вы спрашиваете: «У тебя есть к нему чувства?»
«Смотри…
Я читаю блог социолога-психоневролога,
она немка.
Она говорит, что когда ты чувствуешь "бабочек"
это просто тревога.
Настоящая любовь дает тебе покой.
Отвечая на твой вопрос: он не нарушает мой покой».
Что это за любовь такая дерьмовая?
Скучная пенсионерская любовь.
Которая родилась на пенсии,
поцелуи в которой всегда, как у женатых.
Любовь без риска заражения.
Это…
Самое лучшее в любви для тех, кто посередине, —
неспокойная любовь, от которой ты сходишь с ума.
Любовь, которая делает тебя худым, делает тебя хуже, лжецом.
Приходишь с работы пораньше, чтобы высосать любовь из его рта.
Смачная любовь токсична.
Верно?
Большинство любовных отношений мы идеализируем:
«Это хорошие отношения, они длились всю жизнь».
А не: «Люди любили друг друга всю жизнь».
Типа: «Мы были женаты 80 лет».
Сколько говна они преодолели?
Я верю, что настоящая любовь,
я это даже исследовала, между двумя людьми…
От всего сердца надеюсь, что двумя.
Один из них всегда влюбился первым
и сильнее, чем другой.
Больше заботился о партнере и был созависимым.
Делал то, что второй не сделал бы сам,
пока не убедят второго, что их любовь — это хорошо.
Тогда влюбляется второй.
Когда оба влюбляются, они меняются: твоя очередь, моя очередь.
Верно?
«Люблю тебя». «Нет, в этом месяце не люблю. Ты меня».
Пинг-понг, бац! «Мудак!» «Я люблю тебя». «Мудак».
Всё приходит и уходит…
Так не говорят, мы все хотим красивую версию любви,
романтическую версию любви,
версию, которой мы гордимся и хвастаемся.
Мы все хотим, чтобы любовь была как облачко,
как фильмы, на которых мы выросли,
как…
«Доброе утро, любимый.
Проснись, милый. Солнце взошло.
Я вру, иди спать, любимый.
Я приберу бардак, что мы устроили нашей страстью.
Боже мой, что это?
Это грязные труселя моего любимого.
Как прекрасен поцелуй любви.
Милый принц, его мне подари.
В стабильных и длительных отношениях,
потому что я не давала,
пока мы не провстречались месяц».
Скорее всего, так не будет.
И я не пессимистка.
Мы много времени смотрим на другие отношения.
И всегда то, с чем себя сравниваем, несправедливо к нам самим.
Потому что люди из этой крайности не виноваты, что они там.
О чём-то нам не говорят, например, о генах.
У нас разная генетика.
Его семья и моя родом из разных мест.
Я из Анд. Мои предки из коренного населения, да?
Муиски, ацтеки, инки, таино, мотилоны.
Они карабкались вверх и вниз по этим горам.
Потому у латиноамериканок такие жопы.
И короткие ноги — когда много ходишь, они не растут.
Всё передается по наследству, верно?
Нужно честно смотреть на тех, по кому мы себя оцениваем.
И я думаю, что иногда чужие фотографии
заставляют нас сомневаться в себе.
И за фото, например, женщины.
Такой мамочки: «У нее дочери-подростки и маленький мальчик,
у нее богатый муж, который ее любит.
Как она это делает?»
Я верю, что за фоткой — целая история.
Я ведь знаю истории, стоящие за моими фотками.
И хочется думать, что за этой счастливой фоткой
может быть, что там…
«Андреа! Камила!
Идите сюда! Что такое?
Я вас жду. Где вы?
Вы одеты?
Что это за хрень? Снимай! Проводишь кастинг для OnlyFans?
Что у тебя с волосами? Ты похожа на тролля.
Зеленые? Ты латиноамериканка! Не бывает таких волос.
Повзрослей, идиотка! Ты уже большая.
Идите сюда быстро!
Хайме.
А Даниэль?
Брось эту чертову приставку!
Ты же отец!
Ты должен был помочь мне с сыном, а не сидеть и играть в ФИФА!»
Ты плохо играл в футбол, и плохо — в ФИФА!
Я рада, что аргентинские судьи оскорбляют тебя за то, что ты идиот!
Я проснулась в четыре утра, мать вашу..
Позанималась йогой, заполнила дневник благодарности,
написала свои установки.
Всё, чтоб вас!
Четыре разных завтрака, потому что дочь — веганка.
Но ест курицу, говядину и сосиски!
В этом есть дохлые животные! Веганы не едят животных, дура!
У мужа непереносимость лактозы.
Сейчас, да? Дома, да?
Потому что на улице ты жрал пиццу, бургер с двойным сыром.
Там есть лактоза!
Я откатилась на 15 лет в социальной эволюции женщин
из-за вас, четверых ублюдков!
И я не могу сделать семейное фото в свой сраный 35-й день рождения?
Идите сюда!
Улыбайся, дура, мы в отпуск не поехали из-за этих прозрачных брекетов.
Моя семья — величайшее благословение».
Никогда не знаешь, как голодны другие.
Никогда не знаешь, какие они.
Никогда не знаешь, верно?
Хотя мы выросли и стали «кидалтами»,
мое поколение отличает то, что мы скучаем по матерям.
Я теперь мама, и я понимаю.
Когда ты молод, ты всегда в этой крайности:
«Слушай, мама, не вмешивайся в мою жизнь.
Не тебе решать за меня, я знаю, что делаю».
Не лезь, уважай мое личное пространство».
Вырастаешь и рожаешь ребенка:
«Мамочка, пожалуйста,
я не знаю, что делать со своей жизнью. Подскажи, я не знаю, что делать.
Мамуля, к чёрту личное пространство.
Переезжай ко мне».
Взрослые моего поколения хотят заменитель мамы.
Нам нужно еще несколько лет.
Поэтому у нас часы, похожие на маму.
«Дыши, спи, проснись.
Сядь прямо, вырастет горб».
Ты такой…
Нас постоянно воспитывают.
И воспитывает не только семья или школа,
но и наши вкусы, всё, что мы потребляем.
Надо быть осторожными с тем, что мы потребляем.
Надо выбирать.
Нас вырастили наши друзья,
абстрактные разговоры на тротуаре в четыре утра.
Нас много, чего воспитывало, верно?
Нас воспитали люди, которых мы отпустили.
И те, кто отпустил нас.
«Спасибо за то, что ты меня не хотел».
Нас воспитывают наши вкусы.
А в фильмах всегда есть скрытый смысл.
Мне нравится сегодняшняя роль женщин:
сильные женские персонажи и так далее.
Но это же мне и не нравится.
Чтобы женщины сияли, им выдают придурка-героя.
Есть женские персонажи, которые сформировали нас.
Меня — точно, да и многих других.
И мне не нравится, как с ними обошлись:
они передают нам неверный сигнал.
Одна из них — Гермиона Грейнджер из саги о Гарри Поттере.
По-моему, она самая крутая в саге.
Назвали бы «Сага о Гермионе Грейнджер».
Почему?
Без нее не было бы «Гарри Поттера», а была бы только половина книги.
Без нее он бы не выжил. Это не феминизм, это правда.
Девчонка была самой крутой.
Она олицетворяет нас, девушек с плохими волосами, которых отвергают.
Я обожаю эту героиню, она дает нам силы.
«Гермиона такая крутая. Я — Гермиона».
Покупаешь плиссированную юбку? «Я одеваюсь как Гермиона в свои 35 лет.
Плевать, я восхищаюсь ею».
Какая последняя сцена с Гермионой, что нам показывают в фильмах?
Это субтитр, надпись, токсичное послание, скрытое.
Гермиона сажает детей на школьный поезд
со своим толстым мужем…
А это Рон!
Она вышла замуж за Рона. Подтекст — она обосралась.
Гермиона, задолбанная, взъерошенная, с мешками под глазами, в старой юбке.
«Кто ж ее замуж выгонял?»
Она облажалась, просрала карьеру колдуньи.
Это наказание общества для женщин.
Если решаемся на детей, посыл такой: «Она обречена обосраться.
И что она будет делать? Скажи мне».
Это неправильно совершенно.
Персонажи нас вдохновляют, а им всё портят.
Например, Дейенерис Таргариен из «Игры престолов».
Неважно, если кто сериал не смотрел.
Там про интриги, несправедливость, раздор, грязные дела.
Посмотрите любой латиноамериканский выпуск новостей — всё то же.
Дубляж был на мексиканском диалекте.
И зря. Надо было дублировать в Кали, в Колумбии.
Девушку зовут Дейенерис Таргариен.
«Кто я? Как меня зовут?
Королева огня, слышь. Королева первых людей.
Я не горю, я и есть огонь».
Верно? Могло быть и круче.
И эта женщина — главная героиня сериала, саги.
А в чём проблема?
Она прирожденный лидер, сильная женщина, мощная, несокрушимая.
Но мы хотим сосредоточиться на том,
кого она выберет своим романтическим интересом.
И у нее много вариантов. Вот в чём проблема.
И проблема огромная.
Первый мужик — брак по расчету.
С человеком, которого, раз уж надо, мы одобряем.
«Папа, мама, заключите сделку. Давай быстренько договоримся».
Верно?
«Чёрт, они выдали меня за кхала Дрого».
Она стала вдовой в 16 лет с кучей бабла.
Объясняю это тем, кто не знает.
Второй мужик… У нее их несколько.
Убийца, который избавляет от проблем и носит ей головы ее врагов.
«Твое тело, возьми его». И она его берет.
Но она сильная, ей скучно.
«Пока, удачи, слишком много страсти для меня».
Третий вариант — дедуля.
Но не мерзкий старик,
как сосед с магазином, которому даешь монеты, а он…
Гринч.
Крутой старик, который любит ее.
Третий мужик, мужик, которого все бы выбрали.
Головой, сердцем и чутьем.
Крутой парень, который любит и поддерживает.
Не соревнуется с ней, не бесится, что у нее больше власти.
Парень, который любит ее, веселый, умеющий читать, но…
«Он слишком маленький, да?
И руки маленькие. Сиськи странно сжимает».
Вот такие мы.
И последний вариант — Джон Сноу. Он нам нравится, но он тупой.
Меняет идеологию раз в две недели: «Я сын этого, как там его.
Я не его сын, да? Тогда я монах.
Я трахал одичалую, теперь я одичалый».
Парень постоянно меняет решения.
У вас точно есть кузина, которая переспала с таким парнем.
Суть в том, что можешь достичь чего угодно,
но главное — какого мужика в итоге выберешь.
А он тебя еще и грохнет.
И моя последняя крутая героиня — Черная вдова.
Если не слышали о такой, у всех есть такая знакомая.
Крутая женщина.
У нее было темное прошлое, но она сказала: «Это позади».
И ей удалось достичь вершины карьеры.
Такая: «Я всего добьюсь».
И как? Без суперспособностей в мире супергероев.
Всё с помощью ударов, пинков и дворовой смекалки.
Девка выросла на улице, точка.
И как большинство женщин, которых нам показывают,
если у тебя клевая карьера, то жизнь — говно.
У нее нет ни жизни, ни дома.
Там 14 фильмов, но мы никогда не видели ее в ее квартире.
Всегда в офисе или у кого-то другого.
«Привет, я тетя Наталия, у вас супчик есть?»
Это несправедливо.
Если реализуешь свой потенциал, ты останешься один.
Ты умрешь, и тебя некому будет закопать на твоих похоронах.
Ничего.
Тебе придется есть всё, что есть в офисе
из еды и пищи для души.
«Кто здесь без пары?» Первый — Капитан Америка.
Да, я знаю, актер…
Знаете, как мясо на гриле шипит…
Развратница.
Актер — да, но не персонаж.
Персонаж, если присмотреться, скучный парень.
Он не ругается, он всегда прав.
Всегда наглаженный, прилизанный.
Он…
Он слишком чистенький.
Он как тренер по фитнесу, но мормон, тот, кто не…
Не знаю, он слишком правильный.
Подозрительно.
Мы латиноамериканцы.
Нас учили не доверять тому, что слишком легко.
Когда что-то слишком легко, думаешь: «Блин, за это посадят».
Так что парень, который слишком правильный,
он даже токсичен, правда.
Баба улыбнулась ему 80 лет назад, а он не забыл.
Она сказала только: «Потанцуем?»
Так и не потанцевали.
Другой вариант для Черной вдовы — Халк.
Если вы не смотрели фильм, у вас есть кузина с таким парнем.
Токсичный парень.
Исчезает на несколько дней. Возвращается. Она должна его искать.
«Да ладно, расслабься».
Он даже дал ей по роже, но был зеленым, так что мы ничего не сказали.
«Это нормально. Не считается, он был зеленым».
Дал ей по роже.
Потому что в глубине души, когда мы видим такого парня,
все женщины задумываются, в этом наше грязное нутро.
Фантазия 99,9% женщин, о которых даже сейчас никто не знает.
Мужчина такого размера.
«Он меня поднимет, и я почувствую себя худой».
Это извращение.
Но он бесполезен, если он разозлится, он раздавит тебя.
Шмяк.
Посыл: можешь сделать карьеру, но умрешь в одиночестве.
Что это за дерьмовые посылы?
Ни разу не видела успешную женщину с семьей.
Не видела беременную супергероиню
или кормящую грудью, пока она борется со злом.
Вот так мы говорим людям, что есть только две крайности.
Если ты посередине с обычными решениями, ты обосрался.
Верно?
Иногда нужно обосраться. Если вот это — обосраться, то сойдет.
Верно? Потому что…
Мы много говорим о балансе.
Мы много говорим о душевном покое.
Много говорим о вещах, не вписывающихся в нашу реальность,
наше происхождение или наши возможности, верно?
Всё время осуждаем себя.
За то, чего не хватает, чего не сделали.
За то, что кто-то сделал больше, сделал быстрее.
Душевного покоя нет даже во время еды.
Наше поколение не ест спокойно.
У нас больше всего изжог и гастритов.
Мы едим в спешке.
Особенно если мы из большой семьи,
где много братьев и сестер, но мало уважения.
Нужно было есть быстро. Верно?
Мы едим быстро, мы не наслаждаемся едой.
Но еда нужна питательная, органическая, здоровая.
У нас всего понемногу, сильные и слабые стороны.
Мы разные внутри нас и снаружи.
Наши отношения с одеждой, с едой —
всё это важно, это ранит, ломает. Поэтому мы такие долбанутые.
Тем более во взрослой жизни, где нет незаинтересованных друзей.
У нас друзья только потому, что нам нужны друзья.
У взрослого друзья не для веселья:
взрослые собираются, чтобы жаловаться.
Нет времени и денег на психолога, нам нужны друзья.
Это соревнование.
«Прикинь, я трижды болела ковидом.
Но у тебя хоть есть желчный, мне-то удалили». Это…
И даже еда не делает нас счастливыми.
Взрослая жизнь тяжела,
и мы больше не можем принимать неважные решения.
Слишком много вариантов, и они напрягают.
Раньше не было выбора: ни любви, ни еды, ничего.
В любви было три варианта:
сосед, одноклассник или троюродный брат, что не грех.
Вот и всё.
Теперь у людей много вариантов:
«Люди, друзья, деревья, ты сам, что угодно.
Стена, граффити. Я женился на этом граффити».
Всё, то есть…
А вот и мы, те, кто посередине.
И во взрослой жизни еда — это не просто еда.
У тебя паршивая неделя и ты хочешь арепу,
потому что воскресенье, а твой босс — говно.
Ты хочешь забыть, что ты взрослый, и съесть лепешку.
Чтобы почувствовать объятия своей мамы.
Почувствовать лепешечку,
за которую не нужно было платить.
Тебе нужна эта арепа.
Тебе нужен запах арепы, тако или чего-то еще.
Тебе нужен запах домашней арепы.
Воспоминания о том, как твоя мама готовила с любовью,
давала и говорила: «Да ничего не подгорела. Жуй».
Ты этого хочешь.
Иногда ты…
Иногда ты перепробовал всё и хорошо себя вел всю неделю.
Был веганом в понедельник и вторник, мясоедом в среду и четверг,
в пятницу и субботу любил киноа.
Но сегодня воскресенье, и ты хочешь съесть гамбургер.
Верно?
В день, когда… Нет, извините, не в день.
В ночь, потому что бургер —
это то, чего хочешь утром, уговариваешь себя весь день
и решаешься ночью.
Потому что вот такие мы глупые, да?
Если в ту ночь, когда ты съел этот бургер,
ты не просыпаешься с глубоким сожалением в виде желудочной кислоты,
горящей в привратнике желудка…
Если не просыпаешься в час ночи
с глубоким сожалением в виде желудочного пламени
и фантазиями о пожарных из рекламы с антацидом,
поливающих им твое лицо,
то ты не ел бургер.
Если в ночь, когда ты съел бургер,
не просыпаешься и не испытываешь астральный опыт…
Если в три часа ночи не обнаруживаешь себя не в своем теле,
глядящим вниз на себя с осуждением,
на себя униженного, в трусах, плавочках, боксерах,
на кухне, в такой уничижительной позе,
отмеряющего дозу бикарбоната, используя остатки жизненной энергии,
чтобы выжить,
то ты не ел гамбургер.
И если в жизни есть баланс, ищите тот, который подходит вам.
Хочешь съесть бургер? Съешь, сожри.
Но по полной, сделай этот день особенным.
Устрой бургерный день.
Закажи себе самый жуткий, самый обычный,
самый вредный бургер, какой найдешь.
Тот, который сто раз видел в меню и думал:
«Кто это ест?»
Съешь его сегодня!
Ешь. Со всей начинкой. Скажи «да» всему.
«Мини-бургер в бургере?» Да, сожри оба.
Сделайте его высотой в семь этажей, жирным.
Возроди воспоминания детства с каплей ванильного мороженого…
Сожри!
Такой большой, что надо придавить локтем,
чтобы влез в рот.
Сожри бургер, потому что жизнь — это баланс.
С чем его сбалансировать?
С водой.
Спасибо большое!
Спасибо!
Спасибо большое!
Перевод субтитров: Эльвира Сименюра