Downloaded from YTS.MX
Official YIFY movies site: YTS.MX
Революция грянет снизу, из корней, из грязи.
Один за любовь, два за деньги Суровая жиза, Капан
Я воин веры
Один за любовь, два за деньги Суровая жиза, Капан
Я воин веры
Если преступность — зараза То я ее знаю
Но никому не испорчу планы
Один за любовь, два за деньги
Три за Африку и четыре за братанов
Которые воюют, не боясь проиграть
Говори, что хочешь Только Бог мне судья
Снимай их, сними все тачки копов, бро.
Мы все смотрели концерт доктора Дре.
Там чуваки выходили на сцену через экран,
изображение было, типа,
трехмерным.
Трехмерное изображение! Как из космоса.
Футуристично.
Мы посмотрели и вдохновились.
«Ага, вот это круть. Давайте тоже так замутим!»
А потом мы проснулись.
Зацените.
Это наша сцена.
Для вас и всех тех, кто не стал кормом для акул.
Для тех, кто приехал с другого континента
и стал неудачным трансатлантическим экспериментом.
Для сильных от природы.
Это для вас.
- Каков вклад Racionais в общество? - Вот.
Это наш вклад в общество.
Музыка, влияющая на людей, проникает в их разум.
Раз, два, три, четыре!
МЫШЕЛОВКА ДЛЯ ЛЮДЕЙ
Жесточайшие выходные в истории.
ДОКУМЕНТАЛЬНЫЙ ФИЛЬМ NETFLIX
Долой расизм! Сейчас же!
Когда полицейские к нему подошли, то не стали ничего спрашивать.
Они расстреляли его из автомата.
Убитый во сне в соседней комнате
23-летний Вандерлей,
по словам мисс Иванды, был работягой.
Потом я прославился.
Сан-Паулу, Бразилия!
Это Racionais MC's!
Капан-Редонду, Сан-Паулу, Бразилия
В 1970-х южные районы были почти как сёла.
Там было много лошадей, скота,
грунтовые дороги, заборы, футбольные поля, летучие змеи, знаете?
Я просто пытался выжить.
Ни к чему не стремился.
Если бы ничего не изменилось, я бы просто не выжил.
В голове было пусто. Абсолютно.
Я собирался стать вором.
Я ходил в школу для белых,
меня там высмеивали за волосы, за губы.
Придумывали расистские обзывалки.
Я бурно реагировал на нападки.
Я злился. Я дрался до крови.
Раз мое сердце, как у Варравы Слишком сильно любит
То судили бы меня заочно, таков закон
Знай они то же, что и я То не любили бы, ха!
Стать артистом или певцом
казалось недостижимым, как Сатурн или Юпитер.
Но я знал, что нас рано или поздно услышат.
Просто знал.
Это было романтично и наивно, типа:
«Пусть меня услышат черные.
Мне это очень нужно.
Мне нужно проникнуть в их сердца». Знаете?
Я жил в зоне боевых действий. В самом опасном районе Южной Зоны.
Моя улица заканчивалась лесом.
Каждый день там находили новый труп.
Рядом было футбольное поле.
Мы как-то привыкли к трупам.
Мы видели повешенных, застреленных, и они находились там по несколько дней.
Именно так было в 1980-х.
Очень трудно донести до людей,
что происходит на самом деле.
Моя мать и мать Брауна дружили,
они ходили в дом кандомбле Сеу Айзека.
Мы стали семьей
с самого детства, хоть и не по крови.
И с тех пор мы постоянно вместе.
Я смутно помню, как мы тусили
во дворе семейного дома в Санта-Рита в 70-х.
Так как это был церковный двор,
семья давала приют разным людям.
После воскресных богослужений все танцевали самбу.
Воскресенье — это всегда самба, пикники.
Мы выросли в окружении музыки.
В 80-х в Северной Зоне было много суровых районов.
Но они были подальше.
Там, где я жил, в Маззеи,
насилие было, но не очень много.
В то время большинство вечеринок проходило дома.
Такова была культура, знаете?
Где-то всегда проходила вечеринка.
Тогда было чувство братства,
которое насчитывает 400–500 лет.
Мы были вместе в прошлых жизнях.
Моя семья всегда любила веселиться, а семья у меня большая.
Я жил в Вилла Маззеи, и в 14 лет начал ходить по тусовкам.
Это повлияло на меня. Сформировало меня как личность.
Именно там я познал музыку,
культуру улиц, мир, жизнь. И с К.Л. Джеем я познакомился в Маззеи.
Всегда, когда собиралась толпа народу, К.Л. Джей танцевал в центре.
У него была прическа как у Рэя Паркера или Майкла Джексона.
Уже тогда он был легендой.
Через брейк-данс Мы заключили пакт
Еще один дуэт из Сан-Паулу Испытал удачу
Из темноты, да И влажного воздуха ночи
Мы извлекли лекарство Которое таило яд
Я вижу глаза людей, когда они уходят с концерта.
Наша задача — поднять им моральный дух и улучшить им настроение.
Это мощно, это миссия.
И мы должны выполнить эту миссию.
С помощью музыки.
Мы круто читали рэп. Помнишь клип в доме у белого чувака?
Мы с Эди Роком с Северной Зоны.
Браун и Блю — с Южной.
Классный бит.
Как ты ездил в центр? На автобусе?
- Тогда не было метро. - Автобус до площади Бандейра.
На метро.
Автобусом до площади Бандейра, затем на метро до Сантаны…
Выезжали отсюда.
Капан.
Мы садились в автобус и полтора часа добирались до центра.
Это было путешествие, почти что духовное.
Ты едешь из бедного района туда, где всё светится огнями.
Мы ехали в центр, будучи нищими,
садились на автобус голодными и будто питались огнями города.
И витрин.
Витрины, одежда.
Мы ходили в музыкальные магазины смотреть на постеры и обложки.
Или на модные кроссовки. Блин, «Галерея» — это как побывать в Гарлеме.
Кругом песни, барбершопы,
музыкальные лавки…
Жесты и ритуалы черной молодежи.
Мы чувствовали себя своими. Это было прекрасно.
Это всё равно, что в Нью-Йорке побывать.
Там были черные из всех зон — с севера, запада, востока.
Мы стали ходить на дискотеки.
Ездили из Южной Зоны на дискотеки.
Мне нравилось быть в центре.
Играла отличная музыка. Вокруг одни черные — супер.
Мы создали свою команду.
К.Л. Джей и я.
У себя на районе мы играли музыку с дискотек.
Привозили кусочек центра домой.
Обычно команды привозили заграничных артистов.
Впервые увидев одного из них, вроде бы это был Кул Мо Ди,
я подумал: «Ого, мы тоже так можем».
Ты читаешь рэп, а диджей крутит пластинки.
Рэп-музыка, моя рэп-музыка, пришла ко мне в 1987–88 году.
Мне было 17 лет.
Я работал на складе на авеню Бригадейро Луис Антонио.
Разгружал грузовики.
Когда они опаздывали, я писал тексты.
Я работал в офисе,
выходил в Сан-Бенту, чтобы добраться до офиса.
Оттуда многие вышли.
Таид, диджей Хум, МС Джек, Бэкспин, Ус Жемеус…
Сан-Бенту было местом встречи бразильских хип-хоперов.
Вот какое это было место силы.
А прямо сейчас
два часа лучшей музыки в Сан-Паулу от лейбла Zimbabwe.
Это голос народа.
Как-то раз тусили в Сан-Бенту. Подошел парень и спросил:
«Что за чуваки из Капана, которые якобы умеют петь?»
Я такой: «Это я!»
Он спросил, а я не говорил, что умею петь.
«Скоро будет конкурс рэпа. Давай запишемся, бро.
Давай запишемся и всё такое».
- А как назовемся? - Давай что-то придумаем».
Мы придумали название Б.Б.Бойз и записались.
Мы дважды прочитали рэп и выиграли конкурс.
Чёрт, записались и выиграли!
«Б» точка «Б». Бойз, понимаете? Б.Б.Бойз.
Бэд Блэк Бойз. А вы чего ожидали?
Нам было по 17 лет.
Б.Б.Бойз — наше название Мы — Б.Б.Бойз
Хип-хоп — наш танец Рэп — наш голос.
Мы пробились из низов Ну надо же, да?
Это не гетто в США А бразильская окраина
Возможно всё Никому не избежать
Мы убиваем и умираем Без причины, да
Мы оказались в Эдифисио Копан.
Тогда же там записывалась группа, и там были Эди Рок и К.Л. Джей.
«Здарова, диджей!» Я точно помню.
Он отшатнулся, вот так. Мы же бандиты из Южной Зоны.
Клебер всегда осторожничал.
«Меня зовут Эди». А мы ему: «Рок!»
«Меня зовут Эди», и Клебер делает скретч на слове «Рок».
«Офигенно! С ума сойти. Это нью-йоркский стиль».
Мы стали их фанатами.
Меня зовут Эди Рок И я вам покажу
Что рэп — это искусство Об этом я спою
Сделайте погромче и слушайте
Мои слова Они придутся вам по вкусу
Мы решили объединить
Б.Б.Бойз, Браун и Блю, Эди Найт и К.Л. Найт
в Эди Рок и К.Л. Джей.
И мы начали тусить вместе.
Я познакомился с Милтоном Саллесом, который сыграл важную роль, знаете?
Он был частью…
…нашей предыстории.
Пока мы не стали Racionais.
Именно Милтон познакомил
К.Л. Джея, Эди Рока, Брауна и Блю.
Тогда я впервые услышал свой голос на записи.
Он был большим фанатом Боба Марли и менеджером регги-группы.
И он был уверен, что мы станем бразильской версией Боба Марли —
будем говорить о жизни простых людей.
Если наши с ним взгляды в чем-то расходились, то он сомневался.
Он указал нам верное направление.
«Говорите об этом, ведь это важно, а никто об этом не говорит».
«Ты ритмично читаешь, чувствуешь бит. Используй это для защиты людей».
А у меня дома даже горячей воды не было.
Кого я мог защитить?
Тупые расисты, оставьте нас в покое
Бедным семьям И так тяжело
Мы всё знаем, и они боятся этого
Безразличие к тем Кто нуждается
Они идут
С властью И предрассудками
И наша жизнь внезапно превращается
В сущий ад Как нам бороться за свои права
Если мы просто граждане А они — система?
Дезинформация — наша главная проблема
Но мы всё равно стремимся к равенству
Тупые расисты, оставьте нас в покое
Рэп вывез меня из Капана, так сказать.
Теперь я работал далеко.
К.Л. Джей жил в Северной Зоне, поэтому мы ночевали у него.
Возможно, это сохранило нам жизнь.
Понимаете?
В Капане нас ничего не ждало.
Только грязь и перспектива получить пулю.
КЛАДБИЩЕ С.ЛУИСА
Мы с Брауном начали работать вместе.
Он был безработным.
Я работал в офисе в центре и смог устроить его туда же.
Мы начали видеться каждый день.
Нас пригласили выступить у Zimbabwe.
Они пригласили Эди Рока, и я тоже пошел.
Zimbabwe устраивали тусовки на районе.
Это были черные дискотеки,
потому что 90% клиентов были черными.
Может, даже 99% были черными.
Спустя какое-то время мы разрослись так,
что пришлось проводить живые концерты,
потому что их не было.
У нас выступал Карлос Зафе, который из Рио,
Banda Black Rio, тоже из Рио,
Тим Майя, тоже из Рио…
Будь у нас звукозаписывающий лейбл, мы бы открыли местные таланты.
Мы хотели стать бразильским Motown.
Только черная музыка, только черные артисты.
Мы выпустили сборник Consciência Black.
Там были несколько МС,
а кому удалось выделиться, тот записал бы альбом.
КЛ Джей принес пластинку Джеймса Брауна.
Он взял сэмпл из шикарной песни Джеймса Брауна,
а я начитал рэп.
Когда я читал рэп, все были в шоке. «Охренеть, бро! Настоящее гетто!»
Запись попала к ребятам в Zimbabwe, и они даже не знали, кто поет.
«Кто это поет?
- Да, пацаны из… - Кто?»
Мы Racionais MC's. Айс Блю, Мано Браун, К.Л. Джей и я, Эди Рок
Всё норм, Мано Браун?
Не очень, бро Кто вернет невинных жертв?
Но жизнь продолжается И что? Какая разница?
Общество всё равно захлопывает двери
Всё норм, Айс Блю? Паника!
НАСИЛИЕ В ЮЖНОЙ ЗОНЕ САН-ПАУЛУ
Поэтому когда наступает ночь,
Только те, кто там живут Знают правду
Невежество всегда побеждает
И мы совсем одни Наш голос не хотят слышать
А он всё объяснит Сжимая кулаки
Но свидетелей не будет
И не сомневайтесь Правда всегда спрячут
Кто гарантирует мне будущее?
Песня Pânico na Zona Su была про ментов.
Про это не говорили вслух. Знали, но молчали.
Но в Pânico na Zona Su мы осудили их.
Это охренительно смело, знаете?
Взять и сказать прямо.
Они называют себя Мстителями
Они убивают и унижают И стреляют без разбора
И у полиции нет желания
Докапываться до правды
Им это слишком напряжно
Зачем помогать тем Кого они за людей не считают?
И поэтому всё спускают на тормозах
Паника в Южной Зоне продолжается
Паника в Южной Зоне
Скажем так, для нас это была развилка.
Как Атомный Муравей из мультика. Маленький, неизвестный, но сильный.
Многие начали
обращать внимание.
Мы сошлись как-то естественно.
У нас была общая страсть —
создавать мощную музыку для людей.
В те времена. Чтобы ее слушали в гетто, для черных,
для гонимых и угнетенных.
Порой я испытывал чувство вины за то, что я не из фавел.
Потом я узнал, что Жорже Бен тоже не оттуда, и подумал «Ну и ништяк!»
Это наша тема!
Юг наш!
Мы ходили к доне Марии
репетировать у Клебера.
И дона Мария терпела нас.
Мы весь день шумели.
Ребята из Zimbabwe предложили записать пластинку.
Альбом очень долго не выходил.
А когда наконец вышел, группа была ослаблена.
Мы зарабатывали выступлениями, но мне этого было мало:
у меня был ребенок,
было два брата, я платил за аренду.
Я уволился с работы, а альбом так и не выходил.
Чёрт.
А альбом всё не выходил и не выходил.
Ничего не происходило. У меня не было работы, ничего.
Однажды Серафим пришел с альбомом Holocausto Urbano в руках.
И сказал: «Вот он».
Чёрт! Мы все обнялись и сказали: «Твою мать, наконец-то!»
Наконец-то Holocausto Urbano вышел!
Песни были еще агрессивнее.
Не мы такие были, а жизнь была такая, понимаете?
Это был крик, который застрял у нас в горле.
Я расскажу, почему мир такой
Мог быть и лучше, но он хреновый
Тяжелые времена, жизнь тяжела
Мы ищем реальный смысл
Но его никто не знает Тяжело
Тяжелые времена
К.Л. Джей!
Тяжелые времена…
Всё завертелось:
например, Браун женился на моей кузине Элиане.
Была вечеринка по поводу выхода альбома, мы возвращались на автобусе.
Мы ехали через Ларго 13 де Майо,
и все так радовались. Были очень счастливы.
Мы вышли из автобуса, не заплатив. И пошли себе.
Нас окрикнул водитель.
А мы просто ушли молча.
Мы ушли далеко, и нас остановила полиция.
Их вызвал водитель, они приехали.
Нас поставили лицом к стене.
И сильно избили.
Очень сильно.
Особенно досталось Блю и Брауну.
Офицер поставил Брауна лицом к стене, присел
и ударил его между ног кулаком снизу.
Мои руки были за спиной. Офицер ударил меня по лицу.
Я был в наручниках.
И офицер сказал:
«Вы едете в участок. Девушки могут идти домой».
Я сказала: «Я не пойду».
Я абсолютно уверена, что если бы я ушла, их бы убили.
Это было возмутительно. Все были в ярости.
У вас только что вышел альбом, и вас избивают по дороге домой.
В наших текстах говорилось о протестах и социальных проблемах.
Это был акт сопротивления и противостояния угнетениям
и репрессиям, от которых мы страдали после отмены диктатуры.
Для чернокожих бразильцев 1980-е были ужасным временем.
С 1970 ПО 1980 ГОД КОЛИЧЕСТВО БЕЛОГО НАСЕЛЕНИЯ СНИЗИЛОСЬ С 61% ДО 55%
ЗА 10 ЛЕТ ПОПУЛЯЦИЯ ЧЕРНОКОЖИХ ВЫРОСЛА С 28% ДО 38% НАСЕЛЕНИЯ
ТАКИМИ ТЕМПАМИ К 2000 ГОДУ ЧЕРНОКОЖИХ БУДЕТ 60% НАСЕЛЕНИЯ
ОНИ СМОГУТ ДОМИНИРОВАТЬ В ПОЛИТИКЕ, ЗАНИМАЯ КЛЮЧЕВЫЕ ДОЛЖНОСТИ
С ума сойти, да?
Чувак выпустил заявление,
что черным женщинам нельзя рожать, ведь тогда мы станем большинством.
И тогда захватим власть.
КОНТРОЛЬ РОЖДАЕМОСТИ ЧЕРНЫХ
В те времена нас истребляли.
Родилась новая демократия, хотя по сути ее и не было.
Она родилась в переходный период между твердым кулаком милитаризма
и экономическим кризисом.
Расизм, который мы ощущаем в Бразилии, опустошает черных.
Даже ненависти не осталось.
А ненависть может быть полезной эмоцией на войне, так ведь?
Ненависть — это одно, а опустошение — совсем другое.
Когда мы начали идти к успеху в рэпе,
то стали как Public Enemy,
хотя они не знали о нашем существовании.
Сечешь?
Куда они, туда и я мечтал попасть, пусть я и далеко, хоть мысленно.
Начали появляться такие деятели, как Малкольм Икс и прочие.
Мы хотели узнать побольше. И пошли на тусу Движения черной силы.
И с тех пор другие рэперы тоже начали на них ходить.
Нам нужно было объединить два явления,
которые был связаны, но разрознены.
Организованное движение черных,
где были те, кто учились в школе и понимали ситуацию,
но не общались с черной молодежью, которая не понимала ситуацию.
А молодежь прислушивалась к Racionais.
И тогда всё завертелось.
Должен был пройти марш для объединения черных людей,
и ходили слухи, что туда придут скинхеды,
чтобы всех избить.
Мы были в Геледесе, и все были очень напуганы.
«Нет, бесполезно, надо отменить».
«Что?»
«Стопэ. Мы сгоняем на район и вернемся».
Мы вернулись с оружием и сказали: «Начинайте марш, мы с вами.
Пусть эти лысые только сунутся. Мы им покажем».
Объединились две семьи, два политических движения черных
и группа пацанов-рэперов.
Узколобый Узколобый
Ты не слушаешь меня Или не понимаешь, что я говорю
Я тебя предупреждаю Можешь меня тупым ниггой назвать
Ты злой и примитивный И сам это знаешь
Наши расклады ограничены
У тебя два варианта Осознай или утони в апатии
Выбери свой путь Одним вирусом меньше
Стань четким, осознанным чернокожим
Или станешь очередным узколобым братом
ВЫБЕРИ СВОЙ ПУТЬ
Узколобый брат
Одним вирусом меньше
Выбери свой путь
Мы вообще не думали, что Racionais придут к успеху,
чем кончится эта борьба, и кто вообще наш враг.
А это были все.
Даже наше невежество было нашим врагом.
Не понимание смыла, неопытность. Всё было нашим врагом.
Учитывая всё это,
удивительно, что мы столько всего добились.
Видимо, нам помогли ориши, бро.
У нас мозгов бы не хватило.
Реально.
Эти фотографии.
Вот. Тот самый фанк, который…
- Бро, а девушка? - Это было в Zimbabwe.
Это было в Zimbabwe.
- Да ну? - Да.
Тогда мы любили скурить косячок в машине, слушая Жорже Бена.
Я хотел быть, как он, петь, как он, знаете?
Когда я слушал эту музыку, то представлял себе свой район.
Нелегко соединить политическую идею
с танцевальным битом.
Этого знания у нас еще не было.
У него был шикарный словарный запас. Он сам по себе уже имел ритм.
В одной песне я заметил мелодию на бэк-вокале:
«Карол, Каролина»
Я сказал: «Ого, это круто! Арабские мотивы. Это же Африка!»
Вот такую музыку я слушал,
когда мы писали альбом Raio X do Brasil.
1993 год Мы вернулись, мать вашу
Racionais
Нас лишают Права на свободу слова
А ведь прав
У черной молодежи В этой стране немного
Вы входите в мир информации
Самопознания, осуждения и веселья
Бразилия под рентгеном
Добро пожаловать
К.Л. Джей!
Зажигай!
К.Л. Джей, бешеный пес из Северной Зоны.
Йоу!
Показать кое-что?
Как дела, Южная Зона?
Всё ништяк?
Я топлю за Северную Зону.
И топлю за Восточную Зону.
А я за Западную Зону.
Я за мир,
за все бедные района Южной Зоны!
Выходные в парке
Наступили выходные И мы все хотим повеселиться
Лето, всё в радость.
Январь в Сан-Паулу, Южная Зона
Все на расслабоне Под теплым голубым небом
Я хочу наслаждаться солнцем
Потусить с корешами Поиграть в баскет
Никаких проблем
До моего района час езды
Я хочу, чтобы всё было тихо-мирно
Одна, две, три машины на тротуаре
Богатые пацанчки веселые и довольные
Моют свои тачки на автомойках
Тратят воду и устраивают тусы
Посмотрите на них
Мороженое, кинотеатры И бассейны с подогревом
Богатенькие мальчики и девочки
Утопи сучку в бассейне
У них даже есть картинги
Я такие видел вчера по телику
И есть офигенный клуб
А черный пацан Только заглядывает в окно
И тут же забывает Сколько денег нужно отнести
Бухому папаше, который орет в баре
Он не помнит ни вчера, Ни сегодня, ни завтра
Он мечтает о жизни за стеной
А на районе радости одни и те же
Уже почти полдень, все в эйфории
Здесь живут мои братья и кореша
И большинство здесь похожи на меня
Здесь я важная персона, я рулю толпой
Народ танцует самбу С 10 утра
Слушайте бит Следите за аккордами
Что скажешь, Мано Браун?
Проповедуй порядок
Чемпион по низкому доходу
В Южной Зоне живут достойные люди
На лестнице труп И тут идет старушка
Полиция! Умер! Полиция! Помогите!
Черным и бедным людям эта песня была очень близка.
Это была великая революция,
когда мы прославились.
Поначалу мы не могли достучаться до окраин.
А потом смогли.
Кому были интересны эти песни? Voz Ativa, Negro Limitado?
Каким-нибудь студентам, каким-нибудь преподавателям.
Каким-нибудь специалистам. Именно «каким-нибудь».
Выход песни Homem na Estrada стал прорывом.
Кто всем заправляет?
Богатые.
Кто осуждает? Богатые.
Кто пишет законы?
Богатые.
Я никогда не видел, чтобы умирал богатый вор.
Многие из моих корешей не дожили до 23 лет.
Они либо в тюрьме, либо мертвы.
Каждый может спокойно жить и иметь всё в рамках своих прав.
Но есть люди, которые лишают вас этих прав
только потому, что считают вас недостойными.
Здесь все могут стать кем угодно.
Членами совета, конгрессменами, учителями, юристами,
футболистами, исполнителями самбы или рэперами.
Человек на пути начинает жизнь заново
Его цель, его свобода
Были потеряны, аннулированы
Он хочет доказать себе Что реально изменился
Что он исцелился И хочет жить спокойно
Без оглядок назад
Сказать криминалу «никогда»
Потому что его детство было суровым
От малолетки только Страшные воспоминания
Да, заработал, наконец-то разбогател
Многие погибли, мечтая о таких высотах
Но скажи мне, кто в радость А не в горе
Когда их ребенок рождается в бедности
Там, где всё веселье — в баре
А благословение — в Кандомбле
Такой расклад В истории, что я вам расскажу
Человек на пути
Тогда я и достучался до сердца бразильцев. До их души.
Как бразильцам донести о черных и белых, о бедных и богатых?
Они же не из Бронкса.
У них не было туалетов «только для белых» или «только для черных».
У них другая точка зрения, другое восприятие, понимаете?
Песня стала хитом в одночасье.
Из десятка проезжающих машин в восьми играла Homem na Estrada.
Боже мой.
Она играла даже на тех радиостанциях, где не ставили черную музыку,
или музыку черных вечеринок.
Ее слушали по всей Бразилии.
Все радовались, что песня так популярна.
Альбом раскупали.
Браун сказал, что нам нужно поговорить.
«Серафа, вот в чём дело. Я очень расстроен, бро.
Это бред, Серафа. Какого хрена?
Моя песня звучит повсюду.
На радиостанциях для богачей, даже на религиозных станциях.
Я ее написал не для этого.
Почему они ее крутят?
Скажи им, пусть снимут с эфира.
Я не просил их ее включать. Как снять ее с эфира?»
У тебя забрали волю, Семью и силу духа
Даже после выхода из тюрьмы
Ты навечно будешь Бывшим зеком
Никогда не верю копам…
Этим мудакам!
Когда Racionais прославилась с песней Homem na Estrada,
строчка «я не верю копам, этим мудакам» застряла у людей в головах.
И полиция такая: «Что? Это что за пацаны?»
И они пришли за нами.
Мы записали эту строчку
и, выступая на концертах, пели ее.
А зрители ее повторяли.
Ее повторяли 50 000 человек, 100 000 человек.
Наш концерт в Аньянгабау охраняла полиция.
Все пели: «Я не верю копам, этим мудакам».
И чем всё кончилось?
Концерт прервали на хрен.
Полиция его остановила.
Все копы мечтали как-то докопаться до Racionais.
Все полицейские участки на районе знали, когда я выступаю.
Они говорили: «Можно выступать всем, кроме них.
На моем участке им выступать нельзя».
Тогда это было делом чести для копов.
«Любой может выступать, кроме них».
Нас вполне могли застрелить.
Я была на кухне, и зазвонил телефон.
«Эй, скажи своему сыну,
что мы его убьем.
Пусть больше не поливает грязью полицию.
Они думают, они такие крутые».
Я ответила: «Тогда сначала вам придется убить меня».
Моего духовного наставника зовут Огум-де-Лей.
Он заботится о нас.
Ана всегда была с ними.
Это моя лучшая подруга, она моя подруга.
А где…
Она всегда была рядом с сыном.
Она везде ездила с ним.
А ну, отстань!
Она была очень близка с ним, очень.
Они были не разлей вода.
Она следила за всем, знала все тексты песен.
Йоу, Блю.
Мы едем в полицейский участок,
потому что нам придется, выхода нет.
Такова система.
Мы хотим, чтобы наши люди
держались подальше от алкоголя, от кокаина,
от крэка и криминала.
Некоторые желают нам только проблем и смерти.
Реально.
У богатых всё больше власти, а нам всем хана.
Реально.
А если ты противишься этому, то ты опасен.
Как только ты выберешь, на какой ты стороне, то жди конфликта.
Мы говорили то, что они не хотели слышать.
И вели себя так, как им не нравилось.
Уйдите, пожалуйста?
Началось преследование.
Начальник полиции в участке был перепуган.
«Кто всё это устроил?
Кто главный офицер?
Вы устроили мне головняк.
Мне уже звонили три юриста, один сенатор
два конгрессмена и мэр».
Тогда Racionais и показали свою силу.
Вы готовы воевать?
Один за всех,
и все за одного!
К.Л. Джей!
Не слышу вас!
Racionais!
Хорошие люди!
Хвала Господу!
Величайшие!
С улиц Сан-Паулу в мир…
ЗЛЫЕ, РАДИКАЛЬНЫЕ RACIONAIS MC'S
ОНИ ЧЕРНЫЕ, ДЕРЗКИЕ И ЗЛЫЕ И ЗА СЛОВОМ В КАРМАН НЕ ЛЕЗУТ
Мы начали выступать за пределами Сан-Паулу.
Начали путешествовать.
Мы садились в автобус и ехали туда,
где была нужна наша музыка.
Туда, где нуждались в рэпе.
Потом нам сказали получить бизнес-лицензию.
У нас были все документы, офис и всё прочее.
И наш бухгалтер сказал, что у нас есть право на оружие.
Я такой: «Правда?»
Мы вооружены и опасны. Подходите.
Мы думали,
как банда.
Отсюда у нас такая репутация. «О боже, Racionais!»
Потому что на концертных площадках мы вели себя агрессивно.
Мы выступали не где-то там. А в местах типа Фундана,
где всё очень сурово.
Нужно было соответствовать.
Нужно было быть суровыми, всегда наготове.
Постоянно снимайте их, ладно?
Твою мать…
Когда мы приехали на вечеринку в Пелотасе,
там была куча копов. Огромные, мощные белые копы.
Они уже успели кого-то избить.
К.Л. Джей пошел поговорить с ними.
Они ударили пацана рукояткой пистолета.
У него шла кровь.
Один из наших кузенов заметил, что один коп зазевался,
забрал его пистолет и сел в автобус.
Внезапно автобус был окружен,
а мы были заперты внутри.
Потом пришла Присцилла.
«Извините, я их менеджер. Я поговорю с ними. Не волнуйтесь».
Дверь автобуса открывается, входит Присцилла.
И мы тут же через окна наставляем пистолеты на копов.
«Да пошли вы, мудаки!»
Реально! Пацаны собрались, давайте отрываться.
Пусть все чиллят, никаких проблем.
Эди Рок, К.Л. Джей, Айс Блю и Мано Браун.
Мы не ошиблись.
Коп специально недоглядел за пистолетом, чтобы был повод.
«Забери пистолет и уходи, ладно?» А потом они отпустили автобус.
Но по дороге, когда мы были примерно
в десяти километрах от места всех событий,
они начали стрелять по автобусу.
Было много выстрелов.
Этот перевозчик больше не давал нам в аренду автобусы.
- Пошел ты! - Сам ты пошел!
- Пошел ты! - Я не просто ругаюсь!
Не трогай меня! Я офицер полиции!
И что?
После всех преследований мы впервые полетели на самолете.
Ну вот, мы пришли к успеху. Да?
Верно? Реально же.
Я никогда не летал. Впервые полетел с группой.
- Андре, второй пилот. - Андре здесь.
Кого еще ждем?
Короче, так. Ребята, вы худые, меняемся. Мы вчетвером не влезем.
Готовимся ко взлету.
Все на борту. Можно взлетать.
Да ладно.
Я хочу кое-что сказать.
Помогите!
Мы начали ездить с концертами после 1994 года. До того мало ездили.
Мы ездили в столицу.
Это фотки оттуда.
- Мы ездили на автобусе? - Я не помню. Не на самолете.
А как мы добрались? Я помню, была жесть.
Помнишь, как Кабелу забыл нашу зарплату…
«Наш менеджер — идиот! Ну ты даешь».
Кабелу вернулся с деньгами.
«Ты про эти деньги?»
Когда я впервые получил
зарплату и деньги от продаж,
я не знал, что с ними делать.
«Что мне делать с этими деньгами ?»
Милтон положил их на стол. А я: «Стопэ, Милтон, что это?
Куда мне такая куча денег? Я их не возьму».
«Но это же твои деньги». Я такой: «Все эти деньги — мои?»
Я купил новый мотоцикл, и когда приехал, то пацаны такие:
«Выпендриваться будешь? Народ не поймет».
Я сказал: «Бро.
Раз мы черные и поем про политику, то нельзя купить клевый мот?
Какого чёрта?
Тогда я всё брошу, стану бандитом, и у меня всё будет.
Как тебе такое?
Можно тогда я покатаюсь?
Я его на свои деньги купил, а не на чужие.
Ясно?
Ну и отлично».
И когда они меньше всего этого ожидали, я купил зеленый пикап Silverado.
Ого!
«Нужна тачка, чтобы перевозить мотоциклы».
Капан-Редонду, Южная Зона, Айс-Ти и Racionais. Ясно?
Тут сурово. Реально суровая жизнь, сечете?
Кое-кому с Южного Централа стоит приехать посмотреть, как тут живут.
Айс Ти замутил коллабу с Racionais MC's.
Голос фавелы.
MTV Бразилия.
Мир.
Мы начали зарабатывать на жизнь музыкой.
И мы очень хорошо зарабатывали.
Я не мог сидеть дома.
Я был один, дома не бывал. И при деньгах…
Я иногда неделю дома не бывал.
Моя мама сходила с ума.
«Эдивалду, сынок!»
Я бы постоянно ходил в клубы с Эди Роком.
Мы вдвоем часто ходили в «Клабхаус».
Много раз.
Это был переходный период
из бедности к заработку и славе.
Можно хорошенько вляпаться,
если не быть
осторожным, так сказать.
Я был очень безответственным.
Мы ехали на концерт, и я…
На шоссе, в Маржинале,
я ехал очень быстро, потому что мы опаздывали.
Фургон въехал на середину дороги. А передо мной была машина,
она успела увернуться, а я — нет.
Я врезался в машину, а она — в столб.
И так как тогда особо не пристегивались,
водитель ударился головой.
И в итоге умер от травмы головы.
ОДИН ЧЕЛОВЕК ПОГИБ В РЕЗУЛЬТАТЕ ДТП С МАШИНОЙ РЭПЕРА
Моя машина перевернулась, и я оказался в больнице.
Это было ужасно.
Я был счастлив, и вдруг бам!
Весь мой мир развалился. Я такой: «Какого чёрта?»
Я втянул пацанов в такое, а они тут ни при чём.
Это было серьезно. Вся группа могла там погибнуть.
Каждый раз, когда мы выпускали альбом, что-то случалось.
Авария Эди Рока, Блю потерял сына.
Да…
Нужно было держаться.
Всё это произошло в год выхода альбома.
За нашим первым успехом последовала смерть.
Деньги начали заканчиваться.
Нужно было платить по счетам, а как?
Это было ужасное время.
Это было наказание. Я жил возле кладбища.
Окон не было, и дома всё было в плесени.
Я думал: «Блин, бро. Нельзя так жить, понимаешь?
Как ты живешь? Ну?»
Я жил в Кохабе.
Жизнь начала налаживаться,
но, живя в Кохабе, я понял, что может быть хуже.
Кохаб — это жесть, хоть и район получше.
Никакой романтики, знаете?
Там творились странные вещи.
У меня родилась дочь.
Потом родилась вторая дочь.
Мне пришлось остепениться.
Я стремлюсь быть проводником, опорой.
Браун сказал: «Запишем еще альбом? Но с чего начать?»
Ну, понимаете…
Политика достигла точки кипения в Бразилии.
Хип-хоп захватил мир.
Начали расцветать более либеральные взгляды.
К тому времени мы уже убедились
благодаря внешним силам, что у нас есть миссия.
Я начал жить по-новому, и это отразилось на музыке.
Это был наш готический период.
Более жесткие тексты, больше хардкора.
Альбом получился глубоким, реальное погружение в ад.
60% обездоленных молодых людей без криминального прошлого
пострадали от рук полиции.
Из четырех убитых полицией трое — черные.
Только 2% студентов колледжей в Бразилии — черные.
Каждые четыре часа в Сан-Паулу жестоко убивают чернокожего.
Я Примо Прето, еще один выживший.
Мы — голос народа, понимаете?
Мы — голос тех, у кого нет голоса.
Людям близки наши песни, наши тексты, наш стиль одежды.
Наш бит очень мощный,
он заразительный. Ничего не поделаешь.
Неистово миролюбивый и правдивый
Я захвачу все ваши мысли
Встряхну вашу кровь И нервную систему
А если этого не хватит Браун, бешеный пес, подхватит
Террорист номер один с района
Раз, два, три Во все глаза смотри
Ядовитый рэп или град из пуль
И пророчество сбылось
Один-девять-девять-семь! Нашей эры
Черная ярость пробуждается
Racionais, глава 4, стих 3
Альбом стал культурным явлением, все песни были хитами.
Мы хотели добиться популярности у молодежи.
Среди сверстников.
Я пришла во время Sobrevivendo no Inferno.
Мой номер телефона был на обложке.
И телефон не умолкал.
У них было по два-три шоу за вечер. А я их поддерживала.
Я была на связи 24 часа в сутки, всегда наготове.
В случае чего я должна была связаться с другом или адвокатом.
Я держала с ними связь по телефону: «Ну? Вы на месте?»
Номер Мейре для нас был номером больницы, полиции, скорой, банка.
Мейре не позавидуешь.
Я часто говорю, что Мейре — это как черный ящик на борту самолета.
До этого я устраивал наши концерты.
Потом она всем руководила по телефону из дома.
И я смог больше сосредоточиться на творчестве.
У каждого своя задача, верно?
Энергия так и прет из внутренностей, из артерий
и попадает в машину, знаете?
Как призрак или дух.
Она попадает в машину, ты добавляешь сэмплы и звуки, и получается трек.
Например, песня Mágico de Oz.
Я был дома с Эди Роком.
Я показывал ему текст. Он сказал: «Ништяк. Подберем сэмпл».
Я включил ему песню The Isley Brothers.
Песня была медленной, и я такой: «Зацени, звучит как винил».
Я нажал на кнопку и…
…он сказал: «Ого! Офигенно! Берем».
Всё дело в размышлениях, брат
В образе мышления
Полиция всегда подает плохой пример
Заливает мои улицы кровью И разжигает ненависть
В отдаленных уголках города
В крайней простоте
У меня украли свободу
Отняли человеческое достоинство Нет!
Пацаны, опомнитесь
Хватит убивать и проклинать друг друга
Нам это дерьмо не нужно
Не дай бог, я не хочу Чтобы мой сын погиб
Или чтобы член семьи Словил пулю
Я должен умереть Чтобы Бог меня услышал?
Или превратить этот город В волшебную страну Оз?
Йо…
Никто не рождается, чтобы жить в тюрьме
или в четырех стенах.
Или ходить с опущенными головами и руками за спиной.
Если вы все в одной системе,
если вы все страдаете, то вы все испытали одно и то же —
страдания и бедность. Понимаете?
У кого-то отец бухает, у кого-то его вообще не было, как у меня.
Кому-то приходилось крутиться, чтобы помочь матери.
Здесь нет никого лучше всех.
Все ошибаются, у всех есть недостатки.
Нельзя тыкать пальцем и требовать наказания,
вас и так наказывают, никому это не нравится.
- Так ведь? - Да!
Не лезь ко мне, я не лезу к тебе. Волшебная формула мира.
Тут как на долбаном минном поле
Сколько раз я думал, чтобы со всем покончить?
Но мой район — это всё, что у меня есть
Моя жизнь здесь, я не могу просто уйти
Сбежать легко, но я не буду
Я не предам того Кем я был, кто я есть
Мне по душе мой путь
Уроки фавелы Пошли мне на пользу
Эта песня вышла в нужный момент и понравилась людям.
Счастливое было время.
Таковой была моя реальность.
Я же жил там.
Я понимаю, почему людям
понравилась эта песня.
Это благословенная песня.
Йоу.
Кто-нибудь помнит, когда это случилось?
Наверное, вы тогда по большей части были детьми и не помните.
Но остальные точно помнят.
Это часть недавней бразильской истории.
Как было в Вигарио и Канделарии.
И в Сан-Паулу это тоже постоянно происходило.
И эта часть истории Бразилии написана кровью.
Триста сорок один боец спецназа Сан-Паулу
получили приказ войти в девятый блок тюрьмы Карандиру.
Они должны были остановить бунт заключенных.
МЫ В ТРАУРЕ
Во время операции было убито 111 заключенных.
Сан-Паулу, 1 октября 1992 года.
Восемь часов утра.
Ну и вот и настал новый день
Под кровожадным взором вертухая
Ты не знаешь, каково ходить
Когда к виску приставлен автомат
Немецкий автомат или, может, из Израиля
Крошит воров на лоскуты
Дело в том, что эту песню написал не я.
Меня попросили пацаны из девятого блока.
«Никто не говорит об этом, так что скажи ты».
Некоторые мои друзья из тюрьмы наблюдали
этот разговор на футбольном поле.
Меня познакомили с парнем, который был старше меня.
Жосенир.
Он написал политический текст о той бойне.
Нас познакомили на поле восьмого блока
во время матча,
была дикая жара, и мы курили вот такие толстые косяки.
Я прочел и сказал: «Круто!»
Я ушел с текстом, а он и забыл об этом.
Я хотел разыскать его через год, но он был уже в другой тюрьме.
Мне пришлось год его искать.
И песня стала хитом.
Сечешь?
Это была бомба, мы сняли клип в тюрьме,
и он получил приз зрительских симпатий MTV Бразилия.
Это был хит.
Racionais MC's!
МУЗЫКАЛЬНАЯ ПРЕМИЯ MTV БРАЗИЛИЯ 1998
ЛУЧШИЙ КЛИП DIÁRIO DE UM DETENTO, RACIONAIS MC'S
Это была веха для всего нашего движения.
Для нас это было как чемпионат мира — все смотрели и болели.
Мы выступили с девятиминутной речью,
просто перечисляя людей, говоря о фавелах и тюремной системе.
Многие не верили в нашу музыку.
Говорили, что рэп — это не музыка.
Но вот в чём дело. У нас есть миссия, и мы не остановимся.
Наша музыка — с окраин.
Это музыка чернокожих. Черные делают ее для черных.
Четверо пацанов из фавелы, всё еще живущие в фавеле,
но мы обрели голос.
И мы никуда не денемся.
Артисты, которые потрясут мир, уже тут.
Международные зрительские симпатии.
Бразилия, Racionais MC's, Diário de um Detento.
Нас услышали за границей. И мы туда поехали.
Мы ездили в Калифорнию, Нью-Йорк, Германию, в Японию пару раз.
Он сказал мне идти завтракать, а сам ушел.
Я попросил подождать, а дверь закрылась. Теперь я жду ключ.
Спасибо.
Из-за границы я иначе взглянул на Бразилию.
Жизнь у нас отличается от жизни в других странах.
- Не пытайся понять. - Привет, братишка.
Привет, как дела?
Круто. Я тут с пацанами. Смотри, вот они.
- Йоу. - Йоу, бро!
Сколько рэперов!
Йоу.
Замышляем ограбление банка. Зацени планы.
Вот это дело.
- Всё ништяк. - Захватываете мир?
- Точняк! - Молодцы!
Есть много хороших людей, много авторов песен, мыслителей,
которые открывают диалог, расширяют кругозор,
возобновляют борьбу.
Предки моей матери родом отсюда.
Восточная Африка. Кушитский народ.
Это очень древний народ, который жил в этом регионе.
- Это редкость, да? - Да.
Большинство родом отсюда.
В Бразилию в основном попадали из центра.
И отсюда тоже. Из Бенина.
Предки моей матери тоже из Бенина.
Они переехали отсюда сюда, а потом из порта — в Бразилию.
Альбом Sobrevivendo no Inferno освободил меня от рабства.
Добрый вечер.
Я Уильям. Из Zimbabwe Records.
Мы пришли вручить Racionais не только золотой,
но и платиновый альбом!
За их тяжелый труд. Они сами пробились. Это всё ваша заслуга.
Это всё Мано Браун.
Из-за него у нас кончился бензин.
Представляете?
Мано Браун…
…из Racionais MC's!
Racionais — это куча людей, а не только мы четверо.
Мы всегда прибегали к помощи союзников.
У всех нас есть тесные связи с другими артистами.
Так и было задумано, понимаете?
Продвигать новых артистов, чтобы дело шло дальше, так?
Эд Локо расскажет, как сделать наш народ сильнее.
Расскажи, как сделать студию, чтобы помогать группам.
Я пока неизвестен и начинал из дома,
я делаю всё, что могу, чтобы помочь движению.
Racionais были более зрелыми,
более независимыми в плане музыки.
У нас было свое оборудование, мы записывались дома.
Декстер вообще начал записываться в тюрьме.
Нас позвали продюсировать альбом.
В тюрьме были разрешены посещения в рабочие дни, и мы ездили туда.
Просто общались с ним.
И с нами пришли поговорить лидеры местного движения.
В тюрьме было много рэп-групп.
Социальный феномен.
Diário de um Detento. Этот клип, снятый в тюрьме,
открыл им глаза.
У них было много свободного времени.
Они начали читать рэп, создавать группы.
Когда мы начали слушать Racionais, боже, что было!
Их музыка глубоко тронула черных
в разных районах.
Открыла им глаза.
Они проснулись, очнулись, решили действовать, требовать внимания.
По полной программе.
Я хотел готическую надпись на обложке альбома,
как у рэперов из Лос-Анджелеса.
Всё получилось наилучшим образом с оформлением обложки, как я и хотел.
Мы поместили на обложку крест,
и на концерт пришли чуваки с огромными Библиями, одетые как священники.
Были и экстремисты.
Смешивали в одну кучу расизм, бога, преступления.
Сечешь?
- Мне больно, слышишь? - Кокиньо! Закрой окно.
Ты так руку сломаешь, бро!
Боже мой.
Он же мог руку сломать.
- Да! - Чёрт, сынок!
Да. 1998 год.
Мано Браун, К.Л. Джей, Айс Блю, Эди Рок.
Южная Зона, Северная Зона.
Фавелы — их часть, и это их голос.
«Если я пойду долиною смертной тени,
то не убоюсь зла,
ибо Ты со мной».
Мы вместе в этой жести, бро!
Что я заметил?
Этот альбом действовал, как экзорцизм.
Когда я выступал на шоу, повторял одни и те же слова,
постоянно одно и то же, все вместе,
то атмосфера становилась ужасной.
Мне это не нравилось, я пел неискренне.
Такая туса мне больше не нравилась.
Мы вышли из религиозной среды.
А в этих песнях говорилось о лужах крови.
Люди слушали их дома,
там, где нужно веселиться.
Ради всего святого. Это опасно.
Так же нельзя.
Я верю в силу слова и повторения.
Йоу, расклад такой…
Когда я увидел на наших шоу трупы в футболках Racionais, то задумался.
Но когда к моим ногам упал труп в Бауру,
то я уже задумался совсем о другом.
О том, что я вообще во всём бестолковый.
Никто не знал, что делать с раненным. Бросили его к моим ногам.
Понимаете?
Люди перешагивали его, чтобы взять автографы. Я видел.
Парень корчился от боли, а на него наступали,
просили автографы.
- Стопэ, бро. Йоу, стопэ. - Это хрень какая-то.
Я как клоун говорю вам о мире, а вы убиваете друг друга?
Йоу, да пошли вы!
Мне делать больше нечего?
Послушайте меня.
Системе плевать, хоть вас там десять трупов будет, ясно?
Они всем вам смерти желают.
У вас есть только вы, сечете?
Думайте мозгами. Ясно?
В общем, альбом Sobrevivendo no Inferno отдалил нас от фавел.
Он понравился студентам.
Я это понял и применил другую стратегию.
Я предложил исчезнуть.
«Всё не так. Мне это не нравится. Надоело».
Однажды Браун сказал:
«Сколько шоу осталось?»
Бам. «Так много?
«Давайте отыграем их и исчезнем на какое-то время».
«Будет нечего есть?»
«Придумай что-нибудь. Ты же у нас гангстер?
Выкрутись. Или ты только петь умеешь?
Мы же талантливые. Начнем сначала».
И мы снова начали жить на районе.
Проводили там время, впитывали тот воздух.
После ухода со сцены, я с головой окунулся в старую жизнь.
Я вернулся в Жардим Леблон, к своим корням,
к своему народу. Я вернулся туда.
Привет Бразилии, особенно Сан-Паулу.
Давайте поговорим о пяти сотнях лет лжи.
Пошло на хрен 500-летие открытия!
Педру Алвариш Кабрал и Христофор Колумб,
бессовестные европейцы,
которые пришли сюда и перебили всех.
А в школах их прославляют.
Да ну на хрен, бро!
На следующей неделе будет UTen Play, ясно? Покедова.
Нравится это или нет, но 2000 год стал решающим.
Всё, что было в 90-х, стало устаревать.
С 2000 года пути назад уже не было.
С приходом метро и Лулы
в Капан пришла современность.
Плюс Первая столичная команда и прочее.
БАКАЧЕРИ — ЖЕЛЕЗНАЯ ДОРОГА АЭРОПОРТ — БР116 — САН-ПАУЛУ
ИЗОЛЯТОР КАРАНДИРУ САН-ПАУЛУ
Следующая станция, Капан-Редонду.
Потом я снова всё переосмыслил.
Появилось поколение наркоманов, сумасшедших,
печальных людей, страдающих по новым причинам.
Но я видел людей, которые преодолевали всё с охренительным самообладанием.
Преодолевали болезни, бедность…
Без слёз и нытья, просто элегантно, бро.
С достоинством.
В то время у нас был друг, диджей Нел.
Я подружился с ним в переходный период между альбомами,
и он рассказывал мне о других вещах.
О других звуках.
Он сказал: «Бро, послушай Милтона Насименту.
Послушай Майлза Дэвиса.
Послушай альбом Clube da Esquina.
У тебя музыка не объемная.
Она как камень в лицо слушателю.
Нужна многослойность, братан».
Я спросил: «Многослойность?»
«Попробуй ЛСД».
Он рассказывал о воде и природе.
Он играл музыку, пил вино, курил косяк посреди дня за десять баксов.
Это был его образ жизни.
Я подумал: «Круто! Я бы всего этого не заметил».
«Бро, наслаждайся моментом, наслаждайся тем, чем можешь.
Не всё в жизни связано с обществом.
Нам вообще всего не осилить.
Сначала познай себя».
Я соглашался с ним, ведь я ничего не знал, бро.
Чокнутый советовал идиоту — мне.
Я думал, что я крут, но я был идиотом,
я ни хрена не знал и соглашался.
Этого не хватало в прошлом альбоме.
Нового измерения.
Когда я всё это узнал, то влюбился.
Он очень чувствует музыку.
Я начал ходить на дамбу во время дождя.
Когда там никого не было.
Когда вся эта красота была только для меня.
Серый свет…
Это было самосозерцательно.
Ветер, гром…
Невроз…
Нам открылось то, чего мы не касались
в последнем альбоме.
Наше общее чувство уязвимости, о котором мы умалчиваем.
Благослови, мама
Начинаем передачу
Вы слушаете радио «Исход»
Эй, эй
Просыпаемся, просыпаемся
Солнце нас ждать не будет Просыпайтесь же
Время неустанно бежит
Вы же сами хотели
Вы сами просили о возможности О втором шансе
Бог есть добро, правда?
Эй, новый день уже ждет
Какое прекрасное голубое небо!
Просыпаемся, просыпаемся
Глянь на себя Я надеюсь на себя в этой войне
Лень — враг победы
Слабакам тут не место А трус умрет, не попытавшись
Я скажу как есть: жизнь жестока
Никому нельзя верить, даже себе
А враги не церемонятся
Это бетонные джунгли Слабых тут раздавят
Мечтай по-крупному
Поступай правильно, по-своему
Просыпаемся, просыпаемся Держи голову высоко и искренне
Чего ты боишься? Всегда было трудно
Соберись и бейся
Но помни, что бы ни было
Нет ничего лучше Чем новый день
Мы вернулись, братья!
Вы на улицах Сан-Паулу
Где пацаны носят чувства На подошвах ног
Это не пессимизм Там так принято
Жить красиво Пацаны дымят
Это сладкий яд…
Канела!
Я сбился, но теперь вернулся к вам
Я вернулся к корешам
И в итоге за баблом
И боже мой
Как же классно!
Вот такие дела
Мой разум — лабиринт А сердце плачет
Сейчас оно плачет, но потом рассмеется
Идем со мной, брат, идем со мной
Мы заговорили о районе.
О пацанах, о сборищах, о семьях. О своих корнях.
Группа безумцев Тусит на углу
И я говорю: «Замутим эту тему!»
Любой ценой
Сделай сам
Ты за нас, мы за себя
За наших ровесников
И за наших соседей
Вот такие дела
Я чувствую всё до мозга костей, да
Если мы те, кто мы есть Набор хромосом
С сильными и слабыми сторонами
Так оно и есть, такой расклад
Верь, ибо Бог справедлив
Никогда не забывай, брат
Держи голову выше
Что бы ни было и когда бы ни было
Верь Ибо цвета растут даже на помойке
Молись за нас, пастор, помни нас
Сегодняшняя проповедь идет отлично
Я восхищаюсь верующими Прошу меня простить
Такой грабеж, такая хитрость Прошу прощения
Иногда мне бывает страшно
Как дворняге Без веры в будущее
Но тут кто-то появился? Кто есть кто? Кто же это, брат?
Дайте игрушку, пронзающую одежду…
Я достаточно пафосный, чтобы сказать, что я был воплощением
окраин Сан-Паулу в тот день.
Всех его культурных кодов.
Я воин рэпа
Во мне течет ток
Один за одного, Бог за всех А я мимо прохожу
Суровая жиза Но я не создан быть жертвой
Справедливость и свобода Мои цели законны
Моему рэпу подпевают безумцы И романтики
Я улыбаюсь как дитя, когда…
Погнали За братанов
Вот он я перед вами
Порой непонятно Но это суровая правда
Марвина Гея надо слушать В субботу на шоссе
От судьбы не уйдешь И мы идем до конца
Зови меня, зови нас Когда мы нужны
В рай или в судный день, пастор
Позови меня и братанов Я об этому прошу
Фавела, Фундан Обессмертили мои строки
Суровая жиза
Люди с окраин узнали себя в этих текстах.
Они олицетворяли не Брауна и Блю, а кучу людей.
Люди начали организовываться от улицы к улице, началась цепная реакция.
Куча команд, имен и лейблов вышли с окраин
в разноцветных кепках.
В итоге родилось много коллективов.
Это была смесь
дерзких амбиций, самоуверенности, независимости…
И так нам удалось привлечь окраины. Всех.
Люди, которым не нравился рэп, хотели представлять свой район.
Они ни перед кем не склоняли голову.
Они уже не казались несчастными и обездоленными.
Если внимательно посмотреть на их плюсы и минусы,
то у окраин есть своя воля, и они могут творить дела.
«Да, давайте так сделаем».
Именно так там всё и происходит.
До этого альбома мы думали,
что окраины — покорные, невежественные. Изгои. Понимаете?
Это я оспариваю в альбоме.
Мы впервые выступаем на улице посреди ночи в Сан-Паулу.
Прямо на рассвете в 4–5 утра.
Для тех, кто едет на работу,
берите пальто и шапку,
потому что в Сан-Паулу 10 градусов.
Полная луна освещает улицы Капана
Над нами только Бог Смиренно, да?
Ура! Звонок! Женщины и громкая музыка
Белое вино Хороший адвокат для всех
Дубарь просто капец
Но что делать? Во вторник рановато тусить и отрываться
Всё так, как есть, и не изменится
Запах костра наполняет воздух
Воскресное утро в Сан-Паулу.
Беспорядки и вандализм
на концерте Racionais MC's во время Virada Cultural в Сан-Паулу.
…на концерте группы Racionais MC's.
Racionais MC's
…шоу Racionais MC's.
На площади да Се начались настоящие боевые действия.
Люди отчаянно пытались избежать столкновений.
Давай, чувак! Или сюда!
Полиция не могла этого избежать?
Это была поэзия.
Я расскажу, с чего всё началось.
Было так. Там был один пацан.
За ним погнались копы.
Черный пацан. Сбежал от полиции.
Шел дождь, было мокро.
Полицейский упал и не смог подняться.
Коп кричал от боли. А другие копы погнались за пацаном.
Их было много. А он убегал.
Я сказал со сцены:
«Военная полиция была создана для поимки беглых рабов.
Осторожнее с оружием. Ни в кого не стреляйте!»
Рэп-группа просит толпу отойти от полицейских. Всё зря.
Отойдите от копов! Оставьте их в покое!
Началась драка, но потом все разошлись в разные стороны.
Копы на одну, а пацаны — на другую.
Начался ад.
Мне казалось, что я реально на войне.
Пацаны с палками и камнями Копы с винтовками и бомбами
Тачки горят Стальные двери закрываются
Мать зовет сына А в нее стреляют
Кто-то потерял кого-то Душа на спусковом крючке
Бежим в метро
Замес в подземке
Кого-то затоптали Там он и лежит
На соседних улицах Такая же картина
Война и разрушение Мир рушится
Не было уверенности. Всегда было напряжение.
Нам запретили выступать под открытым небом
и нас начали систематически преследовать.
Потому что мы якобы представляем угрозу для общества,
для общественной безопасности и спокойствия.
Это всё государство, полиция. Неважно.
Это была подстава,
потому что мы соблюли все правила,
заключили контракты и всё прочее.
Не было причин вот так резко разгонять
и запрещать Racionais выступать в Сан-Паулу.
Думаю, это был какой-то политический заказ.
Я думал, что вот-вот настанет конец.
Кто я?
Я прозрачная и соленая Помещаюсь в глазу, но вешу тонну
Я на вкус как море Меня можно не заметить
Я — жительница боли И в ней я обычно и живу
Глубокой ночью Я — заложница мести
Я — сестра отчаяния Злейший враг надежды
Меня могут вызвать подонки, бытовуха
Или любовь Шип твоего жестокого цветка
Я обожаю драму Я прихожу к тебе в постель
Добровольно Без спроса, из-за тебя я страдаю
Я думала, что я сильная
Я буду слабой Когда придут другие
Если всё идет тяжко и мучительно
А сейчас я иду против ветра
Зачем быть жестким, если сердце мягко?
Не в ветре дело Он мягкий, но холодный и неумолимый
А я теплая
Я капнула на мрачную строфу поэта
Я стекла по коричневому лику пророка
Перед слезой человеческой Расползаются все черви
Это ваша борьба длиною в жизнь
Говорят, мужики не плачут Ну да
Не будь как все, брат Иисус ведь плакал
Чёрт, брат, я тебе скажу Хоть, может, я под кайфом
Но свету может настать конец
Как ты поступишь Когда дрогнет крепость
И всё хорошее вокруг тебя Вдруг рассыпется?
Всех, кто подчеркивал важность Черной революции, преследовали.
И, следовательно, затыкали.
Я поступал и поступаю по заветам Жуана Маригеллы.
Интервал между альбомами составил десять лет.
Маригелла стала толчком к нашему возвращению.
Тихо, или умрешь. Тихо.
Шевелись! Быстрее, мать твою!
На колени, мудила!
Говорит радио «Свобода».
Вот что окраины думали о Маригелле.
Многим были близки его слова.
Те, кто о нём и не слышал, заинтересовались.
Карлос Маригелла.
В то же время он был ангелом. С простыми мечтами.
О равенстве.
Равнение на генерала
Тысячи преданных лиц
Давай!
Равнение на генерала
Тысячи преданных лиц
Защитник толпы
Три реинкарнации известных бандитов
Все блестящие умы уже в раю
Туда дорога верным Раз Богу так угодно
Непревзойденный…
Первым можно стать всего пару раз в жизни.
С этим клипом мы снова стали первыми.
Racionais MC's!
Мы живы!
И в конце лучшей церемонии VMB в истории
лучшее выступление в истории VMB:
я приглашаю на сцену Racionais!
Мы выступили на MTV живьем спустя много лет.
Да и по ТВ. Мы выступали на MTV в 1998 году.
Сколько лет прошло? 14.
У нас был новый взгляд на вещи, многое изменилось,
мы получили новый опыт, и всё круто сошлось в одной точке.
И тогда подключилась Элиана
и сказала: «Мы должны сделать это вместе».
По-моему, Racionais прошли определенный путь к этому прорыву.
От низкой самооценки и недостатка смелости,
а теперь они вселяют смелость в нас.
Чтобы мы наконец решились: «Да, я смогу это сделать».
Так было со мной и со многими людьми.
Я каждый день слышу: «Racionais изменили мою жизнь».
«Я услышал их песню, и она изменила мою жизнь».
«Я начал учиться благодаря Racionais».
В 2007 году после инцидента на Virada Cultural
Racionais плохо расстались с организаторами.
Но потом их руководство снова позвало их выступать.
«Эй, время пришло, давайте сделаем это».
Я сказала: «Пусть будет полиция.
Хоть она и ни к чему. Проблем не будет. Racionais поговорят с публикой».
Зрители всегда следят и прислушиваются к их словам.
Это как канал связи, как пуповина.
И люди злятся, когда этот канал связи рвется.
В итоге мы пришли к соглашению.
Полиция будет стоять сзади, а не в толпе.
И всё прошло хорошо.
На концерте Racionais собралось 100 000 человек, происшествий не было.
Racionais MC's!
И вдруг все начали
слушать Racionais.
Браун позвал меня сняться в клипе на песню Marighella.
Для меня было честью
рассказать историю бразильского героя
вместе с моими героями, Racionais.
Мне вспомнилась цитата Малькольма Икса.
Он сказал, что по-настоящему историю смогли изменить лишь те,
кто заставил человека иначе взглянуть на себя.
Racionais это удалось. Понимаете? Они смогли.
Они изменили не одного человека. А целое поколение.
Нужно верить Что мечта достижима
Предел лишь небо А ты, брат, непобедим
Плохие времена пройдут Это просто период
Страдания подпитывают твою храбрость
И мы искали площадки для концертов.
Найдем самые лучшие и будем выступать только на них.
Но люди скажут: «Зачем вы позвали Racionais выступать тут?
Они всё разломают! Их публика всё разрушит».
Я ответила: «Нет».
Спустя 30 лет ты просто хочешь, чтобы люди вернулись домой невредимыми.
А то это уже стало клише.
Шоу Racionais заканчивается трупом.
Эта песня для вас
ЛИНО КРИЗЗ
Оставайтесь в живых
Многие на этом концерте никогда не бывали в таком месте.
СТУДИЯ QUAD НЬЮ-ЙОРК — 2014 ГОД
Потом они решили записать альбом.
И поехали в Нью-Йорк записывать его.
Понял? Не надо ба-дум, а потом ба-дум вместе.
Вот…
- Так. - Так?
Чередующиеся дорожки?
А нельзя заменить три бас-барабана одним?
Я дома такое делал.
По-моему, всё равно нет ничего лучше одного мощного бас-барабана.
Понимаешь?
Мир изменился с 2002 года.
Тринадцать лет прошло.
Кажется, Бразилия вступила в фазу прогресса.
Это было заметно по людям, еде, напиткам, одежде, часам.
По реальной жизни.
И это сказалось на жизни на улицах. И на музыке тоже.
Ладно, всё готово.
Скоро пацаны пойдут забирать бабло с водонапорной башни.
Внимание! Это всё выдумка.
Любое сходство с реальностью…
БЛЭК БЛЮ СЕМЬЯ RACIONAIS
…это простое совпадение.
Дело вот в чём, Би.
На улице шныряют менты. Всё может стать хреново.
Понял. Пусть пацаны будут начеку,
и смотрят, что за ними нет слежки, а телефоны работают. Отбой.
Понял. Товар чистый. Уже несу.
В том же месте, в то же время. Отбой, бро.
Все знают, что это безумие,
дело идет медленно, но мы справимся.
Цвета и ценности…
Мы победили!
Прием.
Мы такие, какие есть
Цвета и ценности
Мы такие, какие есть Цвета и ценности
Международный фанк-заговор На Ямайке, в Квинсе
В Фандане, в Сабине Это для меня работа
Раз Бог меня создал таким
То всё ништяк, бро Я при бабле
Облака и белые вороные всегда со мной
Настали темные времена И для нас тоже
Я хожу, хожу, хожу по линии пунктира
По земле, чей герой убил Миллионы индейцев
На окраинах Черный человек — король
Неважно, нравимся мы вам или нет
Унижаться вам на радость? Никогда!
Раз я молчу Они решили, что я не знаю
В Сан-Паулу бабла немерено
Не щелкай клювом Будь начеку
Смотри, Cross Fox, Tucson, X5, бам
Черные и золотисто-желтые, роскошные
Мы такие, какие есть
Цвета и ценности
2014 ЦВЕТА И ЦЕННОСТИ
Это рэп. Бизнес, реальная жизнь.
Закулисье.
На кону — жизнь, перспективы, инвестиции в мечты, многое.
Я бизнес-лидер, патриарх клана, я всё знаю.
От философии к романтизму…
Всё серьезнее, чем кажется.
Это и есть Racionais.
КАСА ПРЕТА КАПАН-РЕДОНДУ — САН-ПАУЛУ
Ага, ясно!
Я хочу, чтобы новые пацаны, новые рэперы пошли дальше, чем я.
Я хочу, чтобы они пошли дальше, ведь я стремлюсь к этому.
Если не они, то я.
Чтобы добиться этого.
Всем привет, всем привет Всем привет, мы с вами, ништяк
Слава расе У нас прогресс
Растет наш бизнес На задворках клуба
Убей дракона праздности и лени
Сплоченная семья справится с бойкотом
Погнали, Пишот Голливуд нас ждать не будет
Черные люди в новую эру
Давай, добейся Давай, добейся, почему бы нет?
С каждым годом я планирую продвигаться дальше.
Знаешь?
Во мне очень сильно желание всё бросить.
Во всех смыслах.
Ясно? Я себя подстегиваю.
За простое сидение в фавеле никто не заплатит. Это дорого.
Я пацан из фавелы.
Если я видел крутой байк, то хотел такой же.
Я хорошо, что люди знают, что я не украл свой байк.
Разве это не хорошо? Что люди об этом знают?
Ты мечтаешь о красном Fireblade
О Repsol CBR, о V-MAX, о квартире
Об Audi R8 GT или Porsche Carrera
Чтоб на запястье Zenith Или Patek Philippe
Золотая цепь С бриллиантами и сапфирами
Чтобы все офигели
Черный пацан-безотцовщина не сдается
Может прийти в салон Глянуть на тачку и сказать
«Хочу вот эту, плачу полную цену!»
Но если можешь платить
Тебя всё равно подозревают
Потому что скрытый расизм Царит тут веками
Тебя отвергают За цвет твоей кожи
Я люблю поесть. Люблю ходить по ресторанам.
А черные не ходят по ресторанам в Сан-Паулу.
А Блю ходит.
Я понял, что стригусь, чтобы ходить по заведениям ради приличий,
и подумал: «Чёрт, бро.
Нужно отрастить волосы, набить побольше татух,
я пойду туда, и пусть будет скандал,
пусть им будет некомфортно в моем присутствии».
Назад дороги нет, мы тут навсегда.
Кварталов рабов давно нет.
Больше половины населения Бразилии считают себя черными.
В Рио-де-Жанейро Мариэль заняла пятое место на выборах…
Это происходит, мы это видим!
Чувствуем. Начинаем замечать.
«Чёрт, черные пробиваются, бро!»
Один из лучших университетов страны
включит Racionais в программу экзаменов 2020 года.
RACIONAIS MC'S — ВРАГ БРАЗИЛЬСКОГО ОБЩЕСТВА
Я не мечтал о яхте или…
Нет, я мечтал о белых кроссовках и очень синих джинсах.
Такие были у меня мечты.
Я думал: «Белые кроссовки и очень синие джинсы.
Вот заработаю бабла
и спущу его на печеньки и пуддинг,
буду есть, пока не лопну».
Я вспоминаю свое музыкальное прошлое,
вижу там Клебера,
ту охренительную сцену, огромный стол,
и он крутит пластинки, как когда мы репетировали в…
Блин, офигенно.
Очень трогательно. Чертовски круто.
…Устанавливали сцену…
- Нет, это было в… - Когда я чуть не умер?
Помнишь?
В шесть утра надо было разгрузить грузовик в Табоане с Милтоном.
Я помню. Он был злой как чёрт, ругался на нас.
В шесть утра.
«Вы что, не артисты?»
- Потом он приехал. - Когда?
В полдень, чувак.
Хозяин площадки был счастлив.
Он положил гитару на пол и сказал: «Видите эту гитару?
Она мне нравится больше, чем моя жена.
Это фестивальная гитара 1966 года».
«Ух ты, круто».
Это было офигенно. Гитара на полу…
И мы восхищались ею.
Я так злился, была куча ящиков,
часть из них я выгрузил.
На ящике лежал горн.
Горн соскользнул, и он не успел его поймать.
Угадайте, куда он упал.
- На гитару. - На гитару! Братан!
Коробка упала ему на голову, и я такой: «Блю! Ты в порядке?»
А он: «Хрен с ним! Моя гитара!»
У гитары отвалился низ.
- Где изгиб. - Ого.
От гитары отвалилась часть.
Чувак такой: «Что это было?!» Увидел гитару и говорит:
«Что вы наделали?
Вы идиоты!»
«Идиоты», не то слово.
Тридцать один год спустя.
Времена другие, знаете?
Но я всегда буду здесь, мои корни здесь,
всегда классно побыть с семьей.
Это мои корни, бро.
Самые простые вещи, знаете?
Вот где истинная ценность.
Люди, которых ты любишь и которые рады быть с тобой.
Всё это заставляет взглянуть на себя, на жизнь, на прошлое.
Задуматься о себе в прошлом.
Как будто я просыпался в своем доме на районе в 1987 году.
Если я забуду, каким я был тогда, то не смогу понять современных пацанов.
Ре мажор.
Когда петух прокукарекает Объявляя новый день
Благослови нас, Дева Мария Розария Молись о нашем счастье
Я вам скажу!
Прости, если я часто прошу о помощи Господа нашего
Пусть кровь моих братьев Никогда не прольется на этой земле
Пусть крик, призывавший к войне Станет мирной песней
Цветы растут даже на помойке Как пели Racionais
Racionais
Пусть крик, призывавший к войне Станет мирной песней
Цветы растут даже на помойке Как пели Racionais
Когда петух…
Когда петух прокукарекает Объявляя новый день…
Во многом нас воспитали они, их семьи, знаете?
Наша дисциплина и наши взгляды на жизнь.
На сцене всегда была толпа, потому что собирались все.
Наши кузены всегда были с нами.
Та строчка «Я смогу себя защитить?»
В этом всё дело.
Мы сами за себя.
Карьера Racionais длиной в 30 лет —
это уже само по себе достижение.
Мы вчетвером? Очень круто.
Потому что это было тяжело.
Много защиты, много молитв.
Много благословений, мои ориши приглядывали за мной.
Если бы мы думали об опасностях,
то так бы и сидели на месте.
Ведь опасность будет всегда.
Вчера, сегодня и завтра.
Чернокожий клиент обвинил в расизме традиционный бренд в Сальвадоре.
Родители девочки утверждают, что их дочь стала жертвой расизма.
Морского офицера арестовали после того, как он застрелил соседа,
приняв его за грабителя. Погибший был чернокожим.
Десятилетний мальчик был убит полицией, когда он…
Пятерых юношей убили офицеры военной полиции,
по машине юношей было выпущено более 111 пуль.
Недопустимо, что каждые 23 минуты убивают молодого чернокожего.
Недопустимо, что каждые 23 минуты чернокожая женщина стоит у могилы
и хоронит своего сына.
Черные живут на вражеской территории. Реально на вражеской территории.
Моих детей могут убить.
Я переношусь в Бразилию 500-летней давности.
В такие моменты люди ищут лидера.
«Расизм? Я с вами!»
Но это не так. Дело не только в чернокожих.
Расизм и несправедливость — это плохо.
Молчать нельзя. Если ты белый и видишь, как дискриминируют черного, не молчи.
Мы на вражеской территории, бро.
Понимаете?
На Гаити чернокожее население захватило власть.
Там вся страна была построена на рабском труде.
И в Бразилии тоже боятся, что черное большинство захватит власть.
Член совета Мариэль Франко умерла в Рио-де-Жанейро.
Она погибла в среду вечером в результате обстрела ее автомобиля.
Они боятся. Боятся черной планеты. Боятся!
Черным в обществе пробиваться трудно.
Чем выше ступенька, тем сильнее враг.
И враг не ослабевает, нет.
Чем сильнее ты, тем сильнее твои враги.
Мы не успокоимся! Правительство убивает черных женщин!
Они убивают наших детей!
- Мы больше не будем терпеть. - Хватит!
Хватит расизма!
Хватит убийств!
Хватит расизма!
Хватит!
Мы давно не видели политической поддержки чернокожих,
коих большинство.
И их количество растет. Нас пытались заткнуть, а нас стало больше.
Тупые расисты, оставьте нас в покое!
Этот геноцид происходит в открытую.
Но всё изменится.
Всё изменится.
ЖИЗНИ ЧЕРНЫХ ВАЖНЫ
Мы каждый день выживаем и боремся, постоянно.
Неустанно.
Цель борьбы придумали не Racionais. Она важнее всех нас.
И многие, кто были до нас, вели ту же борьбу.
Без фанфар, без обложек альбомов
и видеоклипов, но борьба всё та же.
В свете прожекторов или нет.
В 1970-е, когда я родился, чернокожие вели тот образ жизни.
Со своими прическами, одеждой и трудностями тех времен.
И двигались соответствующе.
И теперь всё повторяется.
У нас появилась новая эстетика.
Новые ритуалы. Новые идолы.
Может, вы не думаете, что 15 000 человек на стадионе Палмейрас,
ждущие выступления Джеймса Брауна — это не акт поклонения.
Но это поклонение.
Это духовность.
Мы поем о свободе, да?
И она сама за себя говорит на каждом углу.
Она родом из Африки, и она очень сильна.
Черная музыка сама по себе очень духовна.
И Racionais всегда были такими.
Когда нам было по 19 лет, мы этого не понимали.
Теперь нам уже по 50.
У нас другая точка зрения.
И больше влияния.
Погнали!
Давайте!
Черная Драма Между успехом и грязью
Бабло, беды, зависть, роскошь, слава Черная драма
Кудряшки, темная кожа, раны и бренды В поисках исцеления
Черная драма Пытаешься увидеть, но ничего нет
Кроме исчезающей звезды вдалеке
Почувствуйте драму В цене и обвинениях
В любви, в ненависти В мести не по адресу
Черная драма Я знаю, кто против меня, и кто за
Мое бремя Не быть просто долбозвоном
Драма тюрьмы и фавел
Могилы и кровь, сирены Крики и свет свечей
Пассажир из Бразилии Сан-Паулу, в агонии
Выжить благодаря чести и трусости
Окраины, аллеи и лачуги
Ты, наверное, думаешь При чём тут ты
ПРОТИВ ГЕНОЦИДА ЧЕРНОКОЖИХ ТРАУР — РАСИЗМ УБИВАЕТ
Чувство, которое заставило меня бороться и читать рэп — это гнев.
А не счастье, комфорт и набитый живот.
Напротив, пустой живот, ненависть, амбиции.
Криминал, футбол, музыка… Чёрт
Со мной всё было так же Я точно такой же
Форрест Гамп — сказка Я расскажу правду
Свою правду
А хороший был бы фильм
Черная мать с сыном на руках
Одна в джунглях из стали и бетона
Всё всматривается В лица в толпе
А толпа — это чудовище Без лица и сердца
Эй, Сан-Паулу, земля небоскребов
Дождь разрывает плоть Это Вавилонская башня
Бразильская семья Двое против всего мира
Мать-одиночка будущего бомжа
Свет, камера, мотор
И запись, и следующая сцена
Ублюдок, коричневая безотцовщина
Эй, рабовладелец, я знаю, кто ты
Один ты не осилишь Один ты на ногах не устоишь
Ты сказал, что это хорошо И район тебе ответил
И у нас есть виски, RedBull Nike и автоматы
Признаю, красивые у вас тачки
А у нас ни интернета Ни кассет
И скорых тоже нет Наверное, я опоздал
Я опоздал
Ты играешь хитро Я всегда изгой
Я вечно в беде От карнавала к карнавалу
Я родом из джунглей Я лев у тебя на заднем дворе
Ты уже пережил резню, геноцид, бро.
Естественно, ты самый сильный из переживших геноцид
и неудачный трансатлантический эксперимент.
Ты не стал пищей для акул.
Твои предки были чертовски сильны.
Эту идею не продают.
В одиночку мы слабы.
А вместе мы — сила.
Сейчас моя страсть — это музыка. Для моей расы, в первую очередь.
Я пишу музыку для них.
Это моя политическая борьба.
Потому что
революции нужно сердце.
Перевод субтитров: Эльвира Сименюра