Downloaded from YTS.MX
Official YIFY movies site: YTS.MX
После сегодняшнего вечера никто не будет прежним.
Никто!
Артисты, люди, личности…
Сегодня мы станем свидетелями невероятного вечера.
Я рад, что занял удачное место и ничего не пропущу.
Вы как раз вовремя.
- Привет. - Брюс, Лайонел. Вы тут!
Рад тебя видеть. Да.
Брюс. Смоки тоже здесь.
С Новым годом.
Стив!
Величайшие артисты нашего поколения собрались вместе,
со всем тщеславием,
со всем талантом,
чтобы спасти жизни.
Наверное, мне это снится.
Ладно, ребята.
Привет.
У нас был всего один вечер.
Завтра они бы не вернулись.
Так, вот что мы сделаем.
Было шумно и весело,
и люди не знали, что мы будем делать.
Ты приятно взволнован уже от необычности события.
Это был чистый хаос,
попытка стянуть этот творческий клубок энергии.
При нас творилась история.
Раз, два.
Начинаем запись.
Ладно, погнали.
Легенды рок-музыки.
Самые яркие суперзвезды.
Готовы ко мне?
Вот невероятный молодой певец.
Главные музыкальные суперзвезды.
ВЕЛИЧАЙШАЯ НОЧЬ ДЛЯ ПОП-МУЗЫКИ
Я захожу.
Мощно зашел.
ЛАЙОНЕЛ РИЧИ
Ладно.
Начнем веселье.
Постараюсь вернуть вас в прошлое как можно дальше.
В начале 80-х я ушел из The Commodores.
Мой новый менеджер Кен Крейген
сразу сказал: «Твои песни известнее, чем ты сам,
и надо сделать так, чтобы с ними ассоциировалось твое лицо».
Мистер Лайонел Ричи.
Тогда вышел мой сольный альбом,
и карьера пошла в гору.
Я сова, поэтому всё важное в жизни случалось после часа ночи.
Однажды ночью мне позвонил Кен,
и его звонок всё изменил.
23 ДЕКАБРЯ 1984 ГОДА
У Кена Крейгена было свое агентство талантов.
И отличная репутация.
ХАРРИЕТ ШТЕРНБЕРГ ГЛАВА ОТДЕЛА КРЕАТИВА
Кен Крейген!
Он был суперзвездой.
Суперзвездой музыкального бизнеса.
ВЕНДИ РИС ОТДЕЛ КРЕАТИВА, KRAGEN & CO
Однажды утром произошла внезапная встреча.
Мы зашли в офис, и там нас встретил Гарри Белафонте.
Жизнь тебя к такому не готовила. Перед тобой голливудская аристократия.
Легендарная личность.
Стало ясно: сейчас произойдет что-то важное.
МАРШ ЗА РАВНОПРАВИЕ
Гарри Белафонте был важнейшей фигурой.
Не просто актером и певцом.
СТИВЕН АЙВОРИ МУЗЫКАЛЬНЫЙ ЖУРНАЛИСТ
Он оставался артистом,
но в основном мы его воспринимали как культовую фигуру
с огромным общественным влиянием.
Мы верим, что артисты играют важную роль в любом обществе.
Ведь именно они помогают обществу увидеть себя.
Как и в случае с гражданскими правами,
Гарри Белафонте считал, что о проблемах бедности в мире,
особенно в африканских странах, нужно говорить.
Уже некоторое время мы слышим,
что в Африке снова наступил голод. Теперь в Эфиопии.
Но на фоне других мировых новостей
эти не имеют большого отклика.
Люди, голодающие в Африке,
были где-то далеко от нас.
Это какая-то штука, которую видишь в роликах или документальных фильмах.
Это мать и ее двухмесячный младенец,
умершие вместе.
Голодный ребенок умирает тихо.
В Африке они умирают тысячами.
Как можно просто смотреть на бесконечную нужду и голод?
Надо что-то делать.
Гарри предложил устроить концерт.
За месяц до этого Боб Гелдоф собрал супергруппу Band Aid и записал сингл.
Я сказал: «Гарри, давай возьмем идею Боба,
но пригласим величайших звезд Америки».
Крейген сказал: «Я говорил с Гарри Белафонте,
и он сказал, что ты нам нужен».
НАКОРМИТЕ МИР
Гарри сказал: «Есть белые, борющиеся за черных,
но нет черных, борющихся за черных.
Это проблема.
Мы должны спасти своих людей от голода».
Он пытался вовлечь нас, младшее поколение,
в события, происходящие в Африке.
Я сказал: «Конечно».
Не то чтобы мне было нечем заняться.
Меня тогда позвали вести премию American Music Awards.
Вот только получил приглашение.
Собирался ехать в большой сольный тур.
Одно мне было предельно ясно: я хотел привлечь к делу Куинси,
потому что он великий дирижер.
Он успешный исполнитель,
но более известен как продюсер и композитор,
который работал со всеми: Луи Армстронгом и Фрэнком Синатрой,
Литтл Ричардом и Полом Саймоном, Дайаной Росс и Майклом Джексоном.
Мистер Куинси Джонс.
В то время в мире не было более влиятельного продюсера.
Его уважали все музыканты на планете.
Я и раньше об этом много думал,
ГОЛОС КУИНСИ ДЖОНСА
а тут Лайонел позвонил и сказал: «Давай делать».
В то время чувствовалось, что все люди мира
нужны друг другу сейчас, как никогда ранее.
Это было начало.
После этого возник очевидный вопрос: «Кто будет участвовать?»
Мы с Лайонелом сели в лимузин, где был телефон.
ГОЛОС КЕНА КРЕЙГЕНА
Я предложил привлечь Стиви Уандера.
Мы звонили Стиви, но не могли его поймать.
Лайонел пытался дозвониться ему всю ночь.
Они все хотели Стиви Уандера. А кто нет?
Он уже был статус грандиозной легендой соула.
И они все были близки со Стиви.
Но когда Стиви говорит, что перезвонит,
ты просто сидишь и ждешь, пока он это сделает.
КУИНСИ ХАРРИЕТ
Потом я снова поговорил с Куинси.
Он сказал: «Завтра увижу Майкла.
Предложу, посмотрим, что скажет».
Человек, чей альбом «Thriller» стал самым продаваемым диском всех времен.
В этом году он получил больше номинаций на «Грэмми», чем кто-то еще в истории.
Майкл Джексон — человек десятилетия.
Дамы и господа, Майкл Джексон.
Мы с Майклом знакомы с незапамятных времен.
Еще со студии Motown.
Тогда я был солистом The Commodores, а он — The Jacksons, и мы сдружились.
Я работаю над этим.
Ты прячешься. Именно это ты и делаешь.
Когда он научился водить,
первым делом он приехал ко мне домой.
Но он не мог ехать по автостраде, потому что боялся ее до смерти,
так что он знал все переулки, которые ведут к моему дому.
Но Стиви не перезванивал,
так что нам с Майклом пришлось начать писать без Стиви.
Я сказал Майклу: «Я могу написать песню сам.
Ты можешь написать песню сам.
Но если мы делаем это вместе с Куинси,
это должно быть грандиозно».
Я впервые в доме Джексона.
Это оставишь на Вегас, да?
Я понял, что мы никогда ничего не писали вместе
и никогда не проводили вместе время.
- Тебе решать. - Как хочешь.
Выбор есть.
С вами команда Сонни и Шер.
Он не играл на инструментах, поэтому он все партии напевал.
Полно записей, где он…
Представляете? И накладывал эти напевания друг на друга.
Это было реально круто.
Мы должны были сразу определиться, что за песню мы хотим.
Что-то такое? Или скорее гимн?
Нет, не то.
Вот! Отталкиваемся от этого.
И что мы наложим поверх?
Мы перебирали разные песни, но они были лишь полуфабрикатами.
Он всё говорил: «А где изюминка?»
Он звал меня Лайон-эль. «Лайон-эль, хочу, чтобы ты его увидел…».
Привел своего шимпанзе Бабблса. Я не хочу обнимать шимпанзе.
Тем временем этажом ниже происходила настоящая ссора.
«Заткнись! Завали!»
«Заткнись! Молчи!»
«Что происходит на кухне, Майкл?»
Он говорит: «Да там Рики, птица, ругается с собакой».
Птица говорящая, а пес злится на птицу.
Тем временем мне кто-то звонит.
«Лайонел, шлют сценарий церемонии American Music Awards».
Майкл работает над своими песнями, и мы не относимся к идее серьезно.
Потом займемся.
Есть способы сделать эту штуку реально мощной
в плане того, что она может принести, и…
У нас не было ни песни, ни даты, но у нас были Стиви,
Лайонел, Майкл и Куинси,
и Кен понял, что с таким активом можно позвонить кому угодно.
Это будет эпично.
Тогда у нас не было технологий.
Не было мобильных телефонов.
Дела шли медленно.
К счастью, адресная книга Кена была огромной.
Я ездила с гигантским чемоданом, набитым его адресными книгами.
Я сказал Гарри: «Мы не должны ограничиваться темнокожими артистами».
Он сказал: «Хорошая идея».
Я сообщил, что представляю Кенни Роджерса. Он в деле.
Кенни Роджерс был важной фигурой, и мы решили привлечь других артистов,
например, Ким Карнс и Линдси Бакингем,
но график любого исполнителя требует месяцев планирования.
Это логистический кошмар.
Понедельник. Это American Music Awards.
Три часа лучшего кантри, соула и рок-н-ролла.
Лайонел Ричи ведет церемонию
в прямом эфире в 20:00.
Лайонел был ведущим American Music Awards.
Мы посмотрели на дату
и поняли, что в этот день в Лос-Анджелесе окажется куча артистов,
чьи расходы уже оплачены, а графики согласованы.
В этот момент я спросила Ларри Клайна,
кто именно приедет на церемонию.
ЛАРРИ КЛАЙН ПРОДЮСЕР AMA
В те времена American Music Awards была до хрена важным событием.
У нас были Дайана Росс и Hall & Oates.
Я с ними уже всё согласовал. А еще с Принсом, Мадонной, Синди Лопер.
Договариваемся с Hall & Oates.
Мне позвонил Кен Крейген.
И сказал: «Я хочу, чтобы как можно больше суперзвезд
объединились, чтобы спеть одну песню».
Но свести вместе всех этих людей
можно только в день АМА.
Выбора не было.
ЯНВАРЬ 1985 ГОДА
Оставалось меньше месяца. Мы смотрели на вершины хит-парадов
и думали, кто продаст тираж лучше.
Поприветствуйте его королевское плохейшество Принса!
Они очень хотели участия Принса. Вышел «Пурпурный дождь».
Чего вы ждете от фильма?
Принса.
Чего-то более конкретного?
Принса.
- А еще чего? - Принса.
Принс был влюблен в Шейлу И.
Шейла И!
Она была его перкуссионисткой
и к тому же отлично пела.
Нам нужно было собрать очень разных людей.
Сингл Стива Перри, солиста Journey, занял третье место по продажам.
Я предлагала Мадонну.
«Material Girl» и ее поведение привлекли бы совсем другую аудиторию.
Но Кен хотел Синди. Мы поругались из-за этого.
Видно мою сережку-Барби?
Я чувствовала, что это важная штука.
Я верю, что рок-н-ролл может спасти мир.
СИНДИ ЛОПЕР
Хоть попытаться.
Следующим важным шагом была договоренность со Спрингстином.
Ладно. Мне сюда?
Ясно.
В 1985 году я был на вершине мира.
БРЮС СПРИНГСТИН
Мы были очень популярны, у нас был отличный тур.
Спрингстин был суперпопулярен, но он не собирался на АМА.
Мы позвонили менеджеру Спрингстина, Джону Ландау,
Он сказал: «Смотрите, накануне у него заканчивается турне.
А он не летает на следующий день после концерта».
Я попросил дать с ним поговорить.
Помощь голодающим важна.
Я знал, что проблема существует.
Обычно сидишь такой и думаешь: «Что я могу с этим поделать?»
Обычно я не летаю сразу после концерта, но тут было важное дело.
Нам говорят: «Брюс Спрингстин в деле. Можно звонить Бобу Дилану».
Это же Боб Дилан.
Спел бы «Blowin' in the Wind».
Настоящая легенда.
Боб Дилан был известен как музыкант неравнодушный.
Он подходил лучше, чем кто-либо,
но середина 80-х была не лучшим для него периодом.
ДЭВИД БРЕСКИН АВТОР КНИГИ
Но он же Боб Дилан.
Человек-загадка.
Когда Боб Дилан и Брюс Спрингстин согласились,
мы пошли по нашему вишлисту.
Я знаю, что Дэвид Бирн был недоступен.
Van Halen поехали в тур, поэтому тоже были недоступны.
Я хотела Бетт Мидлер.
Я хотела Дэна Эйкройда.
Я узнал об этом так: позвонил Майкл
и сказал, что планирует большое мероприятие.
КЕННИ ЛОГГИНС
Не хочу ли я участвовать?
Я был не в курсе того, что происходит в Африке,
но Майкл превращал в золото всё, к чему прикасался, и я согласился.
ПРОЕКТ «ЭФИОПИЯ»
У нас будут лучшие артисты в мире.
ГОЛОС КУИНСИ ДЖОНСА
Было бы ужасно сделать запись, которая не взлетит,
потому что песня не будет подходящей.
Команда есть. Теперь нужен сценарий.
18 ЯНВАРЯ 1985 ГОДА 10 ДНЕЙ ДО ЗАПИСИ
Мы с Майклом думали, что у нас куча времени. Шутили, дурачились.
Позвонил Крейген.
Почти не сплю. Очень уж интересный проект.
Он сказал: «Так, многие ждут эту песню.
Дело не в вас четверых».
Боже мой.
Он сказал: «С нами Билли Джоэл.
И Вилли тоже.
А также Тина. Хьюи Льюис, Пол Саймон, Дайана Росс, Рэй Чарльз».
Всё больше ответственности.
«И мы пишемся в вечер церемонии American Music Awards».
«Чего? О чём ты говоришь?»
А потом приходит Куинси.
Да. Поехали.
Куинси очень мягко сказал: «Мне нужна песня».
Вы должны понимать серьезность ситуации.
Церемония на следующей неделе,
а Куинси ничего не может сделать, пока у нас нет песни.
Я не знаю, что в итоге произошло. Как будто в нас демоны вселились.
Вбрасывать идеи было классно.
Я придумал пару аккордов.
Майкл такой: «Ого!»
Ладно.
И добавим…
Магия.
Теперь у нас есть мелодия: с мычанием
и без слов.
Строчку «Мы — это мир» придумал, кажется, Майкл.
«Мы — дети.
Мы — что? Мы — это…
Мы — те, кто делает ярче…»
Краем глаза я вижу,
что стопка пластинок сзади падает.
И я слышу…
Какого чёрта? Что это за хрень? Что…
Смотрю через плечо.
А там огромная гребаная змея.
А Майкл такой: «Боже, нашелся, Лайон-эль!»
У него змей в комнате потерялся.
И вылез, «услышав наше пение, Лайон-эль,
и хочет тебя увидеть. Хочет поздороваться».
Да елки… Сразу захотелось сбежать.
Я кричу, будто настали мои последние минуты.
Я видел хорроры, там для черных всё плохо кончается.
19 ЯНВАРЯ 1985 ГОДА 9 ДНЕЙ ДО ЗАПИСИ
Подготовка к записи была очень суматошной,
и выбор места был очень важен.
Конфиденциальный документ.
Опаснее всего — утечка информации
о месте, где всё пройдет.
Мы проверили каждую студию в Лос-Анджелесе,
и A&M Studios отвечала всем требованиям.
Удобно расположена.
Звук феноменальный.
Решено.
Если об этом узнает пресса и общество,
проект будет на грани срыва.
Если Принс, Майкл Джексон или Боб Дилан подъедут
и увидят толпу,
они даже не войдут.
Крейген очень переживал из-за возможности утечки,
у них была жуткая паранойя.
У нас уже было много утечек информации,
которые ничуть не облегчили задачу.
Вы поняли, откуда была утечка?
- Изнутри. - Отсюда?
Надо быть осторожнее.
Самое важное событие в поп-музыке происходило здесь и сейчас, в городе,
и было невозможно удержать это в секрете.
20 ЯНВАРЯ 1985 ГОДА 8 ДНЕЙ ДО ЗАПИСИ
Мы с Майклом закончили писать песню
и наконец передали ее Куинси.
Ему нравится? Первый вопрос.
Господи Иисусе.
Я послушал ее дома и чуть на пол не упал.
Реально, не шучу. Это идеально.
Я был счастлив так, что благодарил Бога.
Он в восторге. Ладно.
Теперь надо записать демо…
23 ЯНВАРЯ 1985 5 ДНЕЙ ДО ЗАПИСИ
…чтобы остальные артисты поняли, как звучит песня.
СТУДИЯ ЗВУКОЗАПИСИ LION SHARE
Это другой.
Меня зовут Умберто Гатика.
Главным инженером проекта меня попросил стать…
УМБЕРТО ГАТИКА ЗВУКОИНЖЕНЕР
…Куинси Джонс.
Алло?
Алло!
Как дела, Луи?
Шутишь, чувак?
Итак, у нас здесь Майкл и Лайонел.
Готовимся записывать основную звуковую дорожку.
Один, два, три…
Идея была в том, чтобы сделать музыку простой,
потому что главное тут пение,
то, что привнесут в запись голоса.
Простите, еще раз.
«Мы впрямь сделаем день лучше». Мне нравится!
Было бы естественно снова сказать «ярче».
Если использовать другое слово, эмоция будет мощнее.
- Думаешь? - Да.
Прямо посреди записи входит
Стиви.
Он думал, мы еще сочиняем песню.
Куинси такой: «Я с ним поговорю».
Повел его в коридор сообщить, что мы уже всё сочинили.
Мы уже записываем демо.
Конечно, Стиви такой: «Ого, ну ладно».
Было видно, что он в шоке. «Почему мне не сказали?»
Вообще-то, сказали три недели назад.
А в тот момент мы должны были уже вот-вот доделать.
Завтра нужно разослать артистам нотные тетради, письма и кассеты.
- Можно в понедельник? - Конечно.
Пленка должна быть у меня завтра. Это не обсуждается.
24 ЯНВАРЯ 1985 ГОДА 4 ДНЯ ДО ЗАПИСИ
У меня была стопка из 50 кассет, которые рассылались менеджерам.
Некоторые шли напрямую артистам.
Интересное было время.
Мы только что выпустили первый хит,
и я получил аудиокассету…
ХЬЮИ ЛЬЮИС
…с записью песни и приглашение, и включил демо в машине.
Я не был знаком ни с Лайонелом, ни с Майклом,
так что это было потрясающее предложение.
И я помню, как подумал: «Вот это будет хит» .
Я об этом услышал, когда мне позвонил брат Лайонел.
СМОКИ РОБИНСОН
Его слов хватило, чтобы согласиться. Меня не нужно было уговаривать.
Из офиса Куинси прислали запись.
Я прослушал ее пару раз. Припев определенно был запоминающимся.
Услышав ее впервые, я подумал, что мелодия достаточно универсальна,
чтобы на первом плане были голоса,
как обычно в таких случаях.
И я сказал: «Хорошо, класс».
23 ЯНВАРЯ 1985 ГОДА
В письме, отправленном артистам, одна из строк была зачеркнута.
Вот что нужно убрать.
Тут написано про A&M…
Кен сказал: «Нельзя всем это писать» .
Он считал, что на тот момент сообщать мне детали нет нужды.
Хотя, как многие артисты, я ни хрена не запоминаю.
Позвонил Куинси
и сказал: «Мы делаем новую песню, я хочу, чтобы ты занимался голосами».
«Приезжай, обсудим. Времени мало».
ТОМ БЭЙЛЕР АРАНЖИРОВЩИК
Мы с Куинси познакомились в 1973 году.
Я белый, но рос в черной евангельской церкви.
Куинси слышал аранжировки, которые я делал для Сары Вон,
и он пригласил меня к себе домой.
Открыл, глянул на меня и сказал:
«Неужто ты белый?»
Так мы и начали общаться.
Мы полюбили творчество друг друга и стали близкими друзьями,
но Куинси был главным.
26 ЯНВАРЯ 1985 ГОДА
2 ДНЯ ДО ЗАПИСИ
Мы пришли ко мне.
Том Бэйлер уже был там с Куинси,
они сидели в моей гостиной.
На полу карточки.
На карточках — имена всех наших исполнителей.
Теперь мы должны были пройти процесс аранжировки вокала.
Мы должны были выбрать, кто будет петь соло,
которое идет всего полстрочки,
и в ней нужно отразить свой звук, стиль и вокальные данные.
Я начал слушать каждого артиста, который собирался петь соло…
…искать различия и контрасты.
У Спрингстина грязный звук.
Я решил поставить за ним Логгинса.
У Кенни Логгинса звук чистый,
он идеально звучал после Спрингстина.
Бэйлер изучал вокальные диапазоны,
потому что хотел убедиться, что артистам будет комфортно
петь свои партии.
Я работал с Тиной раньше,
и поставил ее на самые низкий тон, потому что у нее глубокий теплый голос.
А потом переходим к Стиву Перри.
Его диапазон… В этом месте песни голос звучит, как наэлектризованный.
Синди… У нее голос мощный.
Даже в «Girls Wanna Have Fun».
Боже, я обожаю Хьюи,
но не всем артистам предлагалось соло.
К тому же он беспокоился о том, с кем будет стоять рядом,
и это привело к дискуссиям,
как именно объединять людей.
Я думал, что все будут по очереди
заходить в кабинку петь.
Куинси сказал: «Нет. Так это займет три недели».
«Мы поставим микрофоны по кругу в одной комнате,
и все будут петь, глядя друг на друга».
Некоторые артисты — сложные ребята.
В списке были непростые личности.
Например, Синди Лопер.
И Стиви Уандер тоже.
Я не боюсь, но это щекотливая история.
Куинси предложил начать с начала.
«Что будет, когда они все придут в студию?»
Мы должны были всех организовать
и не допустить простоя. Всё должно идти гладко.
Если мы остановимся хоть на минуту,
начнется хаос.
Я смотрю на эти имена. Великие артисты.
И я среди них.
Что я делаю? Что…
Что вообще я здесь делаю?
Это довольно страшно.
А потом внезапно…
…настало время.
28 ЯНВАРЯ 1985 ГОДА
ДЕНЬ ЗАПИСИ
Я была в концертном зале «Шрайн», а Лайонел пришел утром.
Твой артист ведет самое масштабное шоу на ТВ, в прайм-тайм,
когда кроме телевидения ничего и нет.
Мы очень переживали за Лайонела.
Признаюсь честно, я столько слов подряд никогда не говорил.
Но это весело. Очень весело.
Это захватывающее шоу, и я всегда его очень жду.
Если не засыпаю.
Тем временем мы подготовили студию.
Меня позвали поработать со светом.
Мои друзья из индустрии…
БОБ ДИКИНСОН СВЕТОТЕХНИК
…предоставили технику бесплатно.
Честно говоря, я не думаю, что они сами знали, кто именно придет.
Было много вопросов про артистов, которые не собирались на АМА.
Мне позвонил Куинси Джонс.
Он сказал: «Завтра будь в Лос-Анджелесе».
ДАЙОН УОРВИК
Я ответила: «Нет. Я буду в Лас-Вегасе».
В день мероприятия в два часа дня Стиви был в Филадельфии.
Увидимся летом.
Спрингстин только что закончил тур в Буффало.
Я слышал, там нелетная погода.
Мы нервничали.
РЕЙС ОТМЕНЕН
КОНЦЕРТНЫЙ ЗАЛ «ШРАЙН»
Ты понимаешь, что не можешь контролировать происходящее.
Тем вечером я просто плыл по течению.
Привет, я Лайонел Ричи. Сегодня мы в концертном зале «Шрайн»,
в Лос-Анджелесе, Калифорния, на American Music Awards.
Пристегните ремни и погнали!
Лайонел в ту ночь был ведущим церемонии.
Шоу вертелось вокруг него.
После этой ночи ничто и никто не будет прежним.
Он дважды спел,
получил кучу наград.
Лайонел Ричи!
- Лайонел Ричи! - Лайонел Ричи.
- Лайонел Ричи!
- Лайонел Ричи. - С «Hello».
В тот вечер, когда я вел церемонию, я выиграл шесть наград.
Я забыл, я здесь работаю.
За кулисами он говорил о «Мы — это мир».
Но всего по 30 секунд — и пора на сцену.
В 1984 году началась ее бурная сольная карьера
с альбомом «The Glamorous Life».
Встречайте Шейлу И!
В то время я была в турне Purple Rain.
График плотнейший.
К моменту, когда я добралась до АМА, я была не в себе.
Пойте!
И я ужасно нервничала.
Смотришь в зал, а это ошибка…
ШЕЙЛА И.
…потому что видишь первые пять рядов и думаешь: «О господи».
Давайте, пойте!
Помню, Лайонел сказал мне: «После АМА
эту песню будут петь все, и я хочу, чтобы ты спела один куплет».
И я, конечно, согласилась.
Лайонел надеялся, что Принс тоже споет куплет.
Я такая: «Кайф, но знаешь, у него свои представления о времени».
А теперь узнаем, какая запись станет лучшим синглом темнокожего артиста.
Номинанты — Принс с «When Doves Cry» и Майкл Джексон с «Thriller».
В паре категорий Принс соревновался с Майклом.
Настоящее соперничество.
Было бы здорово, если бы Майкл и Принс спели вместе.
Это прекрасный ход: показать, что даже эти двое
могут объединиться, чтобы спасти жизни.
«When Doves Cry», Принс.
Телохранителя Принса звали Чик,
и Чик был страшнее ада.
Он был огромным мужиком…
ПРИНС ЛУЧШИЙ СИНГЛ ТЕМНОКОЖЕГО АРТИСТА
…и когда Принс получал награды, Чик выходил с ним на сцену.
Никто не нападет на него на сцене! Может, сейчас всё иначе.
Возмутительно!
Принс получил много наград.
А Майкл нет. Но его там не было.
Он сидел в студии A&M, работал.
- Майкл? - Да?
«Мы делаем выбор. Мы сами спасаем свои жизни».
Можешь выбросить эту строчку из припева?
Выбросить «Есть выбор»? Может кто-нибудь текст принести?
Я уберу ее, но могу об этом забыть.
Первым, кто пришел сюда, был Майкл Джексон.
Пусть встанет посреди комнаты. Используем микрофон C12.
Можем начинать?
Запись идет.
Он умел настроиться так,
чтобы почувствовать себя в гармонии с музыкой.
Можем сбалансировать звук, пока он не возьмет эту ноту?
- Без записи? - Конечно.
Я регулировал свет и видел,
как Майкл Джексон слушает звук
и вдруг начинает петь.
Это самый невероятный голос, который я слышал в своей жизни.
Извините.
Я не сказал «лучше». Я опять спел «ярче».
Я забыл.
Когда Куинси попросил меня написать
о массовом голоде,
я вложил в эту вещь свое сердце и душу.
Сложно говорить словами,
мне куда легче говорить через песню.
Это и есть мое высказывание.
Куинси, ты думаешь…
Я говорю, ты…
В конце я говорю «ты и я» или «я и ты»?
- Лучше «ты и я». - Ясно.
- Так душевнее. - Именно, душевнее.
- Да. - Как в кантри.
- Да. Кантри. - Классно.
В этом всё дело.
Интересен был тот факт,
что изначально Майкл хотел только написать песню.
Сначала Майкл не хотел ни петь, ни сниматься.
Он думал, что это слишком.
Я уговорил Майкла участвовать во всём.
Неучастие было бы для него огромной карьерной ошибкой.
Но он был здесь. Полностью вовлечен.
Ну, как звучит?
Звучит отлично.
Фантастика, Майк.
Нас ждут потрясающие выступления Тины Тёрнер, Стиви Уандера и Принса.
Кенни Крейген сидел в первом ряду,
и в перерывах на рекламу
он вскакивал с места и убегал за кулисы.
Оставайтесь на местах, ребята. Оставайтесь.
Я пришел к нему и сказал: «У нас тут ситуация».
Синди Лопер.
За кулисами Синди Лопер подошла ко мне и сказала «Мой парень послушал песню.
Я не буду участвовать: он не считает, что это хит».
Ну, никто не знал.
Конечно, это всё были замечательные люди,
но я была дико уставшая.
Вот это год выдался, да?
И после шоу я подумала: «Ладно, съезжу я туда».
Я сказал: «Синди, важно, чтобы ты приняла верное решение.
Не пропусти сегодняшнюю запись».
Ну и вечер!
Я сказал артистам: «Хорош тут тусить. Вставайте и поезжайте в студию A&M».
Что ты чувствуешь по поводу сегодняшней записи?
Я не в курсе, что там. Знаю, Куинси грызет ногти.
Сам хочу узнать, что происходит.
- Да. - А название?
«Мы — это мир».
Ходят слухи, что Принс и Джеймс Браун могут принять участие.
- Без комментариев. - Почему?
- Мне запрещено это обсуждать. - Поехали дальше.
- Спасибо. - Спасибо.
Уходя с церемонии, я знал, что меня уже ждет машина.
Ну и мы явились.
Я и не знал, кто там будет.
Я понятия не имела о сути проекта, пока не приехала в Лос-Анджелес.
Куинси очень много значит для людей,
и когда он делает проект, в нём точно стоит участвовать.
В общем-то всё было готово.
Куинси попросил у меня лист бумаги и написал величайшую строчку.
«Оставь свое эго за порогом».
Мне посчастливилось быть одним из операторов,
но я был самым неопытным.
КЕН ВУ ОПЕРАТОР
Приехал сюда за 3 года до этого.
Продюсер сказал: «Выходи. Они скоро начнут приезжать».
Вопрос был в том, кто всё же придет.
Подъезжает Кенни Роджерс.
Приехав в студию, я понял, что тут собрались главные люди
поп-музыки своего времени.
- Лимузин Рэя Чарльза подъезжает. - Боже!
- Бетт Мидлер? - Думаю, да.
- Кристи Бринкли. Боже мой! - Кто-то видит Билли Джоэла?
Это было потрясающе.
Мы общались по рации.
Кто уже здесь? Кто только пришел?
Прибывает Ким Карнс.
Парень на старом Pontiac GTO останавливается напротив.
Выходит. Это Брюс Спрингстин.
Я такой: «Вот это да».
Это Рэй. Это точно он.
Как будто сюда вошла Статуя Свободы.
Для меня Дайана Росс была кем-то недосягаемым.
Мне казалось, что я сплю.
Меня окружали легенды.
Боб Дилан? Кажется, я поздоровалась и ушла, потому что испугалась.
В студию не пускали никого, кроме самих артистов,
и ассистентов не было.
Так что нам пришлось общаться между собой,
и это было офигенно.
Невероятное ощущение — находиться среди этих людей.
Я как будто оделась не по случаю. Я волновалась.
Я знала Билли Джоэла, так что пошла сразу к нему.
Все чувствовали эту магию.
Все значимые люди в шоу-бизнесе того времени,
приехали на запись.
Мы на ступеньках.
С нижней ступеньки Пол глянул наверх
и говорит: «Если сюда упадет бомба, Джон Денвер вернется на вершину».
ОСТАВЬ СВОЕ ЭГО ЗА ПОРОГОМ
Невероятно. Какая красота, чувак.
Мы чувствовали энергию, которая заполняла комнату.
Рэй и Вилли собираются спеть.
Но в то же время был слышен гул соперничества.
Эго никуда не делись. Не надо притворяться, что это не так.
Со знаменитостями бывает сложно,
когда их окружают менеджеры, агенты и стилисты,
но тут они оказались вне этой среды.
Величайшие музыкальные звезды — и вдруг такие тихие.
Они казались почти робкими.
Это было похоже на первый день в садике.
Ладно, ребята.
Пожалуйста, все выйдите, чтобы мы могли…
Пожалуйста.
Алло.
Послушайте. Чуваки.
Куинси пришлось собрать эту детсадовскую группу вместе.
Хочу вам представить Боба Гелдофа,
который вдохновил нас на всё это.
Этот человек собрал Band Aid!
Сейчас он вернулся из Эфиопии и хочет поговорить с вами.
Ой. Хочу, да?
Ну, может,
чтобы создать настроение для песни, которую вы будете петь,
и которая, надеюсь, спасет миллионы жизней,
я напомню, что цена жизни в этом году
равна куску пластика диаметром 7 дюймов с дыркой посередке.
И я не знаю, можем ли мы понять, каково это — не иметь ничего.
То есть не иметь воды.
В некоторых лагерях вы увидите 15 мешков муки на 27 500 человек,
увидите менингит, малярию и брюшной тиф,
разлитые в воздухе,
увидите трупы, лежащие рядком.
И это то, почему мы здесь,
именно поэтому.
Я не хочу никого расстроить,
но это лучший способ дать вам почувствовать,
объяснить, зачем вы здесь и зачем эта песня.
Спасибо всем, будем надеяться, что это сработает.
Куинси такой находчивый.
Он использовал речь Гелдофа, чтобы люди сосредоточились на цели.
«Классно проводим время,
но я хочу, чтобы вы вложили в песню то, что чувствуете».
Я только что выступала на АМА.
Все отлично проводили время,
а потом, когда он объясняет, что происходит в мире, почему мы здесь,
ты думаешь только: «Ого».
В этой комнате вы все будете петь в унисон,
не в терцию, чтобы нам не путаться с разными партиями.
Первое, что бы я хотел записать — это подводку к припеву.
Можно услышать четыре такта без музыки?
Акапулько!
Раз, два…
Погодите, пожалуйста.
Не отбивайте такт ногами, лучше коленями трясите.
Ужасно много ног стучит по ступенькам.
Ощущалось напряжение из-за нехватки времени.
Нам надо было синхронизироваться
и торопиться.
Еще раз, пожалуйста.
Мы должны были успеть выучить песню, записать черновик и потом набело.
Так всё и было.
На нас, продюсерскую команду, давили,
чтобы мы проследили, что Спрингстин поехал домой,
что все разъехались по домам, когда всё готово.
Всего одна ночь,
чтобы сделать всё как надо.
Теперь сделаем всё целиком
и в той же октаве, что и Майкл.
Кто не поет так высоко, не вступайте, пожалуйста.
Только высокие голоса. Не надо петь в октаву.
Низкие пишем позже.
Те, для кого звук слишком высок, пусть пока отдохнут,
а потом мы вернемся и запишем их. Хорошо?
Сделаем плейбэк
и начнем работать, ладно?
Дашь послушать?
Наушники у всех есть?
Боб Дилан и сам знает,
что он не такой голосистый, как Стиви Уандер.
Наверное, Дилану было дискомфортнее, чем любому другому человеку в комнате.
- Кто-то поет на октаву ниже. - Знаю.
Слушайте, в этом дубле нельзя петь в октаву.
- Это для них? - Что?
- Октавы для них? - Да.
Некоторые говорили: «Это не мой диапазон».
- А ты? - Я так не могу.
Никак, да?
Если не хватало диапазона, ты думал, как это решить.
«Может, я могу спеть в терцию?» Но этого не просили.
Им нужен был идеальный унисон.
У певцов есть поговорка: «Тихарись, когда надо».
То есть, пой, пока можешь. А когда диапазон закончится, замолчи.
Тут столько голосов. Никто не заметит.
Раз, два, три.
В комнате было человек 60–70.
Становилось душно.
Мои софиты были по 5 000 ватт, практически огнедышащие,
так что было очень жарко.
Это добавляло обстановке нервозности.
У нас были осветители и четыре оператора,
и надо было следить, чтобы провода не запутались,
и еще не шуметь.
- Ребята, потише. - Не надо шуметь.
Не нужны посторонние звуки на дублях.
Мы снимаем видео
и пишем песню одновременно.
Что может пойти не так? Да всё!
Мы действовали по наитию.
А время идет.
Куинси беспокоит общая картина.
Моя задача была такая: если в комнате возникнут проблемы —
их надо решить.
Может, перемены…
Думаю, тут нужно «ярче».
Кажется, все пели «ярче».
- Это «ярче»? - Нет. «Лучше, ярче».
Не хочу начинать скандал.
«Лучше» или «ярче»? Все сошлись на слове «ярче».
Лайонел Ричи — человек, который всех объединяет.
Я обхожу каждый мини-лагерь, тушу пожары.
И он был на адреналине.
Он не останавливался, но вообще всегда такой.
Ему есть, что сказать. «Давай так». «Сейчас объясню».
Он смешит людей.
Он направляет всех в нужное русло.
Есть фраза, которую нельзя говорить никогда.
«Как-то я не уверен. Что думаешь?»
«Лучше» цепляет.
У нас 47 артистов.
Считай, 47 разных версий песни «Мы — это мир».
И моя работа — сделать всё так,
чтобы ни при каких обстоятельствах мы не отклонились от курса.
Что ты делаешь?
Что такое? Что это значит?
Это перевод «Мы — это мир».
Стиви сказал: «Нужно куда-то вставить несколько слов на суахили.
Думаю, надо спеть…»
- На каком языке? - Суахили.
Хорошо, большое спасибо.
Раз, два, три, четыре.
Если мы этим займемся, кончится время, а если оно кончится, будет плохо.
Я был в углу комнаты, рядом с Уэйлоном Дженнингсом.
Я услышал, как он говорит: «Реально, кто ж не любит петь на суахили?
Кажется, мне пора».
Уэйлон уходит.
«Ну уж нет. Я не разбираюсь в этом.
Не знаю, что это значит, петь не буду». Мы потеряли Уэйлона.
Мы слушаем.
Слушаю.
Они не говорят на суахили, так что…
Кто-то сказал: «Стиви, в Эфиопии не говорят на суахили» .
Намечалось мощное лингвистическое противостояние.
Мне кажется, что ты пытаешься…
Нет смысла обращаться к голодающим.
Говори с теми, у кого есть деньги.
И это будет…
Вдохновит одного, а двоих отвратит.
- Но какие слова? - Не знаю, но…
- Если нет строк… - Они говорят на амхарском.
У нас нет текста на этом языке.
- Суть в том, что… - Что бы ни было. Что есть?
Я помню момент, я хвостом ходил за Рэем Чарльзом,
и тут Рэй говорит: «Куинси, звони в колокол».
Имелось в виду: «Давайте начнем».
Многие начали проявлять нетерпение.
Все устали.
Люди хотели уже сделать дело и закончить,
и в этот момент и всплыло слово «ша-ла-ша-лин-гей».
Вроде это была идея Майкла:
«Можно добавить что-то в африканском стиле».
Прошу прощения.
Секунду.
Постойте!
Мы говорим: «Потому что это то, что мы даем».
А что мы даем?
Я один из немногих, кто мог возразить Майклу.
- Бессмысленно. - «Давайте начнем делиться».
Да, «давайте начнем делиться» звучит лучше.
Я знаю Майкла Джексона с тех пор,
как он десятилетним пришел на Motown.
Он пел и танцевал до упаду уже в десять лет.
Что ты хочешь?
Майкл — один из величайших артистов и величайших авторов песен всех времен.
Люди боялись сказать ему: нет, так не надо.
Или: это плохо звучит.
Объясни, что значит «ша-ла-ша-лин-га»!
Когда ты растешь на Motown, ты так и общаешься.
Мы все любили друг друга.
Всем нравится строчка «единый мир»?
- Да. - Отлично.
- Единый мир. - Единый мир!
«Мир един, все дети наши. Мир един, давайте начнем делиться».
- Да. - Все вместе.
Хорошо. Пожалуйста, ничего не меняйте, а то мне уже слух отказывает!
Давайте записывать!
Если можешь, вот там.
Давай, чувак!
Ладно, поехали.
Наконец мы закончили с припевом.
Вы так и знали!
И Куинси захотел поблагодарить Гарри Белафонте.
Парень, что всё затеял — это Гарри Белафонте.
И вдруг произошло нечто невероятное.
Гарри Белафонте был настоящим вдохновением
для всех присутствующих.
Эл Джерро начал петь песню Гарри Белафонте.
И все внезапно присоединились.
Я слишком много выпил, честно скажу
Потому что тебя должен бы отвезти домой Либо я, либо Рэй
В перерывах Рэй играл
другую версию «Мы — это мир»,
госпел-версию в стиле «Georgia on My Mind».
И в этот момент я случайно услышал разговор Рэя и Стиви.
И Рэй сказал: «Мне нужно в туалет», а Стиви: «Я покажу, где он».
Он схватил его за руку и они пошли,
и все увидели, как слепой ведет слепого,
и мы все просто расхохотались.
Рыбный бургер. Рыбный бургер!
Люди хотели есть.
Вафли скоро прибудут.
Курица и вафли! Тушеная курица и вафли.
Все заказали курицу и вафли из Roscoe, и я не видел никого,
кто ел бы курицу лучше, чем Лайонел Ричи.
Он обгладывает мясо до костей.
Высасывает их и кладет кости одна на другую,
так что под конец рядом с ним аккуратная гора косточек.
Я тогда и сказал: «Ты ешь курицу лучше всех на свете».
Когда наступил перерыв,
Дайана подошла к Дэрилу Холлу с нотами в руках и сказала:
«Дэрил, я ваша огромная поклонница».
«Подпишете мне ноты?»
И мы все посмотрели на это и сказали: «Ничего себе!».
Она это сделала, и во всей комнате началась движуха.
Видеть, как Синди Лопер говорит с Лайонелом или Спрингстином,
как они просят автографы друг у друга — это офигенно.
Потом они подходят ко мне, и я такая: «Им нужен мой автограф?»
Это очень круто, понимаете?
Я позвонила Принсу, чтобы рассказать, как дела.
И говорю: «Тебе надо прийти.
«Тут круто, все тусуются.
Отлично проводим время».
Я говорю по телефону с Принсом.
Он в Carlos 'n Charlie's.
Он сказал: «Я пишу гитарное соло в другой студии».
Я говорю: «Нет, мы все в одной студии».
«Нужно, чтобы ты пришел и спел».
Он хочет включить гитарную партию, а нам просто не нужна гитара.
Было поздно,
и я уже хотела спеть один из куплетов,
но они всё спрашивали: «Думаешь, Принс приедет?»
Мне казалось это диким.
И мне стало казаться, что меня здесь используют,
чтобы заставить Принса приехать,
и чем дольше я тут, тем больше шансов.
Уверен, они ждали его лимузин,
но он так и не появился.
Я знала, что он не придет.
Слишком много людей, ему было бы некомфортно.
Я сказала Лайонелу: «Я ухожу».
Они и не настаивали, чтобы я спела свой куплет,
что было довольно обидно.
Хук готов, теперь переходим к соло.
Эти две строчки.
Майкл подошел и сказал: «Принс не приедет,
так что у нас есть кусок, где нужен солист».
«Кого посоветуешь?» Я сказал — Хьюи Льюиса.
У Хьюи Льюиса отличный голос.
Кто-то мне сказал: «Куинси тебя зовет».
Меня привели к Куинси. Он говорит: «Зови Майкла».
И просит его: «Спой строчку для Хьюи».
Я получил строчки Принса. Это серьезная ответственность.
- Да! - Можно идти? Ох.
С этого момента я нервничал до потери сознания.
Хорошо?
Все партии записаны.
К тому времени, как мы перешли к соло,
люди спрашивали: «Почему эту партию дали ему? А ей почему?»
Ответ один: это их диапазон.
Возьми эту строчку. «Дайте осознать…»
Куинси сказал, с кем я буду петь,
и я подумала: «Вилли Нельсон? Хм. Интересно».
Для меня это был сюрприз.
Мы собрались вокруг пианино, Стиви Уандер играл песню,
а мы пели без микрофонов.
По лицу Стиви Уандера видно, что он узнаёт людей по голосам.
И посреди песни он сказал: «Ого. Так много звезд».
Когда мы собрались вокруг пианино,
мы впервые услышали, как песня будет звучать.
Никогда не забуду. Потрясающе.
Услышать, как все эти люди
впервые объединились ради этой песни…
Мурашки от этой мысли.
Мы наклеили на пол и надписали куски скотча,
разместив их в форме буквы U.
Она начиналась там и шла по кругу.
ПОЛ САЙМОН
Помню, я пересчитывал их, потому что…
«Ладно, тут трое, здесь двое».
Я смотрю на список имен на полу
и думаю: «Это будет невероятно».
Спрингстин был здесь.
Тест, раз, два.
Я был там.
Майкл Джексон здесь. Я пою сразу после него.
Мы тебя прикроем.
Вы же знаете, что прикрою я?
Это был круг был кругом жизни.
Куинси был прав.
Когда придет время петь, ты выложишься на 200%,
потому что все на тебя смотрят.
Видеть старания и уязвимость всех этих людей —
это что-то невероятное.
Мы все были в наилучшей форме.
Перед всеми нами стоят микрофоны.
Каждый наклоняется ближе во время своей партии.
Когда подходит другой человек,
если у вас дуэт или что, не надо, а во время своей партии наклоняйтесь.
Не подпевайте. Иначе мы не поймем, где чьи слова.
- Подойти или наклониться? - Иди сюда.
Нет. Даже если здесь твое имя…
- Понимаешь? - Да.
Это запись. Просто…
Имена там, но микрофоны здесь.
Идите к микрофону!
- Скажите, когда готовы. - Готовы.
Может, еще раз? Я облажался в начале.
Стиви говорит, он облажался.
Я не попал, сфальшивил.
Совсем мимо нот.
Стиви облажался. Разве он может?
- Это вообще законно? - Нет.
Стиви игриво облажался, как только Стиви умеет.
Почти специально, чтобы поржать.
Стиви не нервничал.
Я никогда мимо нот не пою.
А тут горло подвело.
Куинси повысил голос: «Надо доделать».
Он на нас кричал.
Пожалуйста.
Никогда не видел его таким.
Куинси, ку-ку!
Куинси Джонс всегда был спокоен.
Его беспокоила только гонка со временем.
Еще много нужно было сделать.
- Вам помочь? - И так круто же!
Тяжело идет, потому что у нас диапазон разный.
Помочь? Вот тут…
…ты вступаешь.
Это моя партия.
Знаю. Он предлагает поменяться.
Думаю, мне надо отойти и петь громче.
Трудно петь тихо.
Было четыре утра, и они пели самую важную часть песни.
Естественно, люди стали уставать и раздражаться.
После моего фрагмента какой-то странный взвизг.
В объективе они кажутся огромными, ведь я прямо под ними.
Можно вытянуть руку и дотронуться.
Они прямо здесь.
Я был фанатом Пола Саймона.
Вот он, прямо тут. Поет мне в лицо.
Кенни Роджерс, когда берет высокую ноту, морщится так,
как будто он сейчас…
Я всё думал:
«Не могу поверить: мне еще и платят за такие офигенные съемки».
Подошла очередь Дайон Уорвик, и у нас возникла техническая проблема.
- Да? - Ты слышишь свое эхо?
Да.
Кто это? Выведите ее.
Тут у нас была небольшая паника.
У нас проблема с шумом при плейбэке.
В какой-то момент я сказал: «Надо решить это любой ценой.
Нужно убрать шумы, чего бы это ни стоило».
- Всё еще фонит? - Да.
- Откуда? - Может, чужой микрофон.
Остальные дорожки выключены.
Этому нет никаких оправданий.
- Давайте выясним, в чём проблема. - Надо было ехать в мою студию.
Я всё еще слышу эхо.
- Загадка какая-то. - Привидения!
- Кому звонить? - Охотникам за привидениями!
- Эйкройд в эхокамере. - Эйкройд.
Это немного напрягало.
Всё, починили.
Поняли, в чём дело.
Было непросто, но мы вернулись к нашему плану и стали писать вокал.
Наступает время, когда мы должны быть максимально точны.
Поехали.
Да.
Давай.
Все было отлично, пока не облажался Эл Джерро.
Бум! Поехали сначала.
Эл Джерро к тому моменту
был изрядно навеселе.
- Простите. - Да елки.
- Это строчка Вилли. - Да.
Эл был интересным.
Расскажу кое-что смешное про Эла.
Еще до того, как мы записались, Эл хотел это отметить.
Он всё говорил: «Принесите еще вина. Мы отпразднуем».
Каждый раз, когда появлялась новая бутылка, я ее тут же уносил.
Стиви, можно сначала клавишные?
Надо отрепетировать этот кусочек.
Нам пришлось очень постараться,
чтобы добиться от Эла исполнения его партии,
пока он не успел ее забыть.
Хорошо. Да.
Да. Опять из-за меня?
- Просто спой. - Пожалуйста?
Хватит. Того, что там было, достаточно.
Каждая перемотка назад занимает около пяти минут.
Так что каждый раз возникает напряжение.
Как петь после Спрингстина? Это же…
Как бы вы пели? Я решил, что буду мягко, душевно.
Кенни Логгинс был прекрасен.
Там были Стив Перри и Дэрил Холл, это было непередаваемо.
- Отлично! - Класс!
Стив Перри умеет петь.
У него отличный голос, похожий на вокал Сэма Кука.
Еще раз. Еще хотя бы два дубля.
У этих ребят уже было по три-четыре попытки.
А моя строчка в самом конце, я еще ни разу ее не спел,
и у меня паника в полный рост.
Я смотрела, как поют все эти люди.
И просто старалась не забывать дышать.
Я сказал: «Когда кто-то облажается в следующий раз,
можно ли продолжить петь, чтобы мы отрепетировали свои строки и связку?»
Куинси сказал: «Да, ладно».
А Майкл, стоявший рядом, назвал идею отличной.
Я говорю: «Спасибо».
- Давайте связку? - Хотите связку?
- Связку. Погнали вязать. - Связку!
- Связка. - Связка.
Так, все поём связку.
Хорошо, Хьюи. Твоя очередь.
Парень, тебе чертовски пора домой.
А то вдруг что-то пойдет не так.
Всего одна строчка, но у меня буквально ноги тряслись.
Может, тут в терцию сделаем?
Последний кусок споете в терцию?
Великолепно.
Хотите с ней петь? Вы трое присоединитесь к ней…
Было бы здорово.
Они сказали: «Спой на три голоса с Синди и Ким».
В демо-записи такого не было.
Надо что-то придумать.
Разложить на три голоса
в присутствии Стиви Уандера, Рэя Чарльза, Кенни Логгинса.
Дэрила Холла.
Что мне петь?
Настоящая нервотрепка.
Это моя часть.
- На слове «стоять»? - Да.
У тебя какая?
А у тебя, Ким?
Что-то в этом роде?
Я слишком устала, чтобы говорить.
Просто фигачь.
Я попробую. Для меня высоко, но я попробую.
Виноват. Слегка сфальшивил. Не спустился вниз.
Я думал, Хьюи снесет ему башку.
Синди берёт несколько октав. Бедный Хьюи старался изо всех сил,
и много дублей он не потянет.
Я нарочно сфальшивил, чтобы вас проверить.
Синди превзошла себя с этой строчкой, но что-то было не так со звуком.
Хью, слушай. Когда она поет, возникает гармония.
Песня звучит как разговор.
Они повторяли: «Что за шум?» И я думаю: «Что ж за шум?»
Проиграй первую часть другого дубля, а потом…
Умберто сказал: «На ее дорожке ужасный шум.
Что происходит?»
Микрофон дохнет. Нужно заменить.
Нет. Микрофон красивый.
- Микрофон красивый? - Всё в порядке с микрофоном.
Микрофон красивый!
Шум, как будто люди говорят.
Или смеются. И так на каждом твоем дубле.
Не думаю, что это смешно,
так что хватит ржать, когда я пою, потому что…
Синди, на тебе много браслетов.
Вот оно что! Это…
Ой, мои серьги.
Мне это в голову не пришло.
Ой, простите.
Да у меня тут обвес.
Да всё с себя снимай!
Нет уж, извините.
Вот и источник шума. Ладно.
Другое дело.
Нам нужна была эта минутка смеха, чтобы расслабиться
и вернуться к хорошему настроению.
Давай еще разок, Хьюи.
Сразу после Майкла.
- Я слишком долго тянула ноту? - Нет.
Это великолепно.
Получилось?
Нормально записали!
Я посвятила всю жизнь пению,
и быть среди этих артистов,
быть частью их сообщества —
это непередаваемо.
Можно не трогать партию Рэя?
Да. Отнесемся к нему с уважением.
Боб Дилан и Брюс занялись импровизациями.
Куинси называл их «серьезными партиями».
«Сейчас делаем серьезные партии».
Пониже.
Вот он, Боб Дилан.
- Вот эту сразу перед модуляцией. - Да. Что…
Да, хорошо.
Он легенда, икона
для Америки и для всего мира…
Тихо, прошу. Поехали.
…и мы ожидали, что случится нечто охренительное.
Ясно.
Получилось. На другой дорожке.
Ладно, но тебе придется прокрутить назад много раз.
Думаю, он был сбит с толку. Боб не понимал, что он должен делать:
вливаться в хор или петь как Боб Дилан?
Красота. И отлично, что ты поёшь с остальным хором.
Это единственный раз, когда мы делаем октаву. Прекрасно.
- Сразу после «я», да? - После «ты и я».
То, как ты пел эту фразу с хором,
«мы и есть дети». Здорово.
Куинси был хорош.
- Ясно. - Красота.
Продюсирование — это интересно. Надо быть не просто музыкантом.
Надо быть еще и немного психиатром.
- Вот тут он вступает. - Стиви. Может он сыграть один раз?
Секретным агентом, который помог ему освоиться, был Стиви Уандер.
Порепетируем минутку .
Стиви — отличный подражатель.
Стиви пропел этот кусок голосом Дилана, как чревовещатель.
Стиви может спеть даже телефонный справочник.
Рядом с ним всегда чувствуется присутствие гения,
а еще он очень милый.
Поехали, Бобби.
Я, наверное, сплю, да?
Но в этот момент вокруг было полно народу.
Фотографы и все остальные.
Боб не привык так работать.
Так, слушайте, что мы сделаем.
Еще раз: если вы не участвуете в записи, пожалуйста, покиньте комнату.
А потом Стиви сел за пианино,
Дилан встал к микрофону, Куинси вышел на сцену.
Ладно, за дело.
Ура!
- Прости. - Всё получилось.
- Нет, это ужасно. - Говорю тебе, всё супер.
Это было потрясающе.
Как скажете.
Да ты сам знаешь.
Клянусь тебе, отлично вышло, чувак.
- Ну ладно. - Отлично.
Спрингстин вошел и сказал: «Класс, Дилан».
Звал его Диланом.
Я слушал Дилана с детства,
и было здорово увидеть его там и пообщаться с ним.
Было прикольно.
«Выбор, который мы делаем»? Ты об этой части?
Хорошо.
Это финал, да?
Это… Мы в финале? Это конец песни, да?
Ага.
Раз, два.
Голос Спрингстина вызывал серьезные опасения.
Я немножко попробую. Скажи мне, если…
Слушай. Это как быть чирлидером в хоре.
- Ясно. - Видишь, о чём я? «Давай»!
Ладно.
Я только что отыграл тур «Born in the U.S.A.»
Я очень устал.
- Куинси, готов? - Да.
Погнали.
Но я начал петь.
Мой голос был не слишком хорош, но я старался как мог.
Я правильно спел?
- Ага. - Что-то в этом роде?
- Именно так. - Ясно.
Мы переделаем дорожку.
- Ладно, поехали. - Сейчас?
Брюс был просто квинтэссенцией Брюса.
Он звучал, будто у него в горле осколки стекла.
Спасибо.
Я аж вспотел.
- Да. - Он официально в отпуске.
- Можно домой? - Ты в отпуске.
Звучит неплохо!
Готово.
Трудная работа сделана.
Когда всё закончилось, мы были счастливы и измотаны.
Мы не спали всю ночь.
Но даже тогда, в тот вечер,
было ясно, что мы сделали нечто, что будет жить вечно.
Ты была великолепна.
- Мы справились. - А мне можно?
Да.
Лайонел, у всех хорошие соло.
Идеально.
Это главное. Мы тоже так думаем.
Хорошо.
Собрать 40 суперзвезд в одном месте в одно время.
Это невозможно.
Поэтому, когда Спрингстин вдруг сказал,
что сразу после шоу приедет в Калифорнию,
Пол Саймон тоже к нам засобирался.
Билли Джоэл сказал: «И я еду». Боб Дилан…
В этой комнате сплотилась семья.
Как тебе удобно, можешь…
Можешь снять сверху.
- Куинси, где ты сядешь? - Вот тут.
Ну вот и сделали дело.
Адреналин спадает.
Адреналин упал и лег спать.
Нам буквально сказали: «Всё, ребята. Закругляемся.
Поехали по домам».
Ну и ночка!
Я думал, это платная работа. В конце, когда я уже собрался,
я составил счет-фактуру, а они говорят:
«Счет? Счёта нет.
Это волонтерство. Все работали бесплатно».
И я такой: «Ладно. Зато у меня есть крутая футболка и отличная история!»
Дайана Росс осталась после того, как все ушли.
И я услышал, как она плачет.
Куинси спросил: «Дайана, ты чего?»
А она отвечает: «Не хочу, чтобы это заканчивалось».
Это было самое трогательное, что я когда-либо слышал.
A&M RECORDS
Мы уехали около восьми утра.
Куинси не водит машину,
так что я отвез его домой в Бель-Эйр.
Было ощущение ажитации, смешанное с крайней усталостью.
Помню, как Куинси сказал: «А белые-то отлично поработали!»
Я был в восторге.
Это как когда заканчиваешь концерт, идешь домой и думаешь:
«Да, я офигенно выступил».
Вот так же и тут. Очень приятные ощущения.
В восемь утра я наконец вернулся домой.
Я вхожу в дом, а там моя семья,
поздравляет меня с успехом шоу и с наградами,
а я могу говорить только о нашей песне.
И они спрашивают: «Ты о чём?» А я говорю:
«Получилось потрясающе. Мы наконец это сделали».
А они ни сном ни духом. Это был такой огромный и мощный проект.
Эта ночь затмила все события,
что были в моей жизни.
ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ
Как вы уже слышали сегодня утром в новостях…
…как вам уже доложили…
…примерно через минуту, в 19:50,
весь мир будет слушать одну и ту же песню.
«Мы — это мир. Мы дети».
Благодаря технологиям
ее услышит около миллиарда людей.
Когда такая энергия выбрасывается в мир, это очень мощно.
Музыка — странная субстанция.
Ее нельзя потрогать или понюхать.
Нельзя съесть. Но она существует вокруг нас.
Пятую симфонию Бетховена слушают уже 300 лет,
и это очень мощная духовная энергия.
Песня «Мы — это мир» была понятна всем.
Даже если ты не говорил по-английски, ты мог понять мелодию.
Понять смысл песни с музыкальной точки зрения.
Эта внутренняя душевная энергия, исходившая от нас,
была намного мощнее, чем любой из наших альбомов.
Люди могут оценивать песню эстетически,
но я смотрел на нее как на инструмент,
который поможет чего-то добиться. В этом смысле мы неплохо справились.
Я думаю, что каждый человек в мире хочет внести свой вклад,
но многие не знают как.
Мне кажется, мы создали прецедент,
показав, что происходит и как помочь. Показав сострадание. Это что-то новое.
Весь мир поет твою песню. С ума сойти.
На всех языках мира.
Тот момент, когда ты поражаешься: «Как мы это сделали?»
Первый миллион копий сингла был распродан
уже в первый уикенд после релиза.
За этот месяц
дети Америки сделали эту запись, посвященную детям Африки,
самой быстро продаваемой в истории США.
СИНГЛ «МЫ — ЭТО МИР» ПОЛУЧИЛ МНОЖЕСТВО НАГРАД,
СТАЛ ЗАПИСЬЮ ГОДА И ПЕСНЕЙ ГОДА НА ГРЭММИ 1986
И ПОЛУЧИЛ СПЕЦПРИЗ AMA.
Я впервые услышал песню, пока мылся в душе.
Запись была потрясающая, а потом вступил я и не запорол всё…
Я стала частью проекта, изменившего жизни,
и это большая честь.
Коллективная сила артистов может быть очень мощной.
Мы все отбросили свои эго
ГОЛОС ГАРРИ БЕЛАФОНТЕ
ради людей, которым повезло меньше.
Мы действительно один народ.
Мы все нуждаемся друг в друге.
Это воплощение того, о чём США мечтали сделать для Африки.
Это начало второй фазы нашей деятельности:
нужно кормить людей, спасать жизни.
СИНГЛ СОБРАЛ БОЛЕЕ 80 МИЛЛИОНОВ ДОЛЛАРОВ
(СЕЙЧАС ЭТО ОКОЛО 160 МЛН ДОЛЛАРОВ)
НА ГУМАНИТАРНУЮ ПОМОЩЬ В АФРИКЕ И СОБИРАЕТ ДО СИХ ПОР.
Я верю в малые дела.
Сможем ли мы накормить одного человека или миллион —
весь смысл в том, чтобы начать.
Главный эффект от «Мы — это мир» —
все захотели попробовать так же.
Артисты вдруг поняли, что им теперь под силу изменить мир.
Это одна из вещей,
о которой узнают будущие поколения,
потому что это было единение через музыку.
Ваша очередь петь!
Как-то много лет назад мой отец сказал:
«Радуйся, возвращаясь домой,
потому что настанет время, когда вернуться будет некуда».
Я спросил: «Пап, что это значит?»
Он ответил: «Дом будет на месте.
А вот людей там не будет».
Вот эта комната.
Вот пульт звуковика. Он там, и Умберто за ним не сидит.
Майкл Джексон находился здесь,
в этой комнате.
Спрингстин пел свою партию вон в том углу.
А Синди Лопер в этом.
Это особенное место.
Я думаю про эту комнату как про свой дом.
Это дом, где мы построили «Мы — это мир».
28 ЯНВАРЯ 1985 ГОДА СТУДИЯ A&M
ПАМЯТИ ГАРРИ БЕЛЛАФОНТЕ, МАЙКЛА ДЖЕКСОНА, КЕНА КРЕЙГЕНА
РЭЯ ЧАРЛЬЗА, КЕННИ РОДЖЕРСА ТИНЫ ТЁРНЕР И ДРУГИХ
Приходит время
Когда мы слышим зов
Когда мир должен объединиться
Люди умирают
Пора протянуть руку помощи
И вспомнить, что жизнь — величайший дар
Мы не можем продолжать
Притворяясь день за днем
Что кто-то где-то что-то вскоре изменит
Мы все часть великой Божьей семьи
А правда в том Что любовь — это всё, что нам нужно
Мы — это мир
Мы — дети
Мы — те, кто делает день ярче
Давайте начнем делиться
Мы делаем выбор
Мы сами спасаем свои жизни
Мы впрямь сделаем день лучше
Только ты и я
Пошли им свое сердце
Чтобы они знали Что кому-то не всё равно
И их жизни станут сильнее и свободнее
Как показал нам Бог
Превращая камень в хлеб
Что мы все должны протянуть руку помощи
Мы — это мир
Мы — дети
Мы — те, кто делает день ярче
Давайте начнем делиться
Мы делаем выбор
Мы сами спасаем свои жизни
Мы впрямь сделаем день лучше
Только ты и я
Когда ты летишь вниз
И, кажется, нет никакой надежды
Но если ты просто веришь
То знаешь, что мы не можем упасть
Давайте осознаем
Перемены случатся лишь тогда
Когда мы все объединимся
Да, да, да, да
Мы — это мир
Мы — дети
Мы — те, кто делает день ярче
Давайте начнем делиться
Мы делаем выбор
Мы сами спасаем свои жизни
Мы впрямь сделаем день лучше
Только ты и я
Мы делаем выбор
Мы сами спасаем свои жизни
Мы впрямь сделаем день лучше
Только ты и я
Перевод субтитров: Заира Озова