Downloaded from YTS.MX
Official YIFY movies site: YTS.MX
Мой любимый нью-йоркский анекдот. Рассказать?
Да!
Ладно.
И я вас люблю.
И вас тоже.
Мы больше всех любим свой город.
Я всю жизнь так думал, пока не поехал в Чикаго.
В Чикаго очень странно…
Они гордятся тем, чем гордиться не стоит.
Они гордятся трагедиями, случившимися в их городе.
Они назвали свою футбольную команду «Чикагский пожар».
А мы любим Нью-Йорк, мы не называем футбольную команду…
…«Нью-Йорк 9/11».
Они «Джетс» — самолеты.
Блин…
Мы назвали их так не после, а до того. Ясно?
Получи, Чикаго. Мы так уверены в себе.
И знаем, что это устроили «свои». Но не будем о политике.
Сейчас перед вами выступит мой сын,
Эндрю Шульц!
Нью-Йорк!
Давайте, сука, пошумим!
ЖИЗНЬ
У меня в жизни перемены, у меня родился ребенок.
Это круто, да.
Да.
Да. У жены родился ребенок, хочу это подчеркнуть.
Не люблю, когда мужчины присваивают себе заслуги за женские роды.
Понимаете, да? Все эти нью-эйдж-мудаки говорят:
«Мы беременны».
«Мы родили».
Завали табло, ты ничего не сделал. Это оскорбление.
Как моя жена: «Мы заработали кучу денег».
«А, так это мы заработали? Да?»
Как будто у меня начались схватки.
От тяжкого труда эпидуралку не делают, скажу я тебе.
Да шучу я, мамы. Тут мамы есть?
Ничего себе!
Роды — самое странное, что я когда-либо видел в жизни.
Жаль, я не читал книг и брошюр от чертова доктора,
так вам скажу.
Когда жена впервые беременеет, вы идете к специалисту,
который по-английски называется OBGYN.
Хер знает, что это, я думал, какие-то новые гей-буквы.
Жена мне: «Нам нужен OBGYN».
Я думаю: «Нахрена нам нужен гей,
чтоб принять роды?
Что они в этом понимают? Это вообще не их юрисдикция».
Не хочу, чтоб врач-гей раздвинул моей жене ноги:
«Ой, фу. Влагалище.
Мерзость!
Хочу смотреть на что-нибудь сексуальное, на жопу с дерьмом».
Короче, брошюр я не читал
и не знал, чего вообще ожидать.
У нее отошли воды, я обрадовался, зарядил Nintendo Switch.
Взял удлинитель на случай, если розетка будет далеко от кушетки.
Мы едем в больницу, охранники меня подбадривают.
«Шульц, ты станешь папой». А я им: «Я выиграю в Mario Kart».
Мы идем в палату.
Начинаются роды и сюрпризы.
Вот что вам стоит знать, а я не знал.
Во время схваток раз в два часа в палату входит врач
и сует пальцы в вашу жену.
Это очень важная информация, да?
Наверное, в брошюрах это первым делом пишут.
Лучше бы охранники это рассказали, вместо того чтобы подбадривать.
«Ближайшие сутки твою жену будут пальцевать.
Готовься к этому ритуалу унижения от иллюминатов,
на который ты подписался!
Акушера надо выбирать с умом.
Не двухметрового викинга с бейсбольной перчаткой вместо руки.
Матка раскрыться не успеет — он всё оттуда зачерпнет».
Но у нас была маленькая филиппинка.
Слава богу.
Она была похожа на тетку-портниху из «Суперсемейки». Помните ее?
У нее были крошечные ручки…
Или это были палочки для еды — крошечные.
Я помню, как она заплыла в палату.
Подошла к моей жене, раздвинула ей ноги, сунула пальцы.
Выкрикнула число: «Четыре!»
Я аж дрочить перестал. Говорю: «Погодите.
Что значит „четыре“, сука? Она у меня десятка!
Милая, сожми, как ты умеешь.
Потудже давай! Покажи всем, на что способна!»
Я был на Статен-Айленде. Я знаю, как выглядят четверки.
Да шучу я. Поддержите Статен-Айленд.
Продолжаем.
Ньюйоркцы самые крутые, это факт.
Самые страстные, дикие.
Если на Нью-Йорк нападут, Статен-Айленд разберется.
Жители Статен-Айленда неспроста там живут,
но об этом попозже.
Короче, сутки этого фестиваля фингеринга.
Я сижу, жду, ага?
Тут сердце ребенка начинает реже биться.
Срочно надо делать кесарево сечение.
Врач подходит: «Мы будем делать кесарево.
Вы читали брошюру и всё знаете».
Я такой: «Ага».
Жену увозят в другую палату, я иду за ними.
Я как в бреду. Пальцы болят от Mario Kart.
Я сутки не спал.
Я в больнице как в игре: без понятия, что делать.
Врач отводит меня в маленькую комнату в той палате
и вручает мне докторский халат.
Говорит: «Наденьте».
А я: «Зачем?
Я буду тыкву вырезать?
Что за сраная медстраховка у меня такая,
что я должен делать кесарево сечение?»
Пытаюсь загуглить: «Отец делает кесарево».
А мне выдает всякое порно с трансами.
«Кто спер мой телефон и искал всю эту красоту?»
Понимаете?
Я иду за врачом, входим в палату. Жена лежит на койке.
С потолка свисает занавеска прямо ей под сиськи.
Врач мне: «Идите к сиськам». Я ей: «Естественно».
Не туда, где резня бензопилой, а туда, где буфера.
Я охранник и защитник сисек.
Жена отключилась, я такой…
Грудь должна быть открытой, ребенка нужно кормить.
Чтоб грудное молоко не застыло.
Так что я держу соски и дую на них, как в бутылочку.
Врачи там режут мою жену.
Достают ребенка, слышен его плач.
Я его не вижу. Жена говорит: «Взгляни на него».
Я обхожу занавеску, вижу ребенка.
Не знаю, видели ли вы когда-нибудь новорожденного.
Лягушки рождаются головастиками.
Дети рождаются пуэрториканцами. Вы это знали?
Все рождаются пуэрториканцами.
Это был самый пуэрториканский ребенок, что я видел.
Он был в бейсболке. У него был брелок с лягушкой.
Он водил Toyota RAV4 с рейтингом 4,7 на «Убере».
И никакого «гу-гу, га-га», только…
Слишком ритмичный, чтоб быть моим.
Я иду к врачу и спрашиваю: «Почему ребенок — пуэрториканец»?
Врач смотрит на меня и говорит: «Его нужно разогреть».
Моего пуэрториканца берут
и кладут под лампу для такитос из 7-Eleven.
Не вру, лучшие медицинские учреждения,
и всё это тут, в США,
делают твоего пуэрториканца белым под лампой для такитос из 7-Eleven.
Я видел, как из моего ребенка выжгли Пуэрто-Рико.
Он менял цвет, как кольцо настроения.
И я так вам скажу: мое настроение улучшилось.
Боже мой!
Ребенок побелел, и я: «Они нас не заменят!»
Я жалею, что сказал это вслух.
Нам отдали эту малышку.
Маленькую девочку.
Это здорово. Тут есть папы девочек?
Папа девочки?
Ты меня понимаешь, братан.
Жуткий стресс, да?
Я хорошо понимаю видео с гендер-пати,
выражение лица отца, когда идет розовый дым.
Если дым голубой, он изображает спортсмена.
Он такой…
А если розовый, то взгляд такой потерянный, да?
Как будто пришло письмо с отказом из Хогвартса.
И это не значит, что мы расстроились из-за дочери.
Это вообще ни при чём.
Мы очень рады, мы в восторге.
Просто если ты отец девочки,
что бы с ней ни случилось — это твоя вина. Мгновенное давление.
У меня есть скриншот, когда я узнал,
что у меня будет дочь.
Если хотите увидеть стресс,
увидеть давление… Покажите фото.
Это…
Смотрите, как я вцепился в одеяло, его так не держат.
Это давление понимания,
что что бы с ней ни случилось — виноват папа.
Для отца дочки, что бы с ней ни случилось, это наша вина.
Я пропущу ее футбол — она пойдет на OnlyFans.
Это моя вина, хрен знает почему.
Она там сосет член — это всё из-за отца.
Я вообще члены не сосу, это по маминой части.
Мамы отдают свою членососущую ДНК
нашим невинным дочкам,
а нас в этом обвиняют.
В моей жене не осталось членососущих ДНК,
это я гарантирую.
Это всё, похоже, выходит с плацентой.
Моя жена делает минет, словно мой член — это кинза.
Уберите эту фотографию, у меня от нее ПТСР…
Нет, дочь — это трудно. Прекрасно, здорово,
мы их любим, конечно, но поначалу это стресс.
С сыновьями проще. У кого сыновья?
Есть сыновья.
Вы меня понимаете.
С ними проще, да?
Можно не любить своего сына…
…и он станет лучше.
Мы этого не признаём, но это ключ к успешному мужчине.
Полностью исключить отца.
Успех гарантирован, беспроигрышный вариант.
Леброн Джеймс, Джефф Безос, Иисус.
У всех у них в жизни не было отца. Совпадение?
Без бати начинаются чудеса.
Если бы отец занимался Иисусом, он бы стал плотником. Факт.
Он был бы Хесусом.
Его бы не распяли, он бы сам сраные кресты делал.
«Охрененно крепкий, что угодно повесь — выдержит.
Это грецкий орех, вы посмотрите».
Думаю, это проще. Свои проблемы тоже есть.
Вы обрезали своего сына?
Вы его обрезали.
Вот об этом я и говорю.
По религиозным или американским причинам?
- Из-за жены. - Из-за жены. Вы обрезаны?
Нет?
Ваша жена такая: «Я никому не позволю это терпеть.
Член моего сына не будет похож на E. T. в корзинке.
Обрежьте его!»
Смелое решение. На многих давят окружающие.
В Америке всем делают обрезание.
Нет!
Ладно, брат.
Докажи!
Доставай его!
Если не увижу червя из «Дюны» — не поверю.
Я к тому, что за пределами Америки
обрезание делают только верующие.
Иудеи, естественно. Иудеи его и придумали.
Авраам сказал: «Эй, это уговор между тобой и Господом.
Так Бог видит, что ты готов.
Если хочешь быть частью рода,
это обязательно».
Его слова, не мои.
Хотя сомневаюсь, что он сразу с этого начал.
Сначала он: «Все в шапках. В пятницу выходной. Круто».
Через две недели: «Хочу кальмаров».
А вы: «Каких еще кальмаров ему?»
Итак, иудеи обязаны это делать.
Христианам не надо. Иисус пришел и сказал: «Что-то Абраша гонит.
Мужик кромсал детские члены. Это странно.
Батя сказал, с этим можно завязывать».
Тут мусульмане вернули всё назад.
Это старомодно, винтажно.
Тут есть мусульмане?
Ясно, вы знаете, зачем вам это. Остальные не знают.
Мусульмане обрезают потому,
что они всегда хотят переевреить евреев.
Это давнее братское соперничество.
«Сколько раз они молятся? Мы будем пять раз в день!
Сколько дней они не едят? Мы не будем есть месяц.
Они только мальчиков обрезают?»
В общем, большинство американцев делают это просто так, да?
А самое смешное то, что родители делают это с нами,
но не говорят, что сделали.
Не говорят, что у нас другой член.
И мы сами это обнаруживаем.
Вот вы в спортзале,
и какой-нибудь серб моется, и вы думаете:
«Что за херня?
Что за херня с членом Драгеля? Вы это видите?
У него пилотка на конце члена, бро!
У Драгеля вывалилась пилотка. Офигеть просто!
Не зажимай нос, когда чихаешь, у тебя там рукав вылезает».
Серьезно, я помню момент, когда я узнал про необрезанные члены.
Помню, я смотрел порнуху, и там был необрезанный мужик,
но в названии это не указали.
Незаконно. Это должно быть незаконно.
Помню, девушка схватила за мясо, и мясо выглядело халяльно.
Понимаете, о чём я?
Шаурма была бритая, да?
Как будто обрезана. Берег чист. Я начал дрочить.
И внезапно она хватает член
и дергает вверх.
Головка исчезла.
Я бросил свой член: «Это еще чтото за колдовство?»
Не хочу дрочить на Всадника без головы из «Сонной Лощины».
Хрень в стиле Генриха VIII.
Она дрочит назад — и внезапно как будто День сурка.
Слышно, как член вздохнул.
Он сделал вдох.
Я так расстроился, что написал комментарий. Ага.
Знаете таких, да?
Я под настоящим именем написал.
«Относись к работе серьезно.
Девушка отбелила очко, а ты пришел в капюшоне.
Тебе не стыдно?»
Мы такие высокомерные.
Мы называем тех, кто не обрезан, «необрезанными».
Мы придумали слово, которого не должно существовать.
Есть же слова «обрезанный» и «член».
Мы же не говорим «не-гей».
Есть «гей» — и есть «попадет в рай».
Это совсем разные…
Не я придумываю правила.
Все жалобы — к евреям.
Ветхий Завет, ребята. Это Ветхий Завет, ясно?
Блин.
Забеременеть трудно.
Я понятия не имел.
Я скажу всем присутствующим в этом зале:
это тяжело.
Вам всю жизнь врали про безопасный секс.
Он безопасный.
Если на свидании ты без презерватива — суй,
ничего не случится.
«А как же предэякулят?» Пред, сезон, плей-офф —
не вынимай.
Ясно? Если ее родной язык не испанский,
волноваться не о чем.
Слушайте.
Если она испаноязычная, это проблема.
Испанская пилотка для твоей спермы — как ускоритель из Mario Kart.
Попадание гарантировано.
Дрочнул в салфетку.
«Ай, диос мио. Двойня».
Это случается постоянно.
Я столько лет зря боялся, что от меня забеременеют.
Я боялся, что от меня забеременеют, с двенадцати лет.
Прям когда начал дрочить.
До того, что после дрочки
я протирал сиденье унитаза моющим средством.
Смывал, ждал 60 секунд —
и снова смывал.
Я боялся, что мама придет посрать…
…и через девять месяцев у меня родится отсталый сын-брат.
Мама делает свое дело, плюх, прыгает такой «Освободите Вилли».
Мне 18 лет покупать шлемы, потому что не смыл два раза, дурак?!
Итак, женщины лучше знают о хрупкости фертильности, да?
Моя жена мечтала стать матерью.
Она подошла еще до того, как мы начали пытаться,
и сказала: «А что если у нас не получится забеременеть?»
Я говорю: «Это что, блин, вызов мне?
В смысле? Да я хоть сейчас тебя оплодотворю.
Просто сожму ягодицы, когда кончу. Я так не делаю.
Не хочу пробить тебе дыру на макушке черепушки.
Хочешь дышать через макушку,
потому что я кончил изо всех сил? Ты этого хочешь?
У тебя рог, как у единорога, вырастет,
если я кончу на полную тягу».
Меня это предложение так оскорбило.
Я помню, когда мы впервые занялись сексом ради ребенка.
Я кончил, посмотрел ей в глаза и сказал: «Получай!»
Вышел из нее, как Стеф Карри.
Через полгода — ребенка нет.
Жена перепугалась.
Думает, проблема в ней.
Я перепугался.
Думаю, проблема в ней.
Не во мне же, я проверялся.
Сделал вот так, сперма держалась. Вот как…
Дамы, мужчины так научно проверяют свою сперму.
Когда она на пальцах, мы делаем…
И если не рвется — это прям Ник Кэннон.
Прямой угол, ага.
Я как-то растянул между указательными пальцами вот так.
Две чернокожие девочки вдруг стали через нее прыгать.
Жена подходит и говорит: «Хочу проверить яичники.
Ты поддержишь меня, проверишь сперму?»
Я говорю: «Конечно.
Лишь бы облегчить тебе этот процесс,
даже если зря потрачу время и деньги».
У меня же там клей «Момент», да?
Густо и липко.
Надо приклеить картину или холодильник — обращайтесь.
И я, как Питер Паркер, выстрелю, куда скажете.
Если мужику надо проверить сперму,
вы идете в больнице, дрочите в баночку.
Теперь я знаю, что это очень унизительно.
Потому что кажется, что спермы много, когда она на спине.
У меня на этом вся самооценка основывалась.
Теперь я знаю, что это мираж. Это ложь.
Женские спины делают из зеркал заднего вида в машинах.
Вы это знали?
«Объекты кажутся больше, чем на самом деле».
На спине я считал себя художником.
Лого для Nickelodeon — это моё!
Я вручал награды «Детский выбор».
«Дай полотенце!»
Да тебе тут тряпкой не вытереть
то, что у тебя на спине».
Я вошел очень самоуверенным.
Мне дали баночку? Я им верну Мартини!
Я готов.
Помню, вошел в палату, подрочил.
Открыл глаза.
Опустил взгляд.
Решил, что я промазал.
Сперматозоидов было так мало, что их можно было пересчитать.
На баночке была метка, три четверти объема.
Нахрена? Я до сих пор не знаю.
Три четверти объема.
Зачем вы даете людям баночки, предназначенные для бегемотов?
Зачем вообще баночка? Дайте контейнер для контактных линз.
Я сделаю из него «Гиннесс».
С пеной сверху и прочим.
«Пусть осядет, сестра. Вы никогда „Гиннесс“ не пили?»
Чувствую себя неуверенно.
Думаю спросить медсестру, хватит ли этого.
Собираю всю смелость, что во мне осталась.
Делаю глубокий вдох и выхожу.
Ищу медсестру.
А там такой огромный итальянский медбрат.
Волосы на груди вылезают из халата.
На нём золотая цепочка с перцем.
Он даже не в «кроксах». У него кроссовки Jordan 3.
Я думаю: «Вряд ли он тут работает.
Это прикрытие, чтоб украсть фентанил. Это неспроста».
Я тихонько иду к нему.
В полутора метрах встаю. Он поднимает глаза.
И кричит: «Шульци!»
Я вам так скажу.
Меньше всего хочешь, чтобы тебя узнали
в клинике спермы,
где ты брызнул сперму на дно баночки.
Я ему: «Привет. Говори тише.
Здорово, бро. Как думаешь, этого хватит?»
Он берет баночку.
Поднимает ее к свету,
как драгоценный камень.
И говорит: «Если честно,
тут работает один гей.
У него между зубами и то больше».
Душа растаяла, но шутка хорошая. Отдаю ему должное.
И говорит: «Не волнуйся, Шульци, хватит одного».
Я волнуюсь.
Я ухожу.
Я неделю разговариваю сам с собой.
Я говорю себе:
«Да, там немного, но она очень густая.
Высшего качества. Самогон, первачок, все дела».
Мы с женой возвращаемся за результатами.
Врач начинает с жены, мою жену зовут Эмма.
Он говорит: «Эмма, признаюсь, твои яичники
просто прекрасны.
Великолепны, поразительны, безупречны».
Как по мне, перебор с прилагательными.
Скажи в баллах — и заткнись.
Хватит хвалить внутренности вагины моей жены.
Вы знаете, как выглядит пилотка изнутри, она…
Такая…
Как злой мексиканец, да?
«Нужны яичники? Ну попробуй взять!»
Я в замешательстве, спрашиваю его:
«И в чём тогда проблема?»
И он говорит мне: «Вашу сперму мы тоже изучили,
и, скажем так, она на троечку с плюсом».
В глазах потемнело.
Первая реакция: «Вы даже не пробовали!»
Да? Это…
Я начал защищаться, признаю.
«Какая, сука, тройка с плюсом?»
А он: «Она плохо плавает». Я ему: «Она же знает, что в баночке.
Вы об этом подумали?»
Вы в джакузи круги нарезаете? Нет…
Сидите, отдыхаете, курите косяк, да?
Вам струя в жопу хлещет, но вы об этом молчите.
Это уже по-гейски, да?
Я: «И почему они не плавают?»
А он: «Может, это просто ваша особенность.
Может, вы таблетки для волос 15 лет принимаете».
Я такой: «Что?»
А он: «Да, от них не выпадают волосы,
но побочный эффект — сперма перестает плавать.
Голова будет волосатая, но женщины не забеременеют».
Так, говорю, стоп.
«Мне не обещали, что таблетки для волос чудесные.
Но вы говорите, что есть таблетки,
с которыми можно кончать в любую женщину,
и она не залетит,
и их побочный эффект — великолепные волосы?
Это же…
Это прорыв. Вы неправильно их рекламируете, док».
Говорю жене: «На хрен мои волосы, давай заведем ребенка».
А она: «Рассмотрим все варианты».
Врать не буду, это обидно.
У меня большие уши, большой нос,
а лысым я буду похож на банкира из «Гринготтса».
Но всё равно обидно.
Я иду к врачу: «Ладно, и что делать?»
Он отвечает: «Вам надо попробовать ВМИ».
Я: «Что это такое?».
Он говорит: «Внутриматочная инсеминация».
«Я в частную школу не ходил…
…но мне кажется, я именно этим и занимаюсь.
Я внутри матки —
и инсеминирую ее изо всех сил.
Я полгода из жены канноли делаю».
Доктор мне: «Нет, ВМИ — это вот что».
Дальше я скажу дословно, не изменив ни слова.
«Когда ваша жена на пике овуляции,
вы едете в больницу.
Она идет в одну комнату, вы — в другую.
Вы там мастурбируете, я забираю вашу сперму.
Потом захожу к вашей жене.
И эту сперму ей ввожу».
«Что вы сейчас сказали?
Повторите еще раз.
Я, видимо, не расслышал ваши, сука, слова.
Мне послышалось: „Подрочи, а дальше я сам“.
Вот как это звучало.
Не надо доставлять мою сперму, я сам справлюсь, спасибо!
«Я должен смотреть, как вы вводите сперму в мою жену?
Что я скажу ребенку? „Откуда я взялся?“
„Ну, я, твоя мама и наш друг…
…затусили в стиле Дидди“».
И вот в чём дело.
Мы попробовали ВМИ.
Не вышло.
Нормально — не получилось.
Членом не получилось.
Идем к врачу: «Дальше что?»
Он мне: «Последний вариант.
Называется ЭКО». Вы слышали про ЭКО, да?
Многие слышали, но не знают. Это «Парк Юрского периода».
Вот и всё.
Берут сперму у парня, яйцеклетку у телки.
Везут в лабораторию, где тысячи других сперм и яцеклеток.
Надеюсь, там читают этикетки. И всё.
Поэтому я занервничал, когда моя жена родила пуэрториканца.
Я так и думал. У меня хреновый почерк.
И там: «Не могу прочесть. Дайте Гектора, от него точно залетит».
ЭКО — тяжелая процедура для женщин.
И дорогая для мужчин. Мы мало об этом говорим.
Та еще дыра в бюджете.
Тридцать тысяч долларов за ребенка.
Да, подумываю торговать людьми.
Просто мысли.
Я капиталист. Я за свободный рынок.
Можно взять новенького бразильца за 1000 $.
А даже не знал.
«Амазон Прайм» с Амазонки.
Самое то для «Амазона».
Его снимают с куста асаи — и днем он у вас на крыльце.
Кладу под лампу — и вот вам белый ребенок.
Я всё продумал.
На нашем континенте такое только в США.
У ЭКО есть свои преимущества.
Поскольку оплодотворение вне тела,
вы знаете пол эмбриона еще до имплантации.
Формально вы можете выбрать пол своего ребенка, да?
И это охренненно, да?
Я сказал жене: «Если хочешь выбрать пол ребенку,
давай выберем, ладно?
Просто какой бы мы ни выбрали,
пусть таким и останется».
Да. Он не придет через 15 лет: «Я идентифицирую…»
Вот документ. Насрать, что ты там идентифицируешь.
Я отдал 30 штук за парня — у меня, сука, парень. Ясно?
Хочешь быть девочкой — верни 30 штук. Я тебя воспитал.
Красть у папы нехорошо.
Выкупай свободу за 30 штук.
Иди, блин, тогда устройся на работу.
Лучше как мужик, женщины получают на 25% меньше.
Смотри, на что ты подписываешься. Надеюсь, ты готов.
ЭКО для женщин — тяжелая процедура.
Женский организм нужно обмануть,
чтобы он производил больше яйцеклеток.
Сколько яйцеклеток у женщины в месяц?
Кто-то сказал, что 17, она не знает.
Одна яйцеклетка в месяц.
Вот почему существует мэнсплейнинг. Значит…
Если мы не расскажем — вы ничего не будете знать.
Будете сидеть:
«Испеку-ка пирог и положу на подоконник».
У вас одна яйцеклетка в месяц.
И если она не становится ребенком, у вас начинаются месячные.
Это такая ежемесячно текущая кровь.
Ладно. На всякий случай. Ладно.
При ЭКО нужно, чтобы женщина производила не одну яйцеклетку,
а 20 или 30.
Как это сделать?
Уколы.
Уколы. Или сводить на игру всех звезд НБА.
Бро, женщины среди самых дорогих игроков —
да там как конфетки всё посыпется.
Нет, вы правы. Уколы, 100%.
В женщин колют женские гормоны — эстроген и прогестерон,
повышают их уровень.
Эти гормоны делают женщин женщинами.
Тестостерон — для мужчин.
Каждое утро я ее колю.
Каждый вечер делаю укол. Каждое утро делаю укол.
И это наверняка совпадение,
но чем больше я вкалываю жене женские соки…
Как думаете, что стало с ее поведением? Угадайте.
Думаете, начала логически мыслить?
«Боже, как ты хорошо паркуешься! Как ты научилась?»
Думаете, у нее совсем поехала крыша?
Вариант В — ведьма.
Слава богу, я запасся тестостероном.
Когда она начинает перегибать — бац! — колю ей тестостерон.
Боксировать за Алжир на Олимпиаду не возьмут,
но успокоиться может.
Только чтобы успокоить.
«Где ты ночью шлялся?»
«Боже мой!
Я такая рассудительная.
Хочешь послушать историю без лишних подробностей?
Я была неправа».
В общем, проходит пара недель.
Потом делают извлечение —
суют в вашу жену вакуумную трубку, лопают яичник, высасывают яйцеклетки.
Мы это делали на Пасху. Пасхальные яйца.
И всё, что должен в процессе ЭКО сделать мужчина, —
это подрочить. И больше ничего.
Врач записывает тебя на дрочку.
Это один из прекраснейших моментов в моей жизни.
Медицинский работник звонит мне на мобильный
и говорит: «Мистер Шульц,
нужна сперма».
А я: «Куда вам ее, доктор?»
«Давайте без этого». — «Ладно.
Это логичная реакция».
Он говорит: «Мы можем вас записать на любой час
с восьми до шестнадцати.
Во сколько хотите?»
Вы бы что выбрали?
- Два часа. - Два часа.
Ах ты, негодник.
Приходишь в два часа. Пол уже как ловушка для мух.
Все стены изрисованы спермой.
С потолка капают сталагмиты.
Кресло потное. Два часа?
Он до сих пор сидит довольный. Это же отвратительно.
И смазка не нужна, достаточно…
Я не такой, я выбрал восемь утра.
Первая запись, приглушите кондей.
Буду заниматься финтесом.
Итак, скажите, если я неправ.
Я думаю, раз я записался
на такое время на столь интимную процедуру,
то я буду там один. Логичное предположение?
Логичное. Ты не ждешь двух человек в зале ожидания.
Это была бы неловкая ситуация.
Оба избегают зрительного контакта и греют руки.
Я прихожу в 7:58.
В зале ожидания 25 мужиков.
И каждый думал, что никого не будет.
Один вообще заряжал мастурбатор
прямо в зале ожидания.
Зарядка в стене, мастурбатор мигает.
Я думал, это кальян, сейчас курить будем.
Один мужик привел маленькую азиатку. Гениально.
Я не знал, что можно приводить профессиональную выжималку.
Оказалось, это его жена, но я-то этого не знал.
Не знал, когда попросил ее помочь.
«Дай ее левую руку на пять минут, мужик.
Не доминирующую, мне пяти минут хватит».
Настроение в зале ожидания
угрюмое.
Перерыв, мы проигрываем 40:0, всё плохо.
Все спрятали головы между ног.
Входит медбрат. Всё тот же мужик.
Зовет меня. Я подхожу.
Он замечает меня за три метра, кричит: «Шульци!
Пришел Тайронов выдать?
Я спрашиваю: «Тайронов?»
А он: «Да, плохо плавающих».
Вторая отличная шутка.
Каждая растопила мне душу, а тут сразу две.
Он: «Не волнуйся, Шульци, хватит одного».
Дает пластиковый пакет с атрибутами для дрочки.
Там баночка, крем, документы.
Показывает комнату, где дрочить.
Я думал, она где-то рядом. Нет.
В другом конце больницы.
Я иду через всю больницу с прозрачным пакетом для дрочки.
На меня смотрят как на Серсею, идущую по Королевской гавани.
«Позор!»
Мне так неловко, я начинаю ускоряться.
Выглядит так, словно мне не терпится подрочить в больнице.
Добираюсь до комнаты, она маленькая.
Как вот от этой колонки до этой.
Захожу. Сразу замечаю, что телика нет.
Забеспокоился.
Начинаю искать журналы.
Журналов нет. Еще больше забеспокоился.
Достаю телефон. Связь не ловит.
Я в панике.
Я не дрочил на ничто уже лет двадцать.
Я должен в такой момент сидеть без всего?
Дрочить на воспоминания, как маньяк-убийца?
Закрыть глаза и вспоминать 2010 год.
Да хер там!
Дайте хоть щель в стене, я устрою побег из Шоушенка.
По самые помидоры засажу, Энди Дюфрейн.
Я не могу вернуться в зал ожидания
с криком: «У кого есть вай-фай?
Давай я разогрею тебе игрушку, мужик».
Я в панике: если не добуду сперму,
не будет ребенка,
я подведу жену, а мне всего-то надо подрочить.
В комнате есть окно, оно, конечно, прикрыто.
Внезапно окно открывается снаружи.
И снаружи
шикарная латиноамериканка начинает говорить мне, что делать:
«Сэр, вы должны заполнить бумаги».
Я тут же начинаю дрочить.
Видимо, это входит в 30 тысяч за ЭКО!
Ролевые игры.
Она: «Заполните документы».
«Я заполню тебе грин-карту, Эсмеральда, всё что хочешь!
Заделаем двух граждан Америки!
Я сегодня щедрый».
Оказалось, она реально работает в больнице.
«Сэр, сейчас еще рано мастурбировать.
Сейчас нужно заполнить бумаги.
Вот закончите заполнять документы, а потом мастурбируйте в чашку».
Если вам нужна „мазка“, используйте „мазку“».
Я спрашиваю: «Мазку»?
Она отвечает: «Эрем.
Можете использовать „мазку“ или „эрем“, чтоб мастурбировать в баночку».
А дальше я охренел, она говорит: «Но не используйте слюну».
Чью, спрашиваю, слюну?
Вашу, говорит, слюну.
«Я не дрочу со своей слюной. Это по-гейски.
Может, и нет, но да».
Нельзя дрочить…
Как бесконечный бассейн. Это нездорово.
Вдруг кто-то это снимет и включит задом наперед, а я там…
Это, блин, ответственность. Что скажут люди?
«Обойдусь без слюны, Эсмеральда».
Она мне: «Ладно, но всё же не надо.
Когда закончите мастурбировать в баночку…
…постучите два раза в окно, я ее заберу».
Ладно. Она закрывает окно.
Я вымазываю руки в «мазке» и «эреме».
Словно подрочил ослице,
все руки по локоть в «мазке» и «эреме».
Я начинаю дрочить, изобретаю новые техники мастурбации.
Я весь такой мистер Мияги.
Осьминог.
Бью членом по разным предметам в комнате.
Всё, лишь бы получить сперму.
Каким-то чудом я всё же довожу себя до эякуляции.
Я открываю баночку.
А она с защитой от детей.
У меня на руках столько «мазки» и «эрема»,
что не могу надавить и повернуть,
чтобы обойти защиту от детей.
Я здесь ровно потому, что защищен от детей.
Дополнительная защита нам не нужна.
Я пытаюсь открыть зубами. Она не открывается.
Теперь у меня в «мазке» и «эреме» вымазаны все губы и щеки.
Я как золотистый ретривер, игравший с теннисным мячом.
Не открою банку — не будет ребенка, я подведу жену.
И в этой панике
я понимаю, что выход один — дважды постучать в окно
и попросить шикарную медсестру открыть мне баночку.
Из уважения я убираю член в сторону.
Чтоб она не открыла окно,
увидела член — и начала его сосать.
Явно понятно, чего она хочет.
«Я голодная! Дай мне его!»
Из уважения к жене убираю член в сторону.
Стучу два раза в окно.
Шикарная медсестра подходит.
Открывает окно,
видит мужика под неловким углом
с так и не открытой баночкой,
с мутной жидкостью, стекающей с его губ и щек.
И говорит:
«Боже мой. Это невозможно.
Нет, это невозможно.
Я же просила мастурбировать в баночку!
Мы не достанем ее из вашего желудка».
Тут я понял, что она подумала, что я сам себе отсосал
в комнате для сбора спермы.
Типа я решил разыграть клинику по лечению бесплодия?
«В жену не попало, всё уже во мне. Опоздали».
Ужасный позор, конечно.
И помните — мне всё еще надо отдать сперму.
Я умоляю ее: «Вы всё не так поняли.
Это «мазка» и «эрем». Я не смог открыть…»
Она мне не верит, открывает банку
и захлопывает окно.
Я снова начинаю дрочить.
И вдруг я слышу через окно:
она говорит всей больнице,
что я сам себе отсосал в комнате для сбора спермы.
Я продолжаю и слышу: «Он там еще остался!
Поверить не могу! Он ненасытный!
Я сразу ему сказала: „Без слюны“. Я знала, что не послушает.
Он не проглотил, а обрызгал лицо.
Он там рисует. Он рисует».
Но каким-то чудом я всё-таки кончил,
и яйцеклетки оплодотворили. Всё было круто.
Да. Это было круто.
Да.
Оказалось, мы зачали девять эмбрионов,
это было здорово.
Мы попросили врача выбрать самого сильного из них.
Пол выбирать не будем, возьмите самого сильного.
Я в палате. Он берет эмбрион — и сует его в мою жену.
В этот момент я…
И…
Врач: «Вы чего?»
Я: «Хочу поддержать часть традиции.
Я держу вас, вы держите ее,
и мы воплотим это всё в жизнь, хорошо?»
Он говорит: «Ладно. Шанс успеха — 60%.
Увы, в 40% случаев не получается.
Мы не узнаем, пока не услышим сердце.
Надо подождать несколько недель».
Мы говорим: «Ладно». Уходим.
Очень волнуемся, нервничаем.
Через пару недель жена говорит: «Хочу сделать тест на беременность».
Я говорю: «Слушай, врач велел дождаться сердцебиения».
Жена поступила как любая жена: смиренно и с уважением выслушала.
И я пошел за тестом на беременность.
За это время она сделала 30 тестов на беременность.
Результат всегда отрицательный, она плакала.
Я из-за этого переживал.
Но в этот раз я увидел, как она впервые смотрит на положительный результат.
Это было охрененно. Да.
Это был огонь.
Я так обрадовался, что выхватил тест и поцеловал.
И насрать, что он обоссан.
И когда на моём теле оказалась моча любимого человека,
освободите R. Kelly.
Всё не так плохо, как кажется.
Как теплая текила. Только лаймом закусить.
Мы видим результат, мы на седьмом небе.
Мы просто в восторге.
С каждым днем восторг возрастает. Проходит еще пара недель.
Как-то утром меня будит жена: «Мне приснился кошмар».
Я сразу: «Видимо, я изменил тебе
в твоем сне. Опять».
Моей жене только и снится, что я с другими женщинами.
Каждую ночь ей снится, как я трахаю других.
А мне что снится? Ну…
Понимаете? Это…
«Меня так научи, это же охрененно.
В моих снах у меня выпадают зубы, падает полотенце, вот и все сны.
А в твоих я Леонардо Дикаприо
на десяти таблетках виагры на шоу Victoria's Secret».
Когда жене снится кошмар,
я говорю: «Лучший способ успокоиться —
подробно рассказать мне, что там произошло».
Она мне отсосала?
Нет? И она тоже? Любопытно. Ладно, понял.
Даже в твоих кошмарах — мой кошмар на яву.
Она говорит: «Нет, ты мне не изменил.
У меня был кошмар, что у меня выкидыш».
Это, конечно, тревожно.
Я ее утешаю: «Всё хорошо, милая.
Это всё воображение. У нас был трудный период.
Всё будет хорошо».
Она идет в туалет.
Повсюду кровь.
Мы в шоке, в ужасе, не знаем, что творится.
Мы связываемся с больницей.
Там велят быстрее ехать к ним. Вызываем «Убер». Едем.
Наконец приезжаем.
Заходим в палату и ждем, когда врач сделает УЗИ,
чтобы узнать, бьется ли сердце.
И я начинаю извиняться перед женой.
Мол, прости меня. Она мне: «За что?».
Я говорю: «Это моя проблема.
Это твое бремя, а я не могу тебя защитить.
Мне очень жаль».
Она говорит самую классную вещь, что я слышал,
в, пожалуй, самый трудный момент в ее жизни:
«Эндрю, нет больше твоих проблем.
Это наши проблемы. И мы решим их вместе».
Это классно.
Моя жена не любит публичность,
но она разрешила кое-что вам показать, если хотите.
Включите видео.
- Готов? - Давай.
Боже мой!
Я так и знал.
Боже мой.
У вас ребенок.
Боже мой.
Давай, поцелуй меня.
Она совершенство!
Смотри, да?
Это наша внучка.
Как ее зовут?
- Шайло. - Шайло.
Это значит «божий дар».
Спасибо.
Большое спасибо.
И если у кого-то из вас происходит то же самое,
я хочу вас поддержать,
потому что свет в конце туннеля,
когда ты наконец видишь свое дитя,
заставит забыть всё, что вам пришлось пережить.
Желаю вам удачи, и благослови вас Бог.
Да.
Так, хочу рассказать еще две вещи.
Первая.
Жена родила Шайло. Мы в палате. Сообщили родным и друзьям.
Мы так рады.
А мне хочется рассказать еще одному человеку.
Здоровому медбрату.
Я знаю, звучит как бред.
Но он дважды меня рассмешил в самый мрачный момент моей жизни.
Смех дал мне всё.
Я должен сообщить ему, что всё получилось.
Спросил у персонала:
«Тут есть кое-кто нам помогал.
Позовите его, пожалуйста».
В дверь стучат.
А там латиноамериканка.
Да шучу я.
Представьте, что она видит мою жену с ребенком:
«Невозможно!»
Нет.
Нет, это тот здоровяк. Он узнал новость. Пришел.
Он невероятно рад.
Он такой: «Боже, поздравляю!
И у нас там еще пятеро заморожены, когда будете готовы».
Сначала я засмеялся, но тут дошло.
Пять?
Эмбрионов было девять. Один вот.
Куда остальные три делись?
И тут меня осенило.
Это прикрытие.
Этот говнюк таскает эмбрионы из клиник по лечению бесплодия,
продает китайским ресторанам, чтобы класть в суп или что у них.
Я бы так и сделал. Он же «суп с яичной лапшой».
Читайте меню!
Я спрашиваю: «А где остальные три?
Он говорит: «Мы провели анализы, и трое были нежизнеспособны».
«Как это понимать?»
«Нам было бы некомфортно их имплантировать».
Я ему: «Почему?» — «Мы бы так не поступили».
«Да, но почему?» — «Это было бы некомфортно».
«Но почему?» — «Мы так не поступаем».
«Скажите, сука, что не так с этими яйцеклетками?»
Здоровяк смотрит на меня по-братски.
Он оборачивается,
закрывает дверь,
возвращается,
наклоняется и говорит:
«Они умственно отсталые».
Причем я не знал,
он это в том смысле, как мы говорили в детстве,
или реально отсталые.
Я спрашиваю: «В каком смысле?»
«Умственно отсталые». Бро!
Медицинский работник. В халате медбрата.
Крыло курицы со знаком банды, бро.
«Мороженое!»
Я — в защиту: «А если бы мы его захотели?
Он: «Так нельзя».
«А вдруг у нас ферма, нам нужен сильный помощник?»
Сено скатать, петухов разбудить.
«Кукареку, кто здесь?»
«Мороженое!»
Он такой: «Нельзя».
«И что вы с ними делаете?» — «Смываем».
Это значит, что в месте, куда у нас стекает канализация,
есть колония
умственно отсталых ниндзя.
Я это к тому, что это Статен-Айленд. Это научно…
Большое спасибо, Нью-Йорк.
Благослови вас бог. Большое спасибо!
ЖИЗНЬ
Перевод субтитров: Дмитрий Заикин