Downloaded from YTS.BZ
Official YIFY movies site: YTS.BZ
МО ГИЛЛИГАН: В НАСТОЯЩИЙ МОМЕНТ
Лондон, погромче, народ!
Я объездил с этим туром все страны.
Карьера на пике. Я для всех мистер Субботний Вечер.
И я такой: «Поеду-ка в мировое турне».
Я хотел, чтобы все узнали, что в Британии есть темнокожие комики.
Я всегда этого хотел. Это всегда было целью.
И я сказал: «Давайте завершим тур в Лондоне».
Но не просто в Лондоне, а в Южном Лондоне.
Южный Лондон, погромче-ка!
Я хотел увидеть мир.
Мы, темнокожие, ездим в отпуск, но не путешествуем.
Помню, как впервые сказал учительнице:
«Мисс, а знаете что? Этим летом мы едем в отпуск».
И она не могла поверить своим ушам.
Она такая: «Что? В отпуск? Ничего не понимаю.
Ты нуждаешься в бесплатных школьных обедах.
Ты же на социалке. Как такое возможно?»
И причина этих отличий в том,
что в детстве мы не путешествовали.
У меня были друзья, представители среднего класса.
И их родители говорили: «Мо, мы едем отдыхать.
Давай с нами».
Типа как ваш приемный темнокожий сын? С дуба упали?
Мы, темнокожие, не забудем свой первый отпуск.
Там точно не было «всё включено».
Это была не Айя-Напа, не Ибица.
Это была жаркая страна,
куда мы ехали, чтобы посмотреть, откуда мы родом,
и повидаться со стариками.
Вот почему мы ездим в отпуск, верно?
Я говорю: «Мисс, прикиньте, я еду на Карибы».
А она: «Божечки, дети, положите ручки.
Кто-нибудь знает, где это?»
Шестилетняя Холли: «В Африке».
А я такой: «Ты чё, прикалываешься?»
Учительница говорит: «Нет, Холли, не там, в другом месте».
Народ, я так радовался. Будем отдыхать шесть недель.
Навестим прапрабабушку, прикиньте? И я такой:
«Интересно, что там за дом?»
Наверное, большой такой. Много земли. Целая плантация.
С кучей работников, да?
Значит, подъезжаем мы к убитой лачуге.
Животных нет. Нет, чуваки, никакой дикой природы.
Только пыльная коза с болтающимся выменем.
Я такой: «Привет, мисс Коза».
Но даже коза на Ямайке отвечает с претензией:
«Мне пофиг, мэ-мэ-мэ».
И мы все знаем правила.
Мама говорит: «Ничего не проси,
ничего не говори, ничего не делай».
А я сижу там с прапрабабушкой.
И у меня куча вопросов.
Потому что все дети любят задавать вопросы.
На каникулах они покоя не дают: «Мам, а что там в космосе?»
А ты смотришь и думаешь: «Заткнись, чувак!»
Но в детстве нас всех распирает от любопытства.
Я такой: «У меня вопрос. Прапрабабушка, а сколько тебе лет?»
У нее нет документов, и никто не знал,
было ли ей 85 лет или 85 000 лет.
Мы не знаем, сколько этой женщине лет, и я спросил.
Бедная старушка начала заикаться.
Она такая: «Ну, мне…
Значит, мне…
Ладно, я родилась в…»
Типа видео в стиле дэнсхолл. «Ну, я родилась…
Ну, мне…»
Бедная женщина.
А я такой: «Нет, просто скажи. В каком году?»
И она отвечает: «Ну, я родилась в 19…
Ладно, значит, ты в 2000-х.
А я родилась, да, в 19…
В 1921 году».
А я: «В 1921?
Ты что, ходила в школу с Гарриет Табмен? Ты старая».
Правду говорю, я глянул на маму: «Валим отсюда нахрен.
Здесь точно нет денег. Поехали».
А мама говорит: «Всё в порядке. Иди поиграй с кузеном».
«С кузеном?
Мам, ему 46 лет. Я не могу с ним играть.
Если мы пойдем на пляж, он будет похож на маньяка».
Во время отпуска мы ничего не делаем.
Некоторые друзья чем-то занимаются,
но в нашем сообществе есть то, чего мы не делаем.
Учителя мне говорили: «Займись там сёрфингом».
Сёрфингом?
В смысле, чтобы темнокожий парень зашел в воду?
Да мы просто окунем палец:
«Всё, достаточно. Мне хватило, да?
Нет, там точно какая-то тварь плавает».
Люблю путешествовать, но ненавижу аэропорты.
Все знают, как ужасно в этих аэропортах.
Особенно когда проходишь проверку.
Британские досмотрщики отличаются пассивно-агрессивной вежливостью.
«Простите, сэр. Пожалуйста, встаньте вон там. Спасибо».
А ты думаешь: «Он любезничает или издевается?
Не на того напал».
Мы привыкли следовать правилам. И идем, куда говорят.
Но надо отплатить. Последнее слово всегда за нами.
«Ладно. Я не видел знака, что надо стоять вот здесь.
Простите уж».
Но прилетит ответ:
«В следующий раз знак будет на том же месте.
Не благодарите».
И вы переговариваетесь
с этой странной пассивно-агрессивной вежливостью.
Ведь мы все знаем, в Британии есть правило — не скандалить.
Никто не хочет скандала. Потому что этого и так хватает.
В магазинах, например. Люди крадут масло «Lurpak».
Я такой: «Эй, вы воруете масло.
До этого мы докатились, да?»
Честно, меня это поражает.
Все любят наблюдать, пока их не спалят:
«На что вылупился?»
«Ни на что. Я ничего не видел».
Некоторые из вас думают: «Масло дорогущее. Просто укради его.
Мы не работаем на канале ITV, как некоторые. О чём ты, бро?»
Кто-то из вас вообще мажет хлеб маргарином. Гадость.
Я подумывал уехать из Британии.
Да, народ, я хотел переехать в Штаты.
Правда, очень хотел.
Вы бы видели свои лица: «И ты вот так просто бросишь нас?»
Но я имею в виду Голливуд, понимаете?
Есть Америка, и есть Голливуд.
Два разных мира.
Такова индустрия. Если хочешь заниматься стендапом,
сниматься в кино и на телевидении,
надо ехать именно туда.
Там тебя возводят на пьедестал.
В Британии не так. Мы относимся ко всем одинаково.
Если бы вдруг здесь был Иэн Бил, звезда мыльной оперы,
мы бы такие: «Иэн, мать его, Бил».
Так бы и сказали, да?
Мы бы даже подошли: «Эй! Я тебя знаю! Ты Иэн Бил!»
Бедняге пришлось бы терпеть: «Да, да. Это я».
Британцы начинают разговор с подколов:
«Эй, Иэн! Иэн, а помнишь свои слова?
"Я всё потерял!" Помнишь?»
Британцы всегда начинают со стёба.
В Америке по-другому. Они даже не понимали слова «стёб»,
когда я там был.
Никаких шуток даже во время досмотра в аэропорту.
У них это администрация транспортной безопасности.
Вдоль очереди туда-сюда ходил мужик и кричал:
«Ладно, слушайте все сюда!
Достали жидкость из сумок!
Сняли ремни и обувь!»
Одна 80-летняя старушка такая: «Ну, не знаю».
А он: «Вы всех задерживаете, мэм!»
Я подумал: «Я тебя не боюсь».
А как иначе? Мы же из Южного Лондона. Южный Лондон рулит, да?
Я подумал, что смогу
утихомирить его с помощью британского шарма.
Я сказал: «Извините, сэр».
С шикарным британским акцентом.
«Извините, сэр, можно спросить? Нужно ли снимать браслет?
Чтобы не сработал металлодетектор».
А мужик посмотрел на меня и такой…
«Снять ремень, снять обувь,
iPad положить на поднос».
«Нет, я хотел спросить, надо ли снять браслет.
Ведь у вас тут металлодетектор».
А мужик с катушек слетел:
«Да чтоб вас!
Сколько еще раз повторять для вас, гребаных Гарри Поттеров?»
Меня еще никогда так не оскорбляли.
Я превратился в белую зажиточную дамочку в Waitrose.
Вы даже не представляете.
Я начал использовать высокопарные слова.
«Что? Это просто…
Это просто нелепица!»
Темнокожие не используют такие слова, как нелепица.
Тут есть темнокожие.
«Что он сказал? Не лепится? О чём он, бро?
Эй, Леон, запиши, чувак».
Мы так не говорим. Представьте, смотрите вы «Главаря»,
Дюшейн такой: «Толкнем наркоту».
А Салли: «Что за нелепица? Не получится».
Но я так сказал. Я хотел жить в Америке.
Там особое отношение.
Отношение, к которому я не привык.
У британских актеров там всё на мази.
Дэниел Калуя, красавчик, получает «Оскары», прикиньте.
Демсон Идрис, Синтия Эриво, и список продолжается.
К темнокожим британцам в Голливуде какое-то странное особое отношение.
Я приведу пример.
И обратите внимание на скорость событий.
Я вылетаю туда в среду на съемки в телешоу.
Вылетаю в среду утром.
Приземляюсь в среду после обеда. По их времени.
И у меня уже шесть пропущенных.
Я перезваниваю, кто-то в панике отвечает:
«Боже мой, Мо Гиллиган.
Слушайте, на площадке надо быть завтра в шесть утра. Хорошо?»
Я такой: «Всё норм, всё путем».
В четверг утром я на месте. А гендиректор, прикиньте,
гендиректор тоже приходит на площадку.
Все сразу забегали.
Мама всегда мне говорила: «Будь собой.
Относись к людям так, как хочешь, чтобы относились к тебе».
Он подошел ко мне. Может, это тактика запугивания.
И такой: «Боже, Мо Гиллиган, я твой большой фанат».
А я ему: «Само собой. Приятно познакомиться».
Понимаете?
Он продолжает: «Боже, мы так рады, что ты здесь.
Позволь спросить, как тебе у нас нравится?»
Я такой: «Слушай, я далеко от дома.
Перелет, конечно, был долгим, но ничего.
Скучаю по братанам немного, но такова жизнь, да?»
А он такой: «Господи!
Боже, Оливия, иди сюда». Это ассистентка.
«Оливия, иди сюда. Боже, послушай.
Он скучает по своей мадам».
Я говорю: «Не по мадам, а по братанам, ясно?
Потому что из-за разницы во времени весь стёб перешел в чат».
А он так забеспокоился: «Боже мой.
Оливия, почему мы не знали о… Чего не хватает?»
«Не хватает стёба». «Нам нужен стёб, поняла?
Я не знал, Мо Гиллиган. Вот что мы сделаем.
Нам совсем не трудно.
Пусть завтра вечером
сюда прилетят пятеро твоих ближайших друзей
и привезут с собой стёб. Как тебе план?»
Народ, думаю, он был не в курсе, что я вырос в бедном районе.
Они за сутки привезут моих друзей?
Я хотел ответить: «Да забудь о них.
Давай деньги мне. Думаешь, меня волнует…
Да плевать мне на эмоциональную поддержку».
Но это было бы непрофессионально.
Так что спустя 24 часа они прилетели, и я поехал их встречать.
Они были в непонятках.
Такие: «Эй, братан, чё за дела?»
Один друг не мог поверить: «Мы в Лос-Анджелесе?
Прямо как в Grand Theft Auto, капец».
Я говорю: «Пацаны, надо пойти и хотя бы поблагодарить его».
И мы пошли в офис. Я такой:
«Вот мои братаны. Большое спасибо».
Он так расчувствовался:
«Боже мой, ничего себе, Мо Гиллиган.
Это и есть твои братаны. Ого.
Бог ты мой.
Господи, прямо как в «Главаре». Мо, а как вы…
Мо, а какие у вас планы?
Как вы с братанами планируете доехать
до площадки утром?»
Я такой: «Всё норм. Ты и так постарался.
Просто вызовем Uber. Не переживай».
А он такой: «Uber? Фу!
О нет». А я: «В смысле?»
Он говорит: «Слушай, ты теперь в Голливуде.
И нужно думать по-голливудски».
Я такой: «Как это?» А он: «Слушай.
Мы найдем тебе водителя.
Теперь будешь ездить только с личным водителем».
Я спрашиваю: «Серьезно?»
Он такой: «Всё что угодно для парней из Саммерхауса, ясно?
Вот так, да, брат.
Ага, вот так, круто».
Он нанял для меня чувака. У меня никогда не было водителя.
И звали его Ди Джей.
Он приехал в галстуке, костюме, начищенных туфлях, отутюженных брюках.
И при этом был старше меня всего на два-три года.
Открыл дверь и сказал: «Как дела, босс?
Куда поедем сначала, босс? Смотреть город?
Хотите кофе? Может, в спортзал, босс? С чего начнем, босс?»
Я такой: «Погоди, бро. Не называй меня боссом, ладно?
Теперь ты свободен. Не знаю, как было
до того, как я приехал,
но теперь ты один из нас, один из братанов».
Я такой: «Куда можно поехать с пацанами?
Они обычно впахивают с девяти до пяти.
Где мы сможем потусить?»
Ди Джей говорит: «Всё заметано. Я кое-кого знаю».
Достает телефон и звонит:
«Да.
Да.
Да, они типа британские чуваки. Да.
Да.
Нет, не Гордон Рамзи. Нет.
Они типа…
Они как Идрис, мать его, Эльба. Да.
Ладно. Понял, хорошо». И положил трубку.
Я спрашиваю: «Кому ты звонил?» Ди Джей такой: «Слушай,
я дал твой номер самому крутому промоутеру в Голливуде.
Он сейчас тебе напишет».
Я такой: «Супер». И получаю от него сообщение.
Первое, что он написал: «Эй, чё как?
На чье имя бронировать столик?»
А я: «Ладно. На мое имя. Мо Гиллиган».
Вот так.
Я отправил… Да, я сам выполняю трюки.
Спасибо. Большое спасибо.
Джеки Чану и не снилось.
Я отправил ему свое имя.
А теперь прикиньте.
Он засыпает меня огненными смайликами.
Показываю пацанам такой: «Не понял».
Один из парней: «Эй, бро, тебя во всём мире знают.
Он в курсе, кто ты».
И еще одно сообщение:
«Нет, чувак, ты гонишь. Ты не Мо Гиллиган».
А я спрашиваю: «Эй, братан, а кто, по-твоему, я такой?
Кто я такой? Мо Фара? Мо Салах?
С каким Мо ты меня перепутал?»
Он такой: «Ты не Мо Гиллиган, британский черный комик».
Правду говорю, я подумал: «Я здесь так известен?»
Он снова написал: «Нет, ты врешь. Никакого столика».
Я сразу встал в оборону. Как принято в Южном Лондоне.
Я такой: «Позвони мне».
Он звонит,
я довольно враждебно отвечаю: «Йоу».
А промоутер такой:
«Мо Гиллиган, братан!
Почему не сказал, что ты в Лос-Анджелесе?»
«У меня…
У меня не было твоего номера. Я не знал, чувак».
«Слушай, брат, приходи в клуб, когда захочешь».
И положил трубку. Мы все охренели.
Одеваемся и едем в клуб.
А там вокруг уже толпа людей.
Рэперы стоят в очереди.
Игроки НБА. Даже наркодилеры ждут.
Все стоят и хотят попасть в клуб.
Я такой: «Слушай, а как нам с пацанами туда пробиться?
Нам просто… Как тут принято?
Ты припаркуешься напротив?
Как это работает?
Зайдем вместе, возьмешь еды?
Потом вернешься? Тебе написать?»
Ди Джей говорит: «Слушай, чувак, я буду ждать вас здесь всю ночь».
Я такой: «Что? Мы будем там отрываться,
а ты будешь ждать здесь?»
Ди Джей отвечает: «Да, всю ночь».
Правду говорю, народ. Мне стало жаль этого парня.
Но не моим друзьям:
«Ладно, пока. Пошли. Нафиг этого чувака. Погнали».
И я говорю: «Ди Джей, пойдем с нами.
Ты это заслужил».
А он такой: «Правда, босс? Можно с вами?
Точно, босс? Серьезно?»
Я такой: «Я тебе не босс. Это не "Джанго".
Идем с нами. Ты один из братанов. Ясно?»
Подходим мы к клубу, стоим на улице. Все пытаются попасть внутрь.
Как мне, друзьям из Лондона и водителю пройти в клуб,
учитывая статус людей вокруг, которые тоже хотят туда попасть?
Я подумал, не стоит позориться,
и написал промоутеру: «Слушай, большое спасибо,
что смог забронировать столик так быстро,
но мы с друзьями решили выпить тут недалеко. Еще увидимся».
И отправил сообщение.
Народ, клянусь вам.
Клянусь жизнью матери, ясно?
Вон она стоит.
Если я вру, то она сразу скажет: «Ты что несешь, ярди?»
Я отправил сообщение, и вдруг на всю улицу
раздался голос у входа в клуб:
«Эй!
Эй!
Расступитесь!
Пропустите Мо Гиллигана».
И впервые в жизни я подумал:
«Сегодня здесь два Мо Гиллигана. Ничего себе совпадение».
Один из друзей ткнул меня в бок:
«Брат, это он о тебе».
А я боюсь щекотки и такой:
«Чувак, не делай так. Я тут пытаюсь быть крутым».
Мы пошли к очереди. И случилось кое-что странное.
Значит, мы подходим,
а все расступаются, будто я, мать его, Моисей, прикиньте?
Я иду дальше, всё ближе и ближе ко входу.
Мои братаны за мной. Они такие:
«Что? Это всё для тебя?»
А я говорю: «Тихо вы. Мы еще не дошли, чуваки».
Мы приближаемся,
и я слышу, как девчонки меня обсуждают:
«Я знаю, кто это».
А я думаю: «Брехня. Здесь никто не смотрел Gogglebox.
Умоляю вас».
И тут на пути стоит двухметровый игрок НБА.
И я весь такой вежливый:
«Извините, простите. Это просто я тут пытаюсь пройти».
А он типа не слышит и не видит меня:
«Я без понятия, кто ты».
Я такой: «Извините. Мне надо пройти…»
А он: «Не знаю».
Промоутер меня зовет.
А я: «Парень не пропускает». Промоутер кричит: «Эй, в сторону!
Дай пройти Мо Гиллигану».
И вот что я вам скажу. Я прошел мимо словно Леброн Джеймс.
Типа: «Мне надо пройти, бро.
Мне надо пройти».
Мы подходим, они снимают цепочку
и пропускают нас.
Нас даже не обыскали, да.
Мой друг: «У меня в заднице пакет травки».
А я: «Братан, тсс».
Мы проходим дальше и слышим: «Эй!»
Я подумал, сейчас выгонят.
К нам вышел менеджер:
«Боже мой, Мо Гиллиган. Господи.
Как приятно видеть вас в гостях.
Спасибо, что выбрали мой клуб.
От вас нужно только две вещи.
Удостоверение личности и кредитка. Хорошо?»
Я говорю пацанам: «За мой счет».
Дал кредитку, удостоверение.
Слушайте, проблема в Голливуде в том,
что люди сразу ищут с тобой связь, как только услышат, откуда ты.
Иногда начинают нести какой-то бред.
Владелец клуба говорит: «Боже мой, подождите, боже мой.
Вы же из Лондона?»
Я такой: «Да, из Лондона». А он: «Боже, сдуреть можно!
Мы с женой в прошлом году ездили в Барселону, да.
Да».
Один из друзей: «Это даже не…» А я: «Цыц!
Да, чувак, круто».
Потом нас провели в клуб.
Мы идем в нашу секцию, и я вижу знакомых из Лондона.
Они такие: «Что? Сам Мо в клубе? Круто.
Весь шум из-за тебя?» Было приятно, если честно.
Я типа: «Что есть, то есть».
И говорю: «У меня свой столик. За мной».
Они: «Ты уверен?» Я такой: «Да». И мы пошли вместе.
Там было тесновато, народ. Мало места.
И вот 12 темнокожих парней танцуют на этом пятачке,
соприкасаясь локтями и руками.
Но я подумал, всё норм.
Если бы я умер в кругу друзей в Голливуде, я бы умер счастливым.
И тут подходит ко мне промоутер: «Мо Гиллиган, мой братан.
Всё путем?» А я: «Слушай. Большое спасибо.
За то, что организовал всё так быстро.
Большое спасибо, чувак».
А он: «Как тебе тут?»
Я говорю: «Всё отлично, немного тесновато, но это не беда».
Он такой: «Что»?
Говорю: «Тесновато, но не беда».
А он: «Что? Да пошло оно. Для тебя только самое лучшее. Идем».
Он идет по клубу, расталкивая людей.
Друг такой: «Кем он тебя считает?»
А я: «Мухаммедом Али. Без понятия, что здесь творится».
Понимаете?
Нас привели в другую секцию для очень-очень-очень важных людей.
Значит, мы туда заходим. Вот почему Голливуд — безумный город.
Потому что там уже был мужик с восемью женщинами.
Промоутер подходит к нему:
«Слушай, извини, но вам придется перейти».
Мужик, ясное дело, рассвирепел:
«Перейти? Да кто вы, мать твою, такие?»
И каждое слово попадало пулей в мое самолюбие.
«Да кто ты такой?»
Мы уставились друг на друга, и я…
«Смотрел "Певца в маске"? Нет?
Не смотрел?»
Промоутер говорит: «Слушайте, лучшая официантка Либерти
позаботится о вас».
Значит, пришла Либерти.
Ростом около 182 см. Словно модель Victoria's Secret.
На ней был корсет, ботфорты и стринги, да.
Вы слышали, что я сказал?
Корсет, ботфорты и стринги.
В клубе, понимаете?
То есть если бы она подняла ногу
или наклонилась: хлоп, и ракушка бы раскрылась.
Вы, кажется, меня не понимаете.
Это не как в клубе «Tiger Tiger», когда официантка спрашивала:
«Будете шоты "Егербомба"?
Нет? Зовите, если что, ладно?»
Эта женщина подходит ко мне с меню:
«Привет. Боже мой. Как дела, Мо Гилли?»
Я говорю: «А это еще кто?»
Она такая: «Вас уже жажда замучила. Сейчас принесу напитки».
Итак, открываю я меню. Оно цифровое, подсвечивается.
Там указаны все цены. Я смотрю на них.
И вот я смотрю на меню,
а меню смотрит на меня, понимаете?
Я не буду притворяться перед залом в 15 000 человек,
что мне не хватает на жизнь.
Но, народ, говорю вам,
я посмотрел на цены этих напитков
и крепко задумался.
Я даже подумал: «Я что, инвестирую в акции этих алкогольных марок?
Почему, чёрт возьми, так дорого?»
Я глянул на друзей. Но они все отвернулись.
Они вдруг стали архитекторами: «Это канделябр там?
Два канделябра. Как они их там повесили?
Как им это удалось?»
Я поворачиваюсь к одному другу. У всех есть друг-скряга, да?
И говорю: «Ты только глянь на эти цены».
Он посмотрел и такой: «На эту сумму
можно нехило скупиться в Costco».
Я такой: «Что?»
Либерти говорит: «Прости, Мо Гилли,
но придется тебя поторопить».
Я подумал, мне тут некого впечатлять. В Голливуде меня никто не знает.
Я такой: «Всё хорошо». И заказал самый дешевый сет в меню.
Либерти говорит: «Я тогда объясню правила.
Это сет начального уровня.
Не будет ни блеска, ни шоу, ни огней, ни таблички. Хорошо?»
Я такой: «Да, не переживай». И она ушла.
Вернулась через две минуты с ведерком.
Там были две бутылки шампанского, бутылка водки и бутылка коньяка.
Я подумал: «Супер, можно жить».
И тут моим друзьям в голову ударил Голливуд.
Один начал предлагать девушкам шампанское.
Как на Тайной вечере.
«Да, угощайся. Давай. Ничего страшного.
Да. Не стесняйся. И подружку позови. Давай.
Всё норм».
Клянусь вам, народ, я не скряга,
но я смотрел и считал каждый бокал:
«Блин, это как минимум 95 долларов за бокал.
Может, не будем всё пить? Отнесу-ка я обратно.
Вот так».
Но внутренний голос сказал: «Давай оторвемся, Мо».
Подобные моменты случаются редко с такими парнями, как мы.
Так и я сделал. Расслабился, да.
И тут увидел, как игрокам НБА принесли их заказ.
Ух ты, вот это было зрелище.
Там были и бенгальские огни, и шоу.
Даже табличка была. Никогда такого не видел.
Официантка держит их табличку и смотрит на нас. Вот так ходит.
С их табличкой.
Я такой: «Что там написано?»
А на танцполе всем крышу снесло.
Я пытаюсь прочитать, что же там такое.
Я смотрю, а там написано: «Парни из НБА в клубе!»
А внизу:
«Догоняйте, нищеброды из Лондона».
Я думаю, нет, это не про нас.
Мы же не нищеброды из Лондона, верно?
Тут диджей берет микрофон и такой: «Боже мой!
Они бросили вызов Лондону.
А значит, они бросили вызов моему братану Мо Гиллигану!»
Слушайте, весь клуб обернулся и посмотрел на меня.
Я такой: «Я был на шоу "Лучший пекарь Британии".
Как вы посмели?»
Я говорю: «Ладно, забудьте. Давайте-ка еще закажем».
А друзья такие: «Нет, этого они и добиваются.
Бутылочные войны, чтобы вытянуть больше денег.
Черные против черных. Это их цель».
Я такой: «Нет, погодите.
Где был этот запал,
когда вы обсуждали канделябры и цены в Costco?»
Я такой: «Нет, давайте я быстренько…»
Я пытаюсь понять, что я могу позволить, а что не могу,
какую сумму придется перекинуть на бизнес-счет,
чтобы не было перерасхода. Так все делают.
Если приходится тратиться,
то мы такие: «Что можно продать?
Сколько я выручу за PS5 в комиссионке, когда вернусь домой?»
Все так думают, когда намечается перерасход.
Так что я смотрю и пытаюсь это вычислить.
И тут, слушайте, диджей снова берет микрофон:
«Боже мой!
Бросили вызов Лондону.
Что бы ответил Скепта?»
Я такой: «Скепта?
При чём тут, чтоб тебя, Скепта?»
Я напрягся и думаю:
«Блин, завтра буду в новостях на Link Up TV».
Я изучаю меню и вижу один сет.
Он назывался «Черный бриллиант».
И я такой: «Принесите вот это».
Там не было цены. Просто написано ЦПЗ.
Я дислексик, не знал, что это цена по запросу.
Думал, это НПЖ. Нищий по жизни.
Так что я заказал этот сет.
И Либерти ушла.
Прошло десять минут. Ни бутылок, ни бенгальских огней.
Я такой: «Ого, меня тут реально разводят».
А потом ни с того ни с сего
диджей остановил музыку в клубе.
А затем он выключил свет.
И свет погас.
Кому попало не дают снять два спецвыпуска на Netflix.
И вот, народ, он снова берет микрофон: «Боже мой!
Они бросили вызов Лондону.
А значит, Мо Гиллигану.
Мо Гиллигану, Мо Гиллигану, Мо Гиллигану.
Но я не знал, я не знал, я не знал…»
У него не было эхо-машины. Он делал это ртом.
«Я не знал, я не знал, я не знал,
что он ответит им вот так.
Вот так, вот так, вот так…»
А я думаю: «Какого фига, бро?»
Либерти стоит где-то рядом с кухней.
Я смотрю на нее и такой: «Либерти, что здесь происходит?»
А Либерти говорит: «Одну секундочку. Сейчас всё будет».
И на ней плащ с маской.
А я такой, это что, туса иллюминатов и П. Дидди?
Что за хрень творится в Голливуде?
И не успел я подумать об этом,
как в клубе снова заиграла музыка.
Либерти выходит.
Без улыбки, глаза широко открыты.
Она выходит одна и как-то странно марширует.
Либерти выходит вот так, народ.
Либерти такая…
Позади Либерти
еще два танцора,
и они начинают этот странный танец в плащах.
Они такие…
Слушайте дальше.
Позади Либерти идут четверо самоанских телохранителей.
Они что-то держат в руках,
но трудно разглядеть.
И они выходят в таком же странном танце.
Они такие…
Я думаю: «Какого козла они хотят принести в жертву в этом клубе?»
А потом самоанские телохранители такие:
«Эй, эй, эй».
И поднимают что-то, но мы не видим что.
И что же это было?
Они подняли гроб с 25 бутылками шампанского.
И начали маршировать к нашей секции вот так:
«Эй, эй, эй».
Понятое дело, что все мои пацаны как с ума посходили:
«Чего? Эй, чего?
Эй, Мо? Это всё нам?
Это всё для нас?
Эй, поклянись мамой, что ты это заказал!
Мо, слушай, если это не для нас,
мамой клянусь, говорю тебе, получишь по морде.
Мо, скажи нам, это ты заказал?»
И я приписал всё это себе:
«Да, мужики, иногда приходится делать то, что должен».
Признаю, и мне не стыдно, но я тоже потерял голову, понимаете?
Они начали ставить бутылки, одну за другой, на наш стол.
Будто я был гребаным наркодилером.
Но меня так и распирало от радости.
И я такой…
Я сразу пошел к игрокам НБА. Прямо к ним.
И такой: «Ну чё?
Чё?
Вот так мы зависаем, бро».
Народ, впервые в жизни
мне крышу снесло.
А я никогда не теряю голову.
Я не узнавал себя.
Один из игроков НБА спрашивает: «Скажи, как тебя зовут?»
А я такой: «Забей на мое имя, бро».
Он такой: «Нет, британец. Никогда такого не видел. Как зовут?»
А я: «Да забей ты, твою мать».
Он: «Нет, британец, кто ты?» А я такой: «Я?»
Он такой: «Ты». А я: «Я?»
Я говорю: «Я…
Я Дюшейн, бро.
И мы продаем наркоту!»
А друзья такие: «Погоди, погоди. Мы не продаем наркоту.
Я работаю в IT. Если спалят, мне капец. Ты что?»
Народ, впервые в жизни
я потерял голову.
Слушайте, я и раньше напивался, но держал себя в руках.
А тут я, словно Опра, раздавал всем бутылки шампанского:
«Вот тебе бутылочка. И тебе. Всем по бутылке».
Я с цепи сорвался.
Я даже подарил шампанское Ди Джею, нашему водителю.
Я сказал: «Вот, бери бутылку».
А он такой: «Нет, я не пью шампанское».
Я говорю: «Бери. Мы же друзья навеки.
Живи на полную, чувак».
Он отказывается. А я такой: «Что ты пьешь? Что любишь?»
Он отвечает: «Я пью текилу».
А я такой: «Либерти, иди сюда.
Это Ди Джей, самый лучший водитель в мире.
Принеси ему бутылку текилы».
Принесли большую бутылку в форме вазы для Ди Джея.
Слушайте дальше.
Ди Джей расплакался прямо в клубе.
Пока всё это происходило, он такой: «Боже мой,
никто из клиентов никогда не обращался со мной так, как вы».
А я ему: «Ди Джей, ты один из братанов.
Слушай, ты теперь семья».
Он такой: «Серьезно?» Я говорю: «Да, мы семья».
Я такой: «Дай и мне бутылку».
Так что я заказал бутылку и себе.
Ди Джей такой: «Как типы говорят у вас на районе?»
Да, я с района, но я не тот тип.
Я не говорю по-бандитски. А он всё просит, и я такой:
Замена автостекла
Ремонт автостекла
Ди Джею понравилось: «Да, замени стекло. Да.
А то оно всё в дырках от пуль». Я такой: «Как скажешь.
Просто камешек попал. Но думай, как тебе хочется».
Вот так я потерял голову.
И подумал: «К этой голливудской жизни очень легко привыкнуть».
Рядом друзья и все эти люди,
реки шампанского. Понимаете?
И тут игрок НБА предложил: «Народ,
давайте выпьем за моего братана Дюшейна».
И весь клуб:
«Эй! Дюшейн, Дюшейн, Дюшейн!»
Я такой: «Ого! Боже мой». Слушайте,
это был один из лучших моментов в моей жизни.
Ни стендап-шоу, ни премии BAFTA, ничего не могло
сравниться с этим моментом. Я был в шоке.
Ни день моего рождения. Это был еще не я.
Это был один из величайших моментов. Мы все выпили.
Лучшее чувство в мире.
Я такой: «Либерти, тоже выпей. И принеси чек».
Допиваю шот. Я ведь скряга. И такой: «Я заплатил за это.
Засунь бутылку шампанского в карман.
Забери это домой».
Лучший момент в моей жизни. И тут приходит Либерти.
Я такой: «Спасибо за чек. Возьми это…»
Вы когда-нибудь напивались так, что пытались протрезветь,
чтобы понять, что происходит? Терли вот так лоб?
И тут до меня начинает доходить.
У меня рубашка нараспашку.
Вы не представляете. Все пуговицы расстегнуты.
Даже пупок было видно.
Мой пупок такой: «Ну вы сегодня и начудили тут, да?»
Я смотрю на чек:
«Прости, Либерти, но…
Так».
А она: «Боже мой, Мо Гилли, в чём дело, в чём проблема?»
Я такой: «Извини,
я тут пытаюсь разобраться. Налог, чаевые за обслуживание.
А сколько стоила та бутылка?»
Либерти такая: «Сейчас посмотрим. Значит так, это налог и чаевые.
Это бутылка «Casa Azul», и она стоит…
А, ясно. Всего лишь 5000 долларов».
Это без бутылки, которую я взял для себя,
без сета номер один, без сета номер два.
Я посмотрел на Либерти и такой: «Да.
Ясно, почему тебя называют гребаной Либерти».
Я такой: «Ладно…»
Смотрю на чек, а она: «В чём проблема?»
Я такой: «Ну…» А она: «В чём дело, Мо Гилли?»
Я такой: «Ну…» Она: «Говори прямо». И я такой: «Это…
Это нелепо. Просто нелепица, чтоб его».
Народ, самый лучший вечер в моей жизни
превратился в один из худших.
Не подумайте, я мог за всё заплатить, но в то же время я думал:
«Ого, значит, вот так и покатится моя жизнь под откос?»
Начну с топовых площадок в Голливуде,
собственного шоу, премий BAFTA, а потом
окажусь в программе «Не можешь заплатить? Мы всё заберем!»
Не в качестве ведущего, а участника.
Я подумал: «Ого».
Я обещал вам, что буду откровенен.
И я тогда подумал:
«Я знаю, как вернуть деньги. Пошло оно всё.
Завтра сниму видео для OnlyFans». Вот что я подумал:
«Верну деньги за 24 часа».
Я бы даже не задумывался:
«Пофиг. Погнали.
По средам показываю жопу. Кидайте денежки».
Я такой: «Боже мой, вот это я, конечно, натупил.
Самая большая тупость в моей жизни».
Но потом такой: «Всё норм».
Я еще не заплатил. Кредитка и удостоверение у менеджера.
И тут телефон завибрировал. Я такой: «Кто это?
Мама хочет узнать, как дела?»
Но я вижу, что прошла транзакция.
С меня списали деньги.
Я засомневался в банковской системе.
Типа: «Вы прикалываетесь?»
Вы не заподозрили, что это может быть мошенничество?
Я же за границей.
Не могли выслать мне одноразовый пароль или типа того?
Но когда я покупаю в магазине отбеливатель и печенье,
вы меня позорите своими проверками: «Это вы? Да или нет?»
«Да, это я, чувак».
Худший вечер в моей жизни. Просто ужас.
Просыпаюсь я утром,
а все друзья такие: «Брат, прости, что разбудили.
Но мы хотим сказать тебе спасибо».
Я: «Не надо…» Друг говорит: «Нет.
Думаю, ты не понимаешь, бро.
Я еще никогда не был так счастлив, как вчера вечером».
А я: «Но у тебя дети».
А он говорит: «Брат, да пошли они.
По правде, младший — это зло. Не так уж сильно я их и люблю.
Слушай, как твои друзья мы хотели тебе сказать,
что понимаем, что счет большой.
И такое в нашей жизни вряд ли повторится.
Как твои настоящие друзья
мы говорим тебе спасибо, Мо Гиллиган.
Мы это очень ценим».
И это правда, у нас с друзьями душевные отношения.
В этом и есть весь смысл.
Деньги то есть, то их нет, но друзья — твоя семья навеки.
Да, правда.
Слушайте, никогда не бросайте друзей.
Это семья, которую выбираешь навсегда.
И один из парней говорит: «Я знаю, что тебя подбодрит.
Мы с пацанами сбросились.
Зацени, смотри.
Мы принесли тебе кофе с кексом».
Народ, клянусь своей жизнью,
я такой отвечаю им: «Знаете что?
Надеюсь, ваш самолет разобьется. Думаете, этого достаточно?»
Было и другое время.
Три с половиной года назад у меня не было девушки.
Мне не нравилось быть одному.
И как-то пришлось пойти на свадьбу без пары.
Вы знаете, каково это. Мы умеем скрывать свои чувства.
Когда вокруг романтика и любовь.
Парней это не очень волнует.
Есть два типа отношений. Недавние пары, да?
Они трутся носами и всё такое.
Она такая: «Да».
В восторге: «Однажды мы будем такими.
Я поймаю букет».
А есть пары, которые несколько лет вместе, да?
Они думают только об одном: «Когда вернемся домой,
просто ляжем спать. Мы просто хотим спать».
Это всё, чего вы хотите, верно?
Женщины, по-моему, любят романтику больше, чем мужчины.
Я не говорю, что все женщины одинаковые,
но они таки любят романтику.
Вот сидит девушка без пары и плачет.
Она даже не заметила, как слеза покатилась.
Знаете, как бывает?
Ни с того ни с сего просто слеза покатилась по ее щеке.
Она это замечает и такая: «Нет, только не сегодня».
И говорит позитивные аффирмации:
«Я сильная, я крутая, я добрая. Нет.
Где мой кристалл? Где мой кварц? Где он?»
Но знаете, что меня восхищает в женщинах?
Они заботятся друг о друге.
Продолжайте в том же духе.
То, что вы делаете, просто прекрасно.
Две женщины на танцполе.
Они заметили бедняжку в слезах.
Им очень весело, но они не могут просто отвернуться.
Они танцуют и такие: «Эй, подруга.
Не спались, веди себя естественно.
Видишь ту девушку, да? Слева от тебя. Она плачет».
«Серьезно?»
«Да. Не пялься только».
«Я осторожно. Я не буду пялиться.
О божечки, блин. Идем к ней».
И они пойдут туда. Как бы случайно.
Но это будет так очевидно. Типа:
«О боже мой, помереть не встать!
Не может быть, чтобы такая королева, как ты, сидела тут и плакала.
Нет, только не в платье от «Oh Polly»,
которое фиг где купишь.
Слушай, детка, не плачь.
Это не очень скромно, не очень осознанно. Не плачь».
И они познакомят ее со всей компанией.
Все девушки соберутся вокруг нее, вытрут слёзы с ее лица:
«Не плачь,
не плачь, потому что ты красивая.
Мы знаем, каково это. И Шантель знает.
Правда, Шантель?»
Шантель такая: «О чём это я знаю?
О чём вы вообще?»
Некоторые женщины могут легко подставить подругу,
чтобы поддержать людей, которых они даже не знают.
«Слушай, вы не знакомы, но если коротко,
отец ее ребенка в тюрьме за ограбление и нанесение тяжких телесных.
Правда, Шантель?»
Шантель такая: «Не рассказывай о личном!
Что с тобой не так?»
«Его уже показали в шоу "24 часа в участке".
Так что все в курсе. Слушай, не плачь.
Слышишь, прекрати.
Клэр, быстрее. Дай сюда помаду».
«Это помада от Шарлотты Тилбери».
«Дай сюда чертову помаду. Не надо плакать. Знаешь почему?»
И вот что я вам скажу.
Женщины всегда готовы поделиться вдохновляющими цитатами.
И моргнуть не успеете.
Вот их любимые слова.
Гол на последней минуте. Самая любимая мудрость.
«Слушайте, девочки, не смейте плакать, не смейте».
А бедняжка такая: «Почему?»
«Не надо плакать. А знаешь почему?
Так он победит. Не дай ему победить!»
Посмотрите на всех этих ведьм: «Да, я не раз это говорила.
Не дай ему победить. Иначе он победит».
Прямо съезд поклонниц шоу «Loose Women».
Парни этим не страдают. Мы не утешаем других мужиков.
Послушайте меня, мужики не лезут не в свое дело.
В этом мы настоящие профессионалы.
В этом комплексе где-нибудь в туалете может стоять парень и плакать
из-за разбитого сердца.
Он прямо рыдает там:
«Не могу… Не могу поверить… Не могу поверить, что она меня…
Почему?
Почему?»
А в это время другие парни просто занимаются своими делами.
Просто смывают дерьмо с рук,
пытаясь подслушать, что там стряслось. Мужики такие…
«Не повезло бедолаге. Твою ж налево».
Мы даже расскажем друзьям, ведь мы любим посплетничать.
Но мы не воспринимаем эту ситуацию всерьез: «Эй, бро, слушай.
Там в туалете мужик.
Блин, нельзя ржать. Ему хреново».
«Да что там? Рассказывай».
«Там мужик…
Там мужик в туалете рыдает. Клянусь».
Кто-то посочувствует: «Правда?
Капец, бро. Вот же досталось бедняге».
Но всегда есть один друг: «Правда?
Пойду-ка я гляну».
«Эй, да он рыдает как баба!»
«Стой, что ты делаешь?
Зачем ты так, Джером?»
Думаю, у женщин всегда всё разложено по полочкам.
У них есть машина, хорошая работа.
У них есть дом.
Осталось лишь найти того самого.
Послушайте, когда женщинам уже 30, 40 или 50 лет,
они не тратят время зря.
Они знают, что им надо. У них есть список критериев
и тревожных признаков. Неважно, кто ты по зодиаку.
«Лев. Мой бывший был Львом. Нет. Ред флэг».
Просто потому, что ты родился в этом месяце.
«Нет, это ред флэг. Прости. Нет».
Правда?
У женщин есть еще один список. И они пополняют его каждый день.
Знаете, что это? Это список «фу». Верно?
Не знаю, в курсе ли вы, что это,
но это гадости, которые мы делаем,
даже не подозревая об этом,
которые отключают ее вагину.
И всё. Заблокировано. Завести снова не получится. Там нет…
Вот и всё. На сегодня закрыто. Конец.
Верно? Слушайте, любая вещь может вызвать у них отвращение.
Вы будете в шоке, говорю вам.
Спросите у девушки на свидании. Это будут самые разные вещи.
Они подходят к этому основательно.
«Вот вы только познакомились».
«Да? Ну, и что дальше?»
«И вот вы идете вместе играть в пинг-понг».
Я такой: «И в чём тут фу?»
Мы любим играть в пинг-понг.
Я ходил в молодежные клубы. Обожаю пинг-понг. Верно?
А она: «Нет, это случается во время игры в пинг-понг».
И где же там фу?
И она говорит: «Я объясню.
Когда парень бежит за мячиком вот так».
«Ой, погоди.
Нашел».
Дамы, можно вас спросить, это фу?
Да!
Вот хитрые. Вы даже не знали, но теперь пополняете список:
«Как он бежит за мячиком».
Для них гадость то, о чём вы и не подозреваете.
Ваша жизнь уже не будет прежней, верно?
Она такая: «Помнишь, как ты собирался на концерт к Мо?
Как ты одевался?»
А он: «Не знаю. Вышел из душа, а потом оделся».
А она: «Нет, не так. Что ты надел сначала?»
«Я вышел из душа».
Она: «Не знаешь?» Он: «Да что?»
«Ты надел футболку и только потом трусы. Ясно?»
Правда? Это называется «Винни-Пух».
Женщины, это фу?
Когда он надевает футболку, а потом трусы?
Смотрите, сколько поднятых рук.
Стоит мужик, из-под футболки торчат булки
и маленький писюн…
У женщин есть списки, потому что в глубине души
они ищут в нас мелочи, которые бы им понравились.
У меня есть теория насчет любви.
У меня есть теория, которую я называю ЛВВ.
Просто послушайте.
Буква «Л» — это, конечно, любовь.
Буква «В» — это умение выслушать.
В отношениях надо уметь слушать.
Вы знаете, каково это, когда любимая команда проиграла, да?
Все выходные испорчены. Ты такой: «Это что, прикол?
Как мы могли проиграть?»
Женщины, прошу, не отвечайте вот так: «Мы?
Мы?
С каких это пор ты играешь? Мы?»
Ты такой: «Детка, пожалуйста, не сейчас».
А она: «Всё в порядке, всё хорошо.
Это же просто игра».
«Это не просто игра! Это моя жизнь, Шэрон!
У меня больше ничего нет!»
А она: «Всё в порядке.
У тебя есть я».
«Какой с тебя толк?
Ты же не можешь играть в нападении!»
И последняя «В» — самая важная. Это верность.
Без верности в отношениях никуда.
Тут много пар. Храните друг другу верность.
Конечно, есть старое понятие верности.
«Пока смерть не разлучит нас».
Но есть верность, которая касается лишь вас двоих.
Того, что вы делаете вместе, а другим этого не понять.
Всё что угодно.
Например, вы хотите посмотреть телик.
Заходите на Netflix и выбираете.
«Очень странные дела», «Переходный возраст»,
«Главарь», «Суперген».
И ваша девушка такая:
«Милый, все об этом говорят.
Надо как-нибудь посмотреть». Это верность. Всё, выбор сделан.
«Посмотрим это. Чуть позже, не сейчас».
Вот где проявляется верность.
И это значит, что ему нельзя смотреть без нее,
а ей нельзя смотреть без него.
Это и есть верность, вы договорились об этом.
Большинство мужчин хотят быть защитниками.
А это значит, что ты должен быть добытчиком.
А добытчики должны всем управлять.
То есть нам нужен пульт управления.
Нам нравится перематывать, ставить на паузу.
Это наша фишка. Нам нужен пульт.
У девушек свои фишки.
С парнями они в безопасности.
Могут расслабиться. И что они делают?
Выпивают бокал вина, верно?
«Стой, не включай, я выпью бокальчик.
Я быстро. Просто бокальчик, хорошо?
Маленький бокальчик».
Вы находите сериал, который выбрали вместе.
Обнимаетесь, нажимаете «Смотреть».
Бац, и сериал начинается.
Вы уже погрузились в историю с головой.
Через десять минут становится немного тихо, да, парни?
Проходит еще 15 минут, да?
Спящая красавица возле вас
уже дрыхнет, верно?
Нет, она не просыпалась рано,
не устала на работе, не ходила в спортзал.
Почему же она уснула?
Потому что выпила пол-литра вина за пять минут.
Она в отключке.
Теперь придется смотреть сериал, который вы выбрали вместе,
в одиночку.
Вот тут и проявляется верность:
«Нет, мы же договорились».
И теперь ты один. Но мы продолжаем смотреть, да, парни?
Мы такие: «Я немного обнаглею и досмотрю эпизод».
Мы продолжаем смотреть. Проходит 30 минут.
И нам всё нравится, да, пацаны?
Девушки, а знаете, почему нам нравится?
Потому что никто не задалбывает нас вопросами о том,
что происходит.
«Кто он? Почему его убили? Перемотай. Антонио Бандерас?
Он здесь снимался? Я погуглю. Поставь на паузу».
«Детка, без понятия. Я смотрю этот сериал впервые в жизни».
«Я просто спрашиваю. Почему ты такой злой?
Не будь таким грубым.
Боже».
Ничего этого нет.
И поэтому ты продолжаешь смотреть, да?
И тут Netflix проверяет твою верность на прочность.
Netflix такой: «Йоу.
Эй, слушай сюда.
Скоро пойдут титры.
Но послушай,
следующий эпизод начнется через пару секунд.
Пять, четыре, три, два…
Что будем делать, братва?»
«К чёрту эту сучку. Второй эпизод!»
Второй эпизод!
Мы знаем, что нельзя этого делать.
Это богохульство в отношениях.
Нельзя смотреть, но ты уже не можешь оторваться.
И что происходит? Спящая красавица просыпается.
Она не просто просыпается.
Словно какой-то дух во сне ей сказал:
«Он делает что-то плохое».
Вы, женщины, такие просыпаетесь…
…ставите на паузу, смотрите на телефон:
«Сейчас 11:11!
Ангелы говорили со мной. Где мой кристалл?
Погоди-ка. Второй эпизод?
Ты уже на втором эпизоде?
Боже, как ты посмел? Поверить не могу».
Женщины преувеличивают: «Поверить не могу.
Я заснула всего на пять минут».
Любовь — это самое лучшее.
Любовь ко второй половинке, любовь к семье.
Поэтому я всё это и делаю. Ради семьи.
И мне повезло, что я могу заниматься разными вещами.
Недавно сбылась моя мечта.
Ко мне обратилось крупное издательство: «Мо,
нам нравится твой стендап.
Не хочешь попробовать написать книгу для детей?
Дадим тебе 12 месяцев, небольшой аванс,
и начнешь писать книгу».
И как я уже говорил, я буду предельно откровенным сегодня.
Прошло 12 месяцев.
Я получаю письмо в десять утра:
«Мо, надеемся, ты в порядке.
Давай созвонимся в Zoom
и пройдемся по книге».
Я такой: «Что? Боже, совсем забыл об этой книге».
Я бегу вниз,
иду на кухню, подключаюсь к звонку в пижаме и халате.
На звонке было 30 человек, прикиньте?
Все сотрудники издательства.
Они такие: «Как дела, Мо? Давно не общались.
Как продвигается книга?»
А я думаю: «Боже, я совсем забыл.
Я не могу тратить время всех этих людей».
И говорю: «Большое спасибо за эту возможность,
но, к сожалению, это не мое».
Они такие: «Почему? Что случилось?»
А я: «Слушайте, я ничего не придумал».
Они такие: «Нет, Мо, послушай.
У нас есть идея. Мы обожаем твои стишки.
Твои растафарианские стишки.
Можешь переделать сказку в этом стиле.
Да, возьми «Красную Шапочку».
Да, есть еще «Златовласка», «Пряничный мальчик».
«Джек и бобовый стебель». Авторских прав нет.
Что скажешь?
Но в стиле ямайского регги».
Я такой: «Что, во имя Тертл-Бей, здесь происходит?»
Одна дамочка такая:
«Может, исполнишь сейчас пару куплетов для нас прямо на кухне?
Тони, наш автор-призрак, поможет тебе».
Там был еще темнокожий парень Тони. «Он поможет.
Что скажешь? Он родом из твоих краев».
Я такой: «Большое спасибо, но это неэтично.
Такое чувство, что я продаю свою культуру за деньги».
А они такие: «О боже, Мо, так жаль».
А я: «Почему? Потому что я не продался корпорации?»
Они говорят: «Нет, Мо.
Ты бы владел правами на книгу, а мы бы заплатили тебе немного денег.
Совсем чуть-чуть. Ну, не знаем,
где-то 300 000 фунтов».
Итак,
вот книга, которую я представил на своей кухне.
Трек, пожалуйста.
Йоу, ща вам спою
Йоу, история про девчонку-лапочку
История про Красную Шапочку
Ей позвонили Говорят, поспеши
Бабуля заболела Серьезные щи
И она пошла на груве Бегом побежала
На груве, так быстро еще не летала
Эй, она видит волка Он одет как бабуля
Она хватает нож Ведь он ей не роднуля
Была еще девчонка с такой покраской
Все ее звали Златовлаской
Она вошла в дом, съела всю кашу
Украла все знания и мудрость нашу
Но нет, это было лишь начало
Она спит в постели, ей всё мало
Она спит в постели Всё в золотых волосах
Она спит в постели Всё теперь в клопах
Пряник, это Пряничный пацан
Хороший и милый, но Пряник
Они не знают Пряника
Хорошего и милого Пряника
Йоу, Пряник, они тебя убьют
Пряник, они за тобой идут
Пряник, они тебя убьют
У него орешки И чуть-чуть глютена
Пряник без яиц, он не кекс
Фиг вы найдете его в пекарне «Greggs»
Итак, народ, звонок проходит отлично.
Белые дамочки среднего класса с ума сходят:
«О боже мой!
Прямо как в Ноттинг-Хилле. Офигеть!»
Я знал, что у меня всё получилось, потому что Тони тоже не сдержался.
Он переключился на говор ярди: «Хринасе, ты отжигаешь!»
Народ, я так разошелся.
Я так разошелся, что забыл, что это было для детской книги.
И спел про «Джека и бобовый стебель».
Трек, пожалуйста.
Йоу, ща вам спою
Йоу, ща вам спою, йоу
Давайте похлопаем!
Йоу, йоу, ща вам спою
Йоу, ща вам спою
У него есть бобы, он продал корову
Залез вверх Босс такой: «Какого?»
Я говорю: «Фи, фай, фо, фаму!»
Я Джек, а ты можешь трахнуть маму!
Лондон, на сегодня всё.
Всем большое спасибо.
Храни вас Бог.
Большое спасибо.
Я говорю «Южный», а вы говорите «Лондон».
- Южный! - Лондон!
Я говорю «Мо», вы говорите «Гиллиган».
- Мо! - Гиллиган!
Я говорю «Мо», вы говорите «Гиллиган».
- Мо! - Гиллиган!
Спасибо. На сегодня всё. Берегите себя. Благослови вас Бог.
Большое спасибо.
МО ГИЛЛИГАН ДОГНАЛИ, ВАША ОЧЕРЕДЬ
Эй!
Перевод субтитров: Катерина Яцук