Downloaded from YTS.BZ
Official YIFY movies site: YTS.BZ
МАЙК ЭППС ТЕАТР «ЯАМАВА»
15.06.2024, 8.11.2025
ПИТАЯ ИЛЛЮЗИИ
Дамы и господа, живое выступление из театра «Яамава».
Давайте поприветствуем Майка Эппса!
Привет, «Яамава»!
Есть тут секси дамочки?
Вы все охрененно сегодня выглядите.
Спасибо, что пришли.
Есть тут мексиканцы?
У меня тут запасной выход на случай, если ICE нагрянет.
Потому что эти мудилы всегда где-то рядом.
«Я знаю, где они. На шоу Майка Эппса».
Дональд Трамп наезжает на мексиканцев. Я две недели не ел тако!
Мой доставщик тако шкерится.
Продает свои ништяки из дома. «Заходи в дом».
Но я люблю мексиканцев.
Мексиканцев нельзя выгонять и не пускать.
Мексиканцы крутые, они в любую дыру пролезут.
Я видел, как мексиканец, сука, как-то выпрыгнул из мексиканца.
Я говорю: «В мексиканце был мексиканец».
Дональд Трамп — говноед, заставил мексиканцев выстроить стену.
Я не хочу в тюрьму,
меня за такие слова не простят.
Скажет: «Нет, ты про меня наговорил херни в "Яамаве".
И я слышал эту херню, Майк».
Ему насрать, понимаете?
Половина тех, кого он нагибает, за него голосовали.
Охренеть, да?
Шпана обожает Трампа.
Точно вам говорю, наркодилеры его обожают.
Потому что они тоже жулики, вот и любят.
Ему надо перестать носить дешевые костюмы.
Он их, наверное, в Macy's покупает.
И команда его — говноеды. За ним доктор Оз стоит.
Какого хера? Что этот урод будет делать?
У них…
У меня вещи на кораблях, я половину получить не могу.
Надо взять лодку и подплыть, чтобы забрать машинку для стрижки.
«Сбросьте мне машинку для стрижки».
Они на кучу всего тарифы подняли. Серьезная тема с этими тарифами.
Первое, что я там увидел, — это парики.
Предупреждаю, дамы: закупайтесь, потому что он скоро…
Скоро все будут как лысые новорожденные цыплята…
Сиять как луковицы, твою мать.
Если темнокожие думают, что нас это не коснется, — мы следующие.
Выйдем на улицу — а там лодки в ряд.
Мы решим, что это круизный лайнер, и сами туда пойдем.
Вот как мы это делаем
«Вернись на лодку!»
Темнокожие не умеют держаться вместе.
Если у нас появляются деньги, мы первым же делом:
«Я не хочу иметь дела с темнокожими.
Ой, там темнокожие. Уберите их от меня.
Не хочу иметь с ними дела».
Если мы находим место, где поесть, и думаем, что там больше нет темнокожих,
если видим других темнокожих, то:
«Ну вот, хана нашему месту.
Изгадили наше место.
Это не ваше место!»
Хрень какая-то. Я думал, Дидди отпустят.
Я думал, его отпустят.
Да, это херня.
Его посадили не по Акту RICO, а за акты фрика.
Чувак сел за то, что он извращенец.
Если узнают, что я вытворял, я сяду на электрический стул.
Я столько сраных карлиц-полуночниц перетрахал по всем Штатам.
Дидди надо отпускать,
но там нашли видео, где он выбегает с полотенцем.
Пинает Кэсси в ногу — и забегает назад в комнату.
Я говорю: «Вот за что его посадили».
Меня на вечеринки Дидди не звали.
Мы виделись, но он меня не звал.
Потому что я бы побегал там с членом наперевес.
«А вот и Майк Эппс.
Говорю тебе, он в этой комнате. Иди сюда».
Тут все фрики.
Поставить каждому на башку по лампочке — тут будет как днем.
Мне не жаль девах, которых накачали.
Там, где бесплатно бухают, и наркота всегда рядом.
Хочешь что-то бесплатно? Давай!
Принесу тебе бесплатный пунш с наркотой.
Херово быть знаменитым и сидеть за решеткой.
К Дидди, наверное, подходят:
«Какую там песню вы вместе пели?
Чёрт! А, да, ты и Фейт Эванс».
Знаете, что меня бесит? Для белых мы все одинаковые.
Темнокожих не отличают от банки с краской.
Я как-то летел с белой старушкой.
Сижу в самолете, и все мне говорят: «Привет, Майк Эппс».
А она сидит рядом и спрашивает: «Вы кто такой?»
Я ответил: «Крис Браун.
Да, Крис Бризи. Это я».
Она сказала: «А, так и знала».
Я ответил: «Да, это я. Я Крис Браун — и еду на выступление».
Она звонит дочери и говорит, что сидит с Крисом Брауном.
И вот как это выглядело.
Дочь ей наверняка сказала: «Ни хера это не Крис Браун.
Не знаю, кто там, но он тебе наврал».
Потому что она стала смотреть на меня вот так.
Я такой: «Не знаю, кто там, но передайте, что я Крис Браун».
Да!
Тут есть красивые девушки. Где тут красивые девушки?
И уродины тут тоже есть.
Да, уродины тоже сюда пробрались.
Ненавижу уродин, которые строят из себя недотрог.
Тебя никто и не хочет. Блин.
Я вам так скажу. Если ты уродина — займись собой. Сходи в спортзал.
И подмывайся.
Тогда я тебя трахну.
Если ты красотка, не значит, что ты вкусно пахнешь.
У меня в жизни бывали дырки, которые воняют рыбой.
Знаете, что я делаю? Включаю подогрев сиденья.
Если чую запах жареной рыбы, сразу говорю: «Вали отсюда!»
Женщины всегда думают, что это мы им всякое дарим. «Пися чешется».
«Ты выпила упаковку Pepsi.
От Pepsi тоже пися чешется».
«Смотри, у меня прыщ».
«Выдави его! В нём Pepsi».
Pepsi из прыща на писе нового поколения.
Каждый мужик хотя бы раз думал, что у него СПИД.
Давайте, парни, признаем.
Трахнули телку без резинки — и два года не спали.
Было такое?
Ставили себе диагноз: «Да, всё как у меня.
Не сплю, диарея, головные боли. Я труп».
Идешь в спортзал: «Надо выгнать из себя эту хрень».
Трахали телку без резинки — и два года не могли спать?
Названивали, брали телефон
и звонили ей.
Нельзя трахать телку без резинки,
а через день спрашивать: «У тебя есть СПИД?»
Нет, надо сказать: «Слава богу, что ты здорова».
Если она промолчит, скажи: «Эй, ты слышала, что я сказал?»
Не знаю, как люди ввязываются в долгие херовые отношения,
потому что с первого свидания всё ясно.
Серьезно. Люди, сука, говорят, какие они.
Сидишь с телкой и говоришь: «Мать, ты чокнутая».
Если скажет: «Знаю, мне все это говорят»…
…значит, пора резко валить.
Хватит, ничего больше не заказывай. Уходим.
С вами, дамы, так же. Сидите вы с парнем.
У него брюлики, здоровый Rolls-Royce.
Вы ему: «Кем ты работаешь?»
А он: «У меня бизнес, ухаживаю за газонами».
Вам весело, а будет грустно.
Вас обоих посадят. Он барыга.
Вот зачем девушки делают себе огромные жопы и зубы заодно?
С такой жопой и…
Это услуга такая? Зубы и зад в одной процедуре?
У них во рту как детские тапочки.
Какого хера?
Не знаю, в чём дело. Чем красивее женщина, тем она беднее.
Красавица, но нищая.
Нет, реально. Все женщины, которые выглядят как счёт Кодака Блэка…
У всех этих телок есть пенсионный счет,
или как он там называется? Хер знает.
Я не получил должного образования, но всё просрал и прославился.
Перед вами тормоз, который добился успеха.
Потому что я не ходил… С математикой у меня всё херово.
И выжить мне помогал здравый смысл.
Не знаю, есть ли он у вас, но мне помог выжить здравый смысл.
Серьезно. Я помню, как попал в этот бизнес.
У меня был бухгалтер, он распоряжался моими деньгами,
а я не умел считать.
И я говорил: «Да, понимаю», — хотя ничего не понимал.
И я подумал, как сделать так, чтобы меня не обворовывали?
Знаете, что я сделал? У них как-то было собрание.
Я сидел на собрании и выронил из кармана пистолет.
«Простите, я нечаянно обронил.
Желаю вам отличного вечера».
И тогда я подумал: «Больше ничего не украдут.
Если и воровали, то больше не будут.
Потому что пристрелю на хрен, если узнаю».
Тут столько прекрасных женщин.
Есть белые, есть испанки. Самые разные…
Я всю жизнь с темнокожими. Признаюсь вам.
Понимаете? Других у меня не было.
И я устал.
Вы меня утомили.
Эти телки стоили мне миллионы долларов.
Нет, я серьезно.
Я всю жизнь был только с темнокожими женщинами.
Если что случится, а надеюсь, не случится, я не буду связываться с темнокожими.
Найду азиатку, не знающую английский. Достало меня это.
Они только и могут: «Майк, у тебя такой огромный член!
Мне охрененно больно, бро!
У тебя слишком большой член».
А я ей: «Завари зеленого чаю, как я тебя попросил».
Здесь многие мужики сидят, не знаю, с женами,
женщинами, подругами, кто они вам,
но я скажу вам, кто для них вы.
Сколько бы денег у вас ни было, она ваш опекун.
Именно так. Эти женщины — ваши опекуны.
Они могут даже за руку вас держать.
Потому что они нас опекают, они наши опекуны.
Я так вам скажу. Опекуны… Да, именно так.
Женщины — наши опекуны.
Деньги ничего не значат, если некому их опекать.
Я прав, дамы?
Кто-то должен следить за вашими деньгами.
Поэтому бог дал им больше здравомыслия, чем нам.
Бог сделал их умнее, гораздо умнее нас.
Многие начинают тупить, когда доходит…
Большинство из нас, все мы
охрененно тупим, когда заходит речь о женщинах.
Женщины не скажут тебе, что ты тупой. Они знают, что это разрушит твою жизнь.
Жизнь полетит к херам.
Но они скажут подругам.
Когда будут говорить по телефону, а тебя нет рядом,
они скажут: «Это самый тупой козлина,
которого я встречала.
Господи, какой же он тупой!
Я расскажу, что этот болван вчера сделал.
Этот балбес пришел домой, я перезвоню».
Наглые они.
«Дурик дома. Я перезвоню».
Мы даже не знаем, что они про нас такое говорят.
А знаете, что еще про нас говорят? Вы сейчас охренеете.
Они скажут прямо в лицо: «Ого!
Правда? Ого!»
Это значит, что ты самый тупой урод.
Дамы, хотите знать, что мы про вас говорим?
- Хотите знать? - Да.
Завалите хлебало.
Оземпик выпейте, например. Нет, я шучу.
О, это волшебство
Вот, они не хотят это знать. Они злятся, что я это сказал.
Женщины просят бога, чтобы он нагнул вас за них. Слышали такое?
«Боже, накажи его во имя Иисуса.
Аллилуйя, поимей его».
Женщины так говорят. «У тебя проблемы. Бог меня слушает.
Тебя сейчас карма за жопу укусит.
Бог меня не подводит.
Вот за то, что ты сделал вчера, бог тебя накажет. Предупреждаю».
«Я взял твою косметику.
Ты за это натравишь на меня бога?»
Женщины расстаются с мужиками — и живут, сука, дальше.
Смотришь на них: «Ты должна, блин, страдать, как и я».
Нет, они в гольф идут играть.
Вот что они делают. Когда рвут с мужиком,
они идут делать то, чего вы никогда не видели.
Новую прическу, как у петуха.
«Какого хрена?»
Твой новый мужик сделал из тебя посмешище!
Мы не знаем, как жить дальше.
Мы начинаем выбирать себе в жёны стерв.
Новую жену старой жене лучше не показывать. Господи.
Это шаг назад.
С твоей новой стервой я чувствую, что зря вообще с тобой связалась.
Она выглядит ужасно.
Расставшись с женщиной,
ты можешь выслушать от друга всё, что он хотел сказать.
«Хер с ней, мужик.
Стерва с мордой акулы». А ты ему: «Эй! Я всё еще ее люблю! Аккуратнее.
У нас еще есть шанс».
У женщин много власти.
Они знают, как натравить на тебя всю твою родню.
Дети с тобой не разговаривают.
Даже собака не играет. «И ты иди на хер, сучка мелкая!
Зря я тебе куриные кости давал!»
Вся семья будет в одной спальне, а весь остальной дом твой.
Они несут еду из кухни: «Люблю тебя, папочка.
Мы молимся за тебя».
А ты сидишь в гостиной голодный и одинокий.
Без телика, без всего.
А если все против тебя, идешь в супермаркет и стоишь там
с другими одинокими мужиками у стойки с горячей едой.
Дома-то еды нет.
Вы, наверное, не знаете,
но в молодости я перетрахал кучу женщин старше меня.
Была у меня такая фишка.
Подруги моих тетушек — я их перетрахал.
У одной тети была подруга Нелл, и я ее шпели-нелил.
Она мне: «Но никому не говори». А я ей: «Я-то не скажу.
Сама никому не проговорись.
Вот что главное».
Я видел, как темнокожие мужики пытались устроить жизнь.
И один из главных приемов в жизни —
найти белую телку.
Братаны с белыми телками цепляются за них, как за спасательный круг в океане.
Как будто плывут.
Утонуть невозможно.
Вы с белой телкой налетели на большую волну.
Держись за белую телку!
Всё так.
Да.
Если ты с белой девушкой едешь в машине,
а вас тормозит полиция: «Выйди, Сара, разберись с ними».
Белые девушки орут на полицию: «За что вы нас остановили?»
А темнокожую девушку бьют по башке дубинкой, арестуют
и везут в обезьянник.
Поэтому темнокожие ищут белых девушек.
С ними, сука, не надо платить за аренду.
Они чувствуют вину за все страдания темнокожих.
Поэтому не заставляют тебя платить за аренду.
Ты платишь им за аренду членом.
Я заплачу тебе $3500 членом
за воду, свет и всё остальное.
Темнокожие женщины идут за чеком к тебе на работу. Ты работаешь.
«Шанини на парковке».
«Кто, твою мать?»
Она на парковке: «Жду от тебя денег».
«Можно сначала свалить с работы?»
Темнокожие и белые девушки разные.
Они все разные. Если изменить белой женщине, она не злится.
Она говорит: «Ясно. Тебе нужна помощь.
Серьезно. Тебе нужна помощь.
Я понимаю.
Тебя трахнули в детстве, теперь ты хочешь трахать всех».
Ты ей: «Эй, я тебе этого не рассказывал».
«Я всё понимаю, Рэймонд».
Темнокожие катаются со смеху. Остальные национальности такие…
«В их культуре правда так принято?
Это серьезная травма».
Здесь сегодня как будто Комптон собрался.
Да.
Потому что я привлекаю самых разных людей.
Вон там моя группа. Понимаете? Да.
- Да. - Я хочу от тебя ребенка.
Насрать мне, чего ты хочешь.
Я скажу, чего не будет.
Я тоже тебя люблю.
Много лет я думал, что женщинам нравится моя внешность.
Нет, меня всё время разводили на бабки.
Как шлюхи.
Потому что сначала я покупаю ей сумочку.
Да, я покупаю тебе сумочку.
Затем покупаю тебе машину.
Потом беру в путешествие. Хочешь в путешествие?
Но только по США.
Я отвезу тебя куда-нибудь во Флориду. Тебе еще паспорт не положен.
Потом мы обручимся.
Потом поженимся.
Потом ты потащишь меня в суд за измену и отберешь всё.
В таком порядке.
Открою большой секрет: женщины изменяют мысленно.
Понимаете меня?
Думают о том, с кем хотят переспать.
Если бы вы увидели, с кем ваша женщина мысленно спит,
вы бы ее тут же бросили.
Вы бы сказали: «Мелвин, сраный курьер?»
У него шикарные ноги под коробкой.
«Я прибью его утром на хрен.
Мелвин, ты труп».
Смотрю я на присутствующих вот…
Не люблю придираться к белым,
но, думаю, все белые из полиции.
Всё так. Все белые, сука, из полиции.
Доставят тебя, не успеешь моргнуть.
Я как-то был в магазине спорттоваров,
и темнокожий один выкладывал покупки. Он клал их на стойку,
расплачивался, раскладывал. И говорит даме: «Я возьму кое-что еще».
А она ему: «Если выйдите из очереди, а очередь длинная, я пропущу остальных…»
Он говорит: «Мэм, ладно вам. Я схожу вон туда».
А она ему: «Сэр, если вы…»
Он разозлился: «Что за хрень?»
В очереди стоял белый мужик, вообще не при делах.
Он сказал: «Успокойся, дружище».
Я подумал: «Вот чёрт».
Темнокожий разозлился: «Сука, ты тут вообще ни при чём!»
Я думаю: «О, сейчас начнется».
И белый мужик достает из кармана наручники.
Не знаю, что такое с темнокожими, но мы иногда успокаиваемся, когда полиция…
Он опустил руку и сказал: «Блин, я ничего не сделал».
И этот, сука, белый мужик надевает на него наручники,
достает обычный телефон и вызывает полицию!
Все такие: «Секундочку, так он, сука, не из полиции».
И тут чувак разошелся:
«Сними, сука, с меня наручники!»
Приехало 15 офицеров.
С пушками, кругом полиция.
И забирают белого за то, что выдал себя за копа.
Вы такое видали?
Арестовали за то, что притворялся полицией.
Я ищу темнокожего: «А где темнокожий?»
А он в наручниках в машине.
Этого мудака десять лет разыскивали.
Я думаю: «Беглецу помочь трудно». Точно говорю вам.
Знаете, что прикольно? Я всю жизнь считал себя темнокожим.
Мне 55 лет, я считаю себя темнокожим.
Я называл белых «крекерами»
и другими словами, которыми не надо называть белых людей.
Я съездил в Африку.
И больше я туда не поеду.
Я считаю себя темнокожим,
тащу свою сумку, а там два африканца разговаривают:
«Они не такие, как мы».
«Кто не такие, как вы?»
А он про меня.
«Ты что несешь?»
А он: «Нет, ты не такой». Я говорю: «А какой я?»
А он: «Да не знаю». Я говорю: «Что за хрень?»
Я говорю: «Я темнокожий».
Он говорит: «Нет.
Зайди-ка ты на ancestry.com…
…там тебе скажут, кто ты такой».
Я говорю: «Ладно, зайду». Умник сраный.
Я так и сделал, как последний дурак.
Там есть квадратики с твоей национальностью.
Во втором же квадратике — белый.
Я белый.
Гляньте на мой нос сбоку, у темнокожих не такие.
Я как мужик с десяти центов. Гляньте на белого с червонца.
Я, значит, лечу тут про силу темнокожих,
а сам белый.
Охренеть, да?
Смешно, что многие думают, что попадут в рай, а они не попадут.
Особенно старики.
Они клянутся, что раз долго жили,
то попадут в рай.
Ага.
«Господи, жди меня». «Нет, ты накосячил в сорок с лишним.
Он тебя накажет, тебе это с рук не сойдет.
Думал пережить свой грех?»
У кого-то смех, как хруст капусты.
Да, от него, сука, не скрыться,
потому что все говорят: «Да, он в лучшем мире».
Как будто в аду пусто.
Да.
Вы попадаете на небеса и видите многих людей, которых туда не пустили,
например, бабушку друга, мисс Тёрнер.
«Мисс Тёрнер, что…» «Милый, не знаю, как так вышло.
Я посмотрела на Иисуса, он увидел меня и пошел дальше.
Ты же видел мою проповедь».
Психическое здоровье — это серьезно.
Это охеренно серьезно.
Если знаете кого-то с проблемами с психикой, проявите к ним терпение.
Потому что это серьезно, и им нужно, чтобы их любили.
Мне как-то друг позвонил, он был в расстройстве.
Я: «Что такое?»
Он говорит: «Я не хочу жить». Я говорю: «Не, так не делается.
Понимаешь?
Мы верим в бога, мы должны держаться.
Нужно дать себе еще пожить».
Понимаете меня? Да.
Да, мы так быстро не сдаемся. Жизнь одна.
Мы от нее не откажемся.
Он сказал: «Мне пора уходить». Я с ним поговорил.
Я знаю, что у него за проблемы, и дал ему немного денег.
Через день я позвонил узнать, как он. А он: «Гораздо лучше».
Через две недели звонит его жена: «Рэй больше не хочет жить».
Я думаю: «Господи, началось».
Я говорю: «Эй, не мешай ему в этот раз.
Я устал.
Я устал. Он устал.
Ты устала.
На земле ему места нет. Пусть уходит.
Здесь всем плохо. Я устал от этого».
И у меня больше нет денег, чтобы спасать жизни.
Я как-то решил, что у меня сердце схватило. Лежу, тут скорая.
Реально, я лежу на земле. Чёрт меня дернул посмотреть наверх.
А там полиция. Я говорю: «Минуточку. Ну уж нет.
Я вас не вызывал. Валите на хрен отсюда.
Даже не начинайте».
И пока я лежу на земле, они обыскивают дом.
Шарятся такие.
Что-то нашли.
«Потом разберемся. Ты попался. Смотри, что у нас тут.
Как врачи закончат, мы тут разберемся, так что пусть…»
Я тут перед вами блистаю, строю что-то из себя,
но я так блистал не всегда.
Я поднимался из грязи, понимаете?
Да, вылезал из настоящей грязи.
Поэтому тема талонов на питание мне близка.
Мне их больше не дают.
Мы получали талоны, а потом нам перестали их давать.
В детстве к нам приходила соцработница.
Белая женщина приходила, и мама говорила: «Иди поиграй!»
Я подслушиваю, мама ее материт.
«Не буду я тебе, сука, рассказывать про личную жизнь».
Тогда те, кому давали талоны, не могли жить с мужчинами.
Как-то дома был дядя, и пришла соцработница.
«Проваливай, Тони». Я вижу, как дядя убегает.
И эта тетка: «Мы видели в доме мужчину.
Мы снимаем вас с пособия».
Это какая-то полная херня.
Я начал работать. Я много где работал.
Я работал в Hardee's. Знаете, что это?
Что-то со Среднего Запада, да.
Я работал в Hardee's.
И везде, где работал, продавал наркотики.
Я везде был поставщиком травки.
И босс удивлялся, почему я получаю больше всех.
Потому что наркотики можно продавать в долг до пятницы.
Потом окончил школу.
Вот как это вышло. Я работал в 7-Eleven, упаковывал продукты.
А мои друзья, которые толкали крэк, приходили покупать пакетики.
Знаете пакетики для сэндвичей?
Они приходили за ними.
Все в золоте, и ржали надо мной:
«Продукты пакуешь?» Я им: «А вы что делаете?»
Я наркоту не толкал, я был свидетелем Иеговы.
Ходил по домам, стал ходить по машинам.
Да, я не занимался… Мама не знала, что я толкаю крэк.
Я был так рад продавать крэк, и я не знал, что я делаю.
Я смотрел разные видео,
я слушал N.W.A. и думал: «О, мне нравится эта тема».
А старший брат Джон говорил: «У меня есть для тебя черный костюм».
«Для чего это?»
А он: «Ну, ты же нарвешься».
Но я был свидетелем Иеговы, поэтому я был добрым барыгой.
И наркоманы меня любили.
Я был добрым. Мне было жаль тех, кому я толкал дурь.
Я им говорил: «Ты должен изменить свою жизнь».
А потом продавал. «Деньги-то давай».
С меня их спросят.
Как-то я продал дурь информатору.
Дело было в клубе M&J's, это был ночной клуб.
И я только закупился.
Знаете, как в первый раз закупаешься?
Я купил наркоту, расфасовал ее.
Я сижу в машине в парке и продаю наркотики.
Мне что-то подсказывало: «Не продавай ему».
Он был дерганый,
сказал: «Давай, мне надо быстро уходить».
И я ему продал.
Как только я продал и вышел из машины,
меня повязал наркоконтроль.
Потащили в обезьянник за торговлю и хранение кокаина больше семи граммов.
Если погуглите «магшот Майка Эппса» сейчас в телефоне,
найдете, когда меня обвинили. Это был 1990 год.
Взгляните на фото.
Гляньте, я дам вам время. А, у вас нет телефона?
Представьте меня в 1990 году.
Когда вернетесь домой, погуглите.
Да, я там сижу, а этот сучара…
Я пытался сказать полицейскому: «Чел, я потребитель».
А он: «Ты не потребитель». Я говорю: «Да, я употребляю наркотики».
А он: «Нет, для потребителя это много.
Ты их продавал».
Мужик, который меня подставил, был наркоманом, его так и не нашли.
Он должен был дать показания в суде, но его не нашли.
Мне скостили с 20 лет до восьми.
Пять условно,
и я два года отсидел в тюрьме округа Марион в родном городе.
Два года в тюрьме округа Марион.
Вот сижу я в этой сраной тюрьме,
а тогда я выглядел примерно так же.
Ни усов, ни бороды, кудрявые волосы.
А там реальные бандюганы.
И все эти истории про то, что нельзя ронять мыло,
это всё правда.
Я сижу в тюрьме, и ко мне подходит мужик.
Он был похож на раздутую змею. Здоровый такой.
Подходит и говорит: «Я тебе, сука, по шее врежу».
Я говорю: «Чего, блин? Братан, я ничего не сделал. Я тебя знать не знаю».
Видимо, он хотел на меня наехать. Так там это делают.
Над тобой издеваются,
а позволяешь издеваться — издеваются еще больше.
Он хотел меня подставить под эту тему.
Я подумал: «Надо что-то придумать. В крайнем случае буду кусаться».
Укус — это серьезное оружие.
Если вас валят на землю — кусайтесь. Он встанет.
Я тебя закусаю на хрен.
Серьезно.
Если повалишь меня, я тебя понадкусаю на хер.
Ты еще не знаешь, как я использую свой рот на мужиков.
Я сижу в тюрьме и думаю: «Блин!» Нервничаю вовсю.
И вижу мужика по имени Луи.
Он здоровый.
Еще здоровее того мужика.
Он говорит: «Майк».
Я говорю: «Луи».
А он был наркоманом.
Луи на воле был торчком.
На воле он был тощим, грязным.
Но в тюрьме он отдыхает, хорошо питается, качается.
И стал похож на монстра.
«Луи», — говорю. А он: «Майк, ты что тут делаешь?»
Я говорю: «Попался на продаже».
Он говорит: «Тебе тут вообще не место.
Как твоя сестра?» Он ее знал.
«Как дела у Джули?» Я говорю: «Да хорошо у нее всё».
Он говорит: «Если будут проблемы…» А я: «Есть, прямо сейчас».
Бог милостив, братан, он меня одарил.
Понимаете?
Он меня одарил.
Он спросил: «Кто?»
Я говорю: «Вон там стоит».
Он говорит: «Покажи». Я говорю: «Нет, он смотрит на нас».
Не знаю, показал ли…
«Я не буду показывать. Он вон там».
И он подходит к тому мужику и что-то шепчет ему на ухо.
А потом возвращается ко мне и говорит: «Дело такое.
Этот мужик борзый, но мудак.
Он не посмотрит на тебя, не заговорит, не пройдет мимо».
Я ему: «О, спасибо».
И всё время, что я там сидел, тот мужик проходил мимо меня вот так…
Я думаю: «Господи, что ты ему там сказал?»
Спасибо.
В общем, вышел я из тюрьмы.
Спал на диване у сестры, мне негде было жить.
У меня родился ребенок, дочь Бриа.
Моя старшая дочь.
Если бы я мог хоть что-нибудь сделать…
Если бы я мог объяснить дочери, что был пацаном, когда она родилась,
что я не мог бы быть хорошим отцом… Понимаете?
Иногда уходят годы, чтобы стать хорошим отцом.
Понимаете? Это называется «дети рожают детей».
И когда твой ребенок злится на тебя, он не понимает, что ты сам еще ребенок.
Тебе самому нужно вырасти.
В общем, у меня дочь. Я сплю на диване сестры.
Образования у меня нет.
Работы нет.
Продаю сраные наркотики. Денег нет.
Я торчу денег паре барыг в городе.
Лежу на диване. И я не забуду мать моего ребенка.
У нее была тетя Джанет, очень милая. Приезжала в Индиану из Атланты.
Она сказала: «Майк, в Индианаполисе тебе тяжело.
Если захочешь переехать из Индианаполиса в Атланту
и изменить жизнь, можешь жить у меня».
Я сказал: «Ладно, буду иметь в виду, Джанет».
А тогда на радио объявили конкурс комиков.
«Приходите на конкурс комиков в клуб Seville's».
А у меня было два кореша, Отис Браун и Гари Бейтс.
И они взяли меня на слабо: «Майк, ты смешной тут,
смешной был в тюрьме, всё такое.
Но спорим, ты не сможешь смешить людей».
Спорим, говорю.
Мы поехали в клуб Seville's. Поспорили на $500.
Заходим в клуб, там бар и гриль.
Полный зал уличной шпаны, всё в дыму.
Я начинаю напиваться.
Говорю: «Я всех круче, я всех порву на хрен».
Я за кулисами напиваюсь. Зрители всех освистывают.
Я выхожу на сцену — и все смеются.
Бум! Все смеются.
Я впервые вышел на сцену.
Через неделю я на радио:
«Приходите через неделю в клуб Seville's, Майк Эппс, новый комик».
И весь город приходит ко мне: «Я слышал тебя по радио.
Ты выступаешь?» Я говорю: «Да, выступаю».
Я пригласил через неделю маму, соседей, всех.
Я купил костюм, галстук, все дела.
И вот захожу я в клуб — и вижу пару мужиков, которым задолжал.
Думаю: «Господи».
На радио, сука, всех позвали сюда.
И они: «Мы знаем, где его найти, в клубе через неделю».
Я им двоим торчу денег, и я занервничал.
Знаете? Я выступил провально.
Все меня освистали.
Это было несмешно.
Я этого не забуду. Еду я по Мичиган-стрит.
И я реву, потому что: «Блин!»
Я был неудачником с первого класса.
Хер там. Я был неудачником с младенчества.
Знаете, каково быть неудачником?
И вот я еду и звоню тете матери моей дочери.
Говорю: «Джанет, помните, вы звали меня в Атланту?
Я хочу уехать отсюда. Хочу стать комиком».
А она: «Майк, плохие новости». Я: «Какие?»
Она говорит: «Я вышла замуж. У меня новый муж. Он другой.
Он не такой классный, как я думала».
Я всё равно поехал.
Хрен с ними, думаю.
Я пошел и купил билет на автобус.
Сестра дала талонов на еду на $85.
Которые вырываешь из книжечки.
Талоны на еду на $85.
И пушка 38 калибра с раздолбанным бойком.
У нее были вот такие осечки. Щелк.
Щелк.
Если переждешь достаточно щелчков, на третий раз тебя точно прихлопнет.
Так что стой и смотри на этот раздолбанный ствол, если хочешь.
Он выстрелит.
Приехав в Атланту, я позвонил Джанет.
Я сказал: «Джанет, я в Атланте».
А она: «Майк, три часа утра. Что ты тут делаешь».
А я: «Я всё равно приехал». А она: «Сказала же, что нельзя».
Я сказал: «Джанет, давайте так.
Утром заберите меня и отвезите в Армию спасения».
Я собирался… Я так сильно хотел изменить свою жизнь,
что попросил забрать меня и отвезти в Армию спасения.
«Я буду спать с бездомными, лишь бы уехать, сука, из Индианы,
там я или умру, или сяду. А у меня ведь талант.
Я нашел свое призвание, я комик, и у меня всё получится».
И она поехала со мной.
Мы едем по 85 шоссе, и она заплакала.
И…
Она сказала: «Майк…
Я не могу отвезти тебя к бездомным.
Я так не могу.
Можешь пожить у меня, но муж работает во вторую смену.
До трех часов из подвала не выходи».
И вот я в подвале, прячусь, как Анна Франк.
Я слышу телик, слышу, как ходят люди, но не могу пошевелиться.
Так прошло недели две.
И я вышел наверх, а он не пошел на работу.
Я вышел из подвала
в трусах-семейниках с миской хлопьев.
Он обернулся: «Ты кто такой?»
А я: «Племянник Джанет». А он: «Не знаю никаких племянников».
Он ей позвонил, они поговорили.
Мы с ним сели.
Я сказал: «Слушай, мужик, я пытаюсь спасти свою жизнь».
Я рассказал ему все свои мысли.
И он позволил мне жить у них целый год.
Нашел мне работу.
Так прошел год, и я получил налоговый возврат.
Я заявил племянника иждивенцем, чтобы получить еще $500.
Знаете, как тогда можно было вписать иждивенца?
Я вписал племянника иждивенцем ради $500.
Т.К. Кёрклэнд, комик Т.К. Кёрклэнд.
Знаете Т.К.? Т., сука, К.?
Он сказал: «Ты крут, но в Атланте ничего не добьешься».
Я спросил: «И куда мне?» Он сказал: «В Голливуд или Нью-Йорк».
Я ему: «Еду в Голливуд». А он: «Ты не готов. Поезжай в Нью-Йорк».
Через неделю я уехал в Нью-Йорк.
У него был менеджер вот такого роста, Дейв Клингман.
Маленький такой еврей, похожий на Дэнни ДеВито.
Я поехал в Нью-Йорк, мы встретились на автовокзале.
Он меня встретил, покатал по Нью-Йорку и начал водить по стендап-клубам.
В первом же стендап-клубе
мой кореш Ройял, режиссер этого шоу, был там ведущим.
Лежал снег, дело было в Бруклине.
Он послушал меня в клубе и сказал: «Ты молодец,
но тебе надо поработать.
Возвращайся в Индиану».
Я, сука, расстроился. Меня отправляют в Индиану.
Я реву, потому что всё кончено. Я снова облажался.
Перед возвращением… А тогда у всех белых был темнокожий друг.
Не у всех, но у многих были темнокожие друзья.
И у этого еврейчика был темнокожий друг по имени Ти-Си.
И он сказал: «Я хочу тебя кое с кем познакомить».
Потому что я с района, я тут перетер.
Я позвонил трем-четырем белым и всё такое.
Он сказал: «Я кое с кем тебя сведу». И свел с Ти-Си.
Ти-Си был профессиональным сквоттером. Он захватывал дома.
Он подружился с белыми богачами и жил в их домах, когда они уезжали.
И он пускал меня жить в дома белых, пока их не было.
Мол, до вторника надо съехать. А я в доме белых.
Был там боксер Донни Лалонд.
Я в его квартире, да? Я живу в Сохо.
Я в его квартире, он ее продает.
Я лежу на надувном матрасе с девушкой.
И входит женщина, чтобы показать…
«Вот чёрт!»
Я говорю: «Я пошел, мне тут нечего делать».
Первые мои съемки в Нью-Йорке были в «Нью-Йорке под прикрытием».
Помните сериал «Нью-Йорк под прикрытием»?
Там снимались Малик Йоба и еще какой-то испанец.
Потом было «Шоутайм в „Аполло“».
Помните «Шоутайм в „Аполло“»?
Но я там выступал как артист. И знаете, с кем я выступал?
Destiny’s Child.
Их тогда еще никто не знал.
Они вышли из старого лимузина, зашли в театр.
Мы все были никем. Реально.
Начало 90-х. Мы все никто. Ни у кого ничего нет.
Я выступил в «Аполло», потом попал в Def Comedy Jam.
Я был в Def Comedy Jam.
Потом я поехал с ними в турне.
Я подумал: «Ну всё, пора ехать в Лос-Анджелес».
Я сел на автобус из Нью-Йорка в Лос-Анджелес.
Семь дней ехал.
Я позвонил другу, Реду Гранту, и сказал: «Я тут».
Он сказал: «У меня нет мебели, но можешь спать на полу».
Я приехал к Реду Гранту, спал у него на полу.
Я жил в его квартире, дом назывался «Ватсека Трейлз».
Я жил в квартире в «Ватсека Трейлз».
Познакомился с пацаном, но он был очень добрым.
Хороший пацан, Маркус звали.
Говорил всем, что он мой менеджер. Мы ездили: «Это мой менеджер».
А я не знал, кто он. Вообще не знал.
Мне говорят: «Знаешь, кто это?»
Я говорю: «Нет, но он добрый. Без понятия, чем он занимается».
И вот мы с ним ездим.
Я выступил в стендап-клубе The Comedy Store.
Я ушел со сцены, и Маркус такой: «Айс Кьюб хочет поговорить».
Я оборачиваюсь —
а там стоят Айс Кьюб и Джон Синглтон.
Я думаю: «Вот блин».
Айс Кьюб говорит: «Здоров». Я говорю: «Здоров».
Он говорит: «Играть умеешь?» Я говорю: «Еще как».
Меня взяли на пробы в кино. Он звал меня на пробы в кино семь раз.
Каждый раз я думал, что прошел, а он смотрел на меня вот так…
Мол, роль твоя.
А я смотрел на него, мол, спасибо.
Но каждый раз я видел, что на пробы приходили новые комики.
Я думаю: «Он мне мозги пудрит».
В общем, роль я получил.
Я позвонил маме.
Мама жила в какой-то квартире, и я ей позвонил. Спросил: «Что тебе надо?»
Она сказала: «Стиральную машину и сушилку, и всё».
Я сказал: «Я куплю тебе дом».
А она: «Нет, меня лишат пособия».
Мне платят $700 в месяц,
и ты меня пособия не лишишь.
Она не брала у меня чек из-за соцзащиты.
Пришлось сложить деньги и передать ей вот так.
Тайком.
Иногда она дергалась. Я: «В чём дело?» А она: «Они всё могут узнать».
«Мама, мы на кухне. На хер социальные службы».
Я уже 20 лет как трезвый.
Я 20 лет трезвый.
Я работаю с лучшими актерами и актрисами
в мире, понимаете?
Мой первый фильм — «Следующая пятница».
Да.
Мой второй фильм — «Всё о Бенджаминах».
Я тогда сидел на коксе, настроение было такое…
Пересмотрите фильм, я там совсем обдолбанный.
Когда говорил: «Пятнадцать, 30, 35, 40…
…сорок пять, 47», —
я был обдолбанный коксом.
Люблю тебя!
Я снялся в последнем фильме Берни Мака.
Он назывался «Блюзмены».
Я снимался с Берни Маком в его последнем фильме.
Это бесценно.
Я болтал с Берни Маком, а у него был кислородный баллон.
Да, у него был кислородный баллон, но я могу сказать, что ему было весело.
Он весело болтал.
Он говорил: «На хер этих мудаков. Гондоны сраные».
И я сказал: «Берни Мак, дай совет.
Что посоветуешь молодому комику?»
А он: «Ничего не делай ради денег». Я такой: «А?»
Нельзя такое говорить молодому нищему комику.
Следующий мой фильм — «Добро пожаловать домой, Роско Дженкинс».
Потом было «Испытание свадьбой».
Потом был фильм про Пити Грина.
Вы его не смотрели?
Посмотрите.
Я, Дон Чидл, Таранджи, Чисветел.
Посмотрите. Независимый фильм.
Потом был фильм с Форестом Уитакером, «Випака» назывался.
И я везде играл темнокожего.
Мне посчастливилось работать с великой Уитни Хьюстон.
Да, выходить с ней на площадку — это что-то.
Она ни с кем не хотела общаться, кроме меня.
Говорила: «Пойдем покурим».
И мы с ней…
Вот так она за углом курила сигарету.
Я подумал: «Вот лучший момент спросить что-нибудь у Уитни Хьюстон».
Я спросил: «Что у Айка и Тины было на вас с Бобби Брауном?»
Она сказала: «Ни хрена!
Ни хрена у них на нас не было!»
Должен вам сказать, что на протяжении всего этого времени
я питал иллюзии.
И я так скажу, питать иллюзии — это нормально.
Понимаете меня? Иногда нужно питать иллюзии.
Нужно полностью поехать крышей,
чтобы добиться успеха,
стать великим.
Нужно быть блаженным.
Заблуждения рождаются от травм.
От того, что тебя не принимают.
Так что что бы вы ни делали, чтобы стать тем, кем мечтаете стать,
питайте иллюзии.
Я Майк Эппс. Люблю вас.
«Яамава»!
МАГШОТ МАЙКА ЭППСА
МАЙК И БРИА
ПОКОЙТЕСЬ С МИРОМ ОТИС БРАУН + ГАРИ БЕЙТС
МАЙК + Т.К. КЁРКЛАНД ПОКОЙСЯ С МИРОМ, НАРД
ПОКОЙСЯ С МИРОМ, ДЭВИД КЛИНГМАН
ТИ-СИ И МАЙК
ПОКОЙСЯ С МИРОМ, БЕЙБИ ЛУНИ
ПОКОЙСЯ С МИРОМ, МЭРИ РИД
МАЙК + РОЙЯЛ
МАЙК С ПИСТОЛЕТОМ
ПОКОЙСЯ С МИРОМ, ДЖАНЕТ ДАУНИНГ
ПОКОЙТЕСЬ С МИРОМ, ВСЕ МОИ ДРУЗЬЯ, КОТОРЫЕ ПОДДЕРЖИВАЛИ МЕНЯ
Перевод субтитров: Исмаил Дибиров